Чтение онлайн

— Почему, шифу? — сяньли без усилий вырвала руку из чужих пальцев — кошачья трава уже начала действовать.

— Шучэн!

— Что, шифу? — нимало не смущаясь, сяньли вновь коснулась груди заклинателя и провела платком так, что воротник шэньи разошелся в стороны, приоткрывая белоснежную нижнюю рубашку.

Где-то там, под одним слоем тонкого хлопка скрывался ответ на вопрос, не дающий ей покоя. И жалкое сопротивление заклинателя не помешает узнать правду!

Сяньли ловко потянула край пояса, удерживающего шэньи на месте. К её облегчению заклинатель больше не сопротивлялся — откинувшись затылком на неровную стену, мужчина тяжело дышал, разглядывая сяньли в упор.

— Вот ты и попался, праведник горы Гаочунь… — тихо шепнула Сюин ему в ухо. — Нет в мире смертных той защиты, которую не смогли бы сломать демоны.

Она нежно коснулась нижней рубашки и тихонько рассмеялась — мужчину колотила дрожь, как если бы её ловкие пальцы приносили боль. Но его расширившиеся зрачки говорили совсем о другом — не боль, а наслаждение, граничащее с болью. Чем дольше заклинатель сдерживает свои чувства, тем оглушительнее потеря контроля над собственным телом.

Тихие шаги, раздавшиеся у пещеры, заставили Сюин обернуться. Разве она не запретила стражам приходить сюда до часа сюй? Кто же такой смелый, чтобы нарушить приказ, отданный от имени Повелителя?

[сюй — час собаки; с 19:00 до 21:00]

На пол упала длинная тень. Женщина? Сюин повела носом и едва не выругалась. Не просто женщина, а Ся Шучэн!

— Повезло тебе… — небрежно похлопав заклинателя по щеке, сяньли с места запрыгнула на стену, принимая истинный облик кошки, и ловко протиснулась в небольшую трещину, ведущую наружу.

***

Новый день принёс всё те же холодные дожди. Шучэн посмотрела на безрадостно-серое небо и поплотнее укуталась в меховую накидку. Наверное, боги прокляли государство Ся? Как её дядя теперь справится с недовольством простых жителей?

Вспомнив вана Ся, она нахмурилась. Есть ли право у родившейся от демона, называть себя племянницей правителя? Ещё больнее Шучэн становилось от мысли, что гун Дицю не её отец. Ся Чжункан ни разу не обидел дочь и по возможности защищал её от самоуправства родной матери.

Но как теперь смотреть гуну в глаза? Шучэн хотелось не просто плакать, а по-волчьи выть от охватившего всё естество отчаяния.

Чужие шаги она не расслышала — дождь размерено колотил по черепичной крыше, звонко плескался, соприкоснувшись с водами пруда, шелестел камышами и мокрыми кронами деревьев на берегу.

Перед её глазами возникли высокие сапоги из чёрной кожи, заставив поднять голову и посмотреть в лицо пришедшего. Узнав в нём Ли Пэйши, Шучэн в ужасе отшатнулась. Но поскольку она сидела на верхней ступени у самого порога хижины, спрятавшись от дождя под широким навесом, от этого неловкого движения едва не упала навзничь.

— Такая неуклюжая!

Шучэн даже зажмурилась, боясь, что ей показалось, а потом несмело открыла глаза. Нет, не показалось! Именно Пэйши удержал её от позорного падения, ухватив за кисть левой руки.

— В Красной резиденции меня часто звали проклятием… — растерянно отозвалась она, вывернув кисть из чужих пальцев.

— Заметно, — неожиданно рассмеялся Пэйши. — Как иначе такое назовёшь?

От его слов веяло насмешкой, однако Шучэн и не думала ввязываться в спор. Вместо этого, она встала и, сложив руки перед собой, вежливо поклонилась.

— Ещё и забавная, — фыркнул Пэйши, окидывая её весёлым взглядом. — Оставь свои церемонии! Здесь они никому не нужны.

— Ты не понял. Я хочу попросить прощения за свои слова, — Шучэн мимо воли покраснела, чувствуя себя глупой бабочкой, бросавшейся на тигра.

— О… — Пэйши в недоумении приподнял бровь. — Какие слова?

Шучэн покусала губы. Нет! На его уловку она ни за что не попадётся. Повторять то, что было сказано раньше — верх невоспитанности.

— Те самые… — неуверенно произнесла она, наблюдая за беззвучно смеющимся Пэйши. — За которые ты меня утопить хотел.

— А… за эти, — юноша тотчас посерьёзнел. — Хотел бы утопить, утопил.

Шучэн потупилась, не зная, что делать дальше — стоять ли, склонившись перед этим демоном, или всё перевести в шутку? Её мучения Пэйши прекратил сам — решительно ухватив за руку, ввел внутрь хижины и затворил за собой дверь.

— Вся замёрзла… — ворчливым тоном произнёс он, принявшись раздувать жаровню соломенным веером. — Иди сюда! Хочешь, чтобы отец обвинил меня в том, что плохо забочусь о младшей?

— Не хочу, — Шучэн послушно села напротив жаровни и протянула к живому огню озябшие ладони.

— Прекрасно! Тогда забудем о прошлом — хорошо? Глупец тот, кто всю жизнь помнит старые обиды.

Шучэн недоверчиво посмотрела в лицо Пэйши. Неужели он может быть настолько мягким? Не только слова, но вся его внешность словно изменилась, стала теплее. Острый взгляд тигриных глаз, косая чёлка — всё это больше не казалось источающим угрозу.

— Только пообещай мне больше не дерзить, — добавил Пэйши всё с той же беспечной улыбкой. — Ты не в Красной резиденции. Здесь нет твоих слуг.

Шучэн коснулась пальцами горящих от стыда щек, и потупилась.

— Даже милая, когда ведёшь себя скромно, — Пэйши прошёл к столу и, налив в чашку травяной отвар, приготовленный госпожой Фэнчу, протянул Шучэн. — Пей. Матушка хороший целитель. Её лекарства достойны самого правителя.

Шучэн подула на отвар и сделала небольшой глоток. На этот раз горечь казалась вполне терпимой. Возможно, её отчаяние напрасно? Если тропу, ведущую к желанной вершине, перекрывает оползнем, есть смысл пойти в обход.

Пусть её совсем не любила мать, госпожа Фэнчу относится к ней, куда лучше. И этот резкий юноша тоже ничего. Совсем не страшный, если присмотреться внимательней. Она бросила на Пэйши короткий взгляд и снова потупилась.

— Спрашивай, — немедленно произнес тот. — В Павильоне Кушуй принято высказываться прямо.

— Я могу… навестить шифу?

Пэйши улыбнулся, смущая Шучэн ещё больше.

— Что может быть общего между полудемоном и заклинателем, выбравшим праведный путь?

— Но я хочу увидеть его! — порывисто возразила Шучэн, удивляясь собственной смелости.

— Если хочешь, навести, — улыбка на губах Пэйши погасла, словно задутое сквозняком пламя свечи. — Однако не забывай, твой наставник никогда не примет тебя. Чем раньше осознаешь это, тем меньше пострадаешь от сердечной боли… мэймэй.

[мэймэй — младшая сестра]

Услыхав такое обращение, Шучэн густо покраснела.

— Нет, ты и вправду забавная! Что должна теперь сказать старшему?

— Благодарю, Пэйши-сюн…

[сюн — старший брат; есть также очень близкое, родственное: «гэ» или «гэгэ», «дагэ», в значении «самый старший брат»]