Чтение онлайн

Только поздним вечером Мати вернулась в свою повозку и, ни слова не говоря, бросилась на шею отцу.

– Ну, что ты? – он оторвал от своей груди ее улыбающееся счастливое личико. – Как провела день?

– Замечательно! Мне было так весело! Они такие славные! Па, можно я завтра снова пойду с ними играть?

– Конечно, – он пристально взглянул на дочь. – А ты не хочешь привести друзей сюда? Вам совсем не обязательно играть рядом с чужим караваном.

– Может быть, – кивнула она. – Только не завтра. Они ведь уже пригласили меня к себе.

– Ты могла бы им столько всего показать, у тебя множество разных украшений, нарядов, игрушек…

– Потом, – она махнула рукой. – Пап, – она наморщила лоб, на лицо на миг набежала тень. – А можно скрывать что-то от друзей?

– О чем ты, дочка?

– Ну…Нани хочет поиграть в секреты…Это, знаешь, когда рассказываешь какую-то тайну… Если я скажу им, что у меня нет тайны, никто ведь не рассердится на меня?

– А почему кто-то должен на тебя сердиться?

– Потому что это неправда.

– Значит, у тебя есть тайна?

Девочка кивнула.

– И я ее знаю?

Она быстро замотала головой:

– Не обижайся, папочка, я тебя очень люблю… Но я никому-никому не могу рассказать… Ведь это тайна!… Ты только не обижайся!

– Я и не обижаюсь…Мати, если ты не хочешь говорить им – не говори ничего.

Потому что если ты расскажешь часть, не все, твои друзья решат, что ты подогреваешь их любопытство, или, того хуже, показываешь, что не доверяешь.

– Да, я лучше просто промолчу, – и, зевнув, она спряталась под одеялом.

Эту ночь Мати спала удивительно крепким сном, словно сама Метель набила ее подушку своими снегами-снами, а небо укрыло туманным пушистым покровом, хороня от дурной мысли, косого взгляда, страшного сна.

На следующий же день она снова побежала играть.

Ближе к вечеру, раскрасневшиеся, с горящими глазами, они веселой гурьбой забрались в повозку Нани.

Девочка долго разглядывала все вокруг, не в силах скрыть своего удивления. То, что она увидела, слишком уж отличалось от привычного для нее вида жилища.

Если внешне все повозки караванщиков казались абсолютно одинаковыми, словно их сделал один и тот же мастер, то внутри… Здесь была своя прихожая – маленький закуток за пологом, да и само внутреннее пространство делилось с помощью занавесов на несколько крохотных комнаток.

– Чему ты удивляешься? – не спуская с нее взгляда цепких, внимательных глаз, спросила Нани. – Разве твой дом не такой же?

– Нет, у нас повозка внутри совсем другая… Она… – девочка замешкалась, не сразу сумев найти нужное слово, – целая…

– Странно, – ее новые друзья переглянулись. – Почему? Так ведь удобнее и много теплее.

Мати не знала, что ответить. Она никогда не задумывалась над тем, почему повозка построена так, а не как-то иначе, ей просто не приходил в голову такой вопрос.

Это казалось столь же нелепым, как спрашивать, почему окружающий мир – бескрайняя снежная пустыня, а не ледяной дворец с множеством белых зал.

– Я слышал, – пришел ей на помощь Киш, – что у первых караванщиков, когда они только-только начинали свои странствия, были неразделенные повозки… Но потом, со временем, они поняли, что будет удобнее устроить перегородки, заполняя пространство, чтобы его было легче согревать.

– Вам тоже надо так сделать, – было видно, что Нани не слышала раньше ни о чем подобном, но она совсем не собиралась в этом признаваться и, тем более, позволять кому-то выглядеть умнее. – Ты скажи взрослым.

– Скажу, – кивнула Мати, хотя ей вовсе не хотелось этого делать: ей не нравилось, что целое пытаются разделить на части, словно от этого оно становилось не просто меньше, но и ущербнее.

– Когда мы стояли месяц в снегах, – тихо начала Инна. – Было так холодно! Если бы не эти занавесы, мы бы, наверно, совсем замерзли… А сколько страху мы натерпелись…!

– А я вот не боялась!…Ну разве что чуть-чуть, – Нани повела плечами. Ей не хотелось вспоминать о пережитом, но раз разговор зашел… – Вот только голодно было – жуть. Но я верила, знала, что мы не умрем. Великие боги не допустили бы этого, ведь мы во всем следовали Их законам… А теперь, – она поспешила перевести разговор на другое, более приятное и интересное, -давайте рассказывать тайны…Мати, начинай.

– Почему я?

– Ты ведь новенькая, у тебя и тайны новые, а, значит, они много интереснее, чем наши, которые мы пересказывали друг другу уже столько раз, – раздался голосок Инны, которая отползла в дальний темный уголок, словно показывая, что она готова слушать, но не говорить.

– Или, может, ты боишься? – Нани, наоборот, придвинулась к гостье почти вплотную.

– Я… – Мати не хотелось признаваться, что она испугалась, но рассказывать о сокровенном… – Да, – она опустила голову, – боюсь. Ведь я вас почти не знаю…

– Не доверяешь, значит? А почему мы тогда должны верить тебе? – Нани говорила с таким презрением, что девочка была готова сорваться с места, броситься бежать, спрятаться где-нибудь.

– Я не знаю, – все-таки сумев подавить вспыхнувшие в ее душе чувства, она заставила себя остаться. – Я никогда раньше не играла в эту… игру…

– Ладно, – великодушно простила ее Нани. – Тогда я буду первой. Но потом – ты.

Обещаешь?

– Да.

– И не станешь отнекиваться?

– Не стану, – она вся как-то сжалась. Ей перестала нравиться эта игра, хотелось домой, но любопытство было сильнее ее. Мати так хотелось узнать тайну своей новой подружки…!

Та встала на четвереньки, подобралась к пологу, выглянула за него, проверяя, нет ли рядом кого, кто бы смог подслушать их, и лишь убедившись, что они одни вернулась назад и зашептала:

– Сид мне не брат… Вернее, брат, но не совсем. У нас один папа, а матери разные…

– У твоего отца две жены? – удивилась Мати.

– Нет, просто до мамы у него была другая женщина.

– И что с ней стало?

– Умерла, – пожала плечами Нани. Ей это было неинтересным. Главным была тайна, а остальное – так, шелуха семечек. – Только Сид этого не знает, он был маленький и ничего не помнит.

– А кто рассказал тебе…

– Никто, – девочка взглянула на Мати как на дурочку. – О таких вещах детям знать не положено. Я просто подслушала, как об этом говорили родители, – спокойно пояснила она, словно в этом не было ничего зазорного.