Чтение онлайн

7. Наконец, скажем несколько слов о не царственных водяных. Вульгарный и упрощенный вариант только что описанного сказочного сюжета сводится к тому, что водяной хватает за бороду царя, наклонившегося над водой для питья. Отпускает он ее только после обещания отдать то, что царь дома не знает.

Здесь мы уже видим не образ Морского царя, а образ водяного, который имеет склонность тащить людей в воду.

В образе Морского царя самое выразительное — это волосы, и есть в нем свое величие — он стоит на воде, сразу подтверждая этим свою волшебную природу и возможности.

По этнографическим данным, наш сельский водяной не творит чудес, и приближен к образу деревенского деда. На море его представляли огромного роста, зеленого цвета, с плавником на спине. Жителям озерных и речных берегов, он представлялся голым стариком с одутловатым брюхом и опухшим лицом. Может иметь перепонки между пальцами или плавники. Если даже он одевается и выходит на берег, то левая его сторона всегда мокрая. Он горький пьяница и любит, когда ему в воду прольют винца. У водяных принято собираться вместе и играть в кости. В то же время, они хозяйственны, у них есть свои стада, жены, дочери, но практически не бывает сыновей! Стада их черных коров пасутся по заливным лугам. Они берут себе в жены утоплениц, и порой сами топят людей в полночь или в полдень. Залегают на зиму в сон, и по весне с треском ломают лед.

От рыболовов водяные требуют подарков и одаривают их рыбой. И при всем этом угрожают людям подводным пленом души. Потому на Севере, 30 апреля, перед вскрытием вод, водяному даровали черного коня. Для этого в складчину покупали выдохшуюся клячу, три дня ее откармливали, потом обмазывали голову медом и солью, вешали цветные ленты, жернов на шею и близ полночи вели к проруби. Старший с берега смотрел в черную открывшуюся воду и по видным ему приметам, молча, рукой, давал знать в какой момент толкать лошадь в воду.

От пчеловодов водяной требует пчел, воску и меду к 6 августа. Мельники находят, что в новой запруде должен утонуть человек — он как бы передается в работники водяному, который после этого не ломает мельницу.

Помимо водяного, в болотах и малых стоячих водоемах есть независящая от его воли нечисть. В омутах водятся вировники. В грязных низменных водах — лозники. В зарастающих прудах есть своя болотная нечисть и утопленники ичетики, которые издают пронзительные свисты и этим накликивают неприятности. Встречаются в болотах и бесы шиликуны с конскими ногами. Все они, как и водяной, могут отвлечь и утопить человека, опутать его травами. Потому на воде, какая она ни есть, надо не спать и не очень доверяться зыбкому дну и водной прохладе.

Мара

В славянской мифологии сейчас уже еле заметно просматривается конфликт обоих половин человеческого рода. Этот конфликт носил ритуальный характер и проявился в том, что было у нас язычество мужское и женское. Веками бытовали эти религиозные системы изолировано друг от друга, не пересекаясь.

Мифологическая разделенность этих двух религиозных систем оставила нам в наследство фрагменты воспоминаний о том, что нечетные числа — женские (враждебные). Третий день недели Среда — одновременно есть и женский мифологический персонаж подобный Мокоши — высокая баба в белом. Ночное время и время лунного календаря тоже женское. Хозяйственная деятельность, бытовое поведение, семейные обряды и ритуалы определялись фазами луны. Иначе говоря, все это было сферой женской деятельности и женского лунного календаря.

1. Начиная говорить о Маре — древнейшей богине женской религии, мы понимаем, что ее религиозный масштаб никак не укладывается в приведенную ранее картину мироздания. Мара как бы существует параллельно, сохраняя свою первозданную независимость. Если все же осмыслять ее место, то надо признать, что Мара есть воплощение изначальной Мировой Воли, с участием которой творился Мир.

Такой же древней, но все же не первой, оказывается и богиня Мокошь. Имена обоих богинь созвучны, и возможно они имеют одно происхождение. Толкователи имен производят имя Мокоши от слова мокнуть. Мокошь наделяет жизнью весенние воды, и именно она должна быть Богиня весенних гроз по мифологическим представлениям Афанасьева. Струи дождя подобны нитям и прядям, и глядя на них, некоторые люди понимают, что великая богиня ткет мироздание.

По финскому эпосу, Велес — бог певцов Вяйнемеин, рождается матерью воды, первой роженицей, к которой по своей водной природе приближена наша Мокошь.

Но помимо весенних дающих жизнь вод есть и иные, мертвые воды. Воды осеннего времени. Воды, ведущие в слякоть и тьму зимы. Их хозяйкой оказывается уже богиня зимы Марена, стремящаяся забрать живое начало.

Мокошь, Марена, Море, Мор, Мара — созвучные имена, связанные с водной стихией, с живым и мертвым началом.

Образ Мокоши восходит к древнейшей богине матриархата. Иногда он и совмещается с нею, но более поздние духовные наслоения заставляют нас видеть Мокошь хотя и пожилой, но современной, приближенной к людям богиней. Мара же — это богиня не опускающаяся к людям. Она не разделяет людские мысли и страсти, но в далеком прошлом, еще до рождения многих богов, она несла в себе и Мокошь и Марену. Это та опасная богиня, что жила великой Ягишной в глубоком лесу много тысячелетий назад.

2. В седой древности матрической эпохи, когда люди не знали главенства Рода, царила величайшая богиня Мара — оборотень, хозяйка леса, госпожа дня, ночи, солнца и месяца, утренних и вечерних зорь, владелица жизни и смерти. Прекрасные женщины с длинными волосами и совершенными тяжелыми формами, молили ее сохранить им жизнь и дать здоровых детей. Это было самым главным. Украшения и наслаждения перед этим ничего не стоили. А власть — она приходила сама со старостью, и ее не зачем было желать. Образ Мары виделся в глубине пещер, в лесной глуши, во мраке воды, в движении зверя. Она же была великая Мать, Мать-Сыра Земля, она рождала злаки для насыщения людей и травы для скота. Но она же наводила мор и беды.

Она не была доброй и не была злой. Она была Хозяйкой жизни, она повелевала случаем. И как люди кормили кур до времени, а потом резали их к сроку трапезы, так же и Мара следила за людьми, давала им плодиться и быть сытыми, но потом забирала их жизнь, когда возникала у нее в этом нужда.

Зачем Мара брала людей, и что из них делала? Как они служили ей потом, после земной смерти? Со всеми случалось по-разному. Некоторых она съедала, а от других оставляла части тела — руки и ноги, которые выполняли работу в ее хозяйстве.

Мало что могло разжалобить эту богиню, которая несла смерть, но до времени давала и жизнь. Лишь немногим из тех прекрасных женщин позволила она дожить до глубокой старости, видеть своих правнуков и чувствовать себя госпожой рода, быть хозяйкой подобно самой Маре. Когда забирала Мара и ее, то тело относили в глубокий лес, где оставляли в жилище, поставленном на "куриной ноге" — высоком пне спиленной ели.

3. Так поселялась в лесу очередная ягишна. А потомки, объединенные ее духом, звались рода. Рода — слово женское, бытовавшее в Тверской и Псковской землях, (см. словарь Даля). Русское имяречение еще помнит и женские отчества. Исторически очень недавно, когда родство стало у нас числиться только по отцу, укрепилось понятие земного рода в мужском значении.

Прошли тысячи лет, и древние люди вышли из под власти Мары. Появились другие боги, усложнился смысл жизни. Люди поняли, что боги не разводят их как кур. Но Мара продолжала держать в своих руках женские нити рождения и смерти, и страх перед нею остался. Ей поклонялись, ее почитали и боялись, стремились выйти из под ее власти, но и не теряли с ней связь. Ведь по разному может повернуться жизнь. И все же народное сознание боролось с Хозяйкой Жизни, стремилось превозмочь ее силу.

4. Истинной вотчиной Мары, где она чувствует себя полновластной хозяйкой, остается Белая Русь. Там и сегодня мы находим идолов Мары и ее культ.