Чтение онлайн

И в наше время понимание Родины красивой, средних лет женщиной — устойчиво, всенародно, и имеет глубокие исторические корни. Изображения и статуи России рассматриваются как культовые. Ныне такие наибольшие статуи стоят в Киеве и Волгограде.

4. Чувствуя языческую сущность Родины-Матери, монахи киевской лавры распространяли в народе недовольство по ее поводу. Так, в восьмидесятых годах, в Киеве, можно было услышать легенду, что когда возводили статую, некий старичок из лавры помолился, и строители ошиблись, так что Родина-Мать оказалась ниже креста их колокольни.

"Пророк божей матери" Иоан Береславский в брошюрке "Армагедон над Россией" за 1991 г., пишет, что во время ГКЧП, 19 августа того же года, христородица склонилась над болящей "дочерью своею" Россией. А у изголовья больной стоял сам Сатана, одетый в черное, с головой быка и злобными огненными глазищами.

По Иоану, Сатана был изгнан, и на его место к изголовью заступила христова матерь. Так ли было оно? Без христианских сил тогда явно не обошлось. Ибо после этого Россия оказалась ввергнута в беды еще большие. Народ нищал отчаивался и вымирал, а множились предатели, воры, попы, и богатела церковь христова.

Для ортодоксальных служителей культа, «пророк» Иоан — еретик, а любимая ими "Святая Русь" — не может иметь души, ибо ежели душа у Родной Земли есть, то она неизбежно будет языческой душою!

Впрочем, здесь христиане проговариваются. Так, на последних страницах современной редакции "Повести временных лет", во фрагментах, взятых из Ипатьевской летописи, находим: "Ко всем тварям ангелы приставлены; так же ангел приставлен к каждой стране, чтобы хранил каждую страну, даже если она языческая". Из этого текста следует, что каждая страна — живое существо.

5. Изначальная нравственная чистота России не дает покоя служителям зла. Бывает так, что силы мрака десятилетиями топчут, позорят, распинают, хулят богиню Россию, и ее детей. Хулы эти всегда находили бесславный конец.

Поклоняющиеся России интуитивно чувствуют ее бессмертной. Но спасение и бытие России до сих пор шло через побужденную любовью жертву. Если нынче ее принести будет некому, то Россия погибнет, а за нею погибнут и ее холодные рассудительные дети, все бравшие себе и не пожелавшие дать ничего от себя. Тогда Россию сможет спасти только чудо, непостижимый дар свыше, изъявление воли Рода, на которую русский язычник надеяться не в праве, ибо будет тогда она ему не по заслугам. Потому перед силами Морены и Морока, воплощенных ныне и в «благах» мировой цивилизации, язычник не может надеяться на чудо — на слова, на молитвы Роду о спасении себя и России. Он может надеяться лишь на свою жертву — деяние.

Мир устроен так, что поклоняющийся богам ответственен не только перед ними, но и за них. "Ты и убогая, ты и всесильная Матушка-Русь" — писал Некрасов. Это падение и величие богини определяется деяниями ее детей. "Пускай заманит и обманет — не пропадешь, не сгинешь ты, и лишь забота опечалит твои прекрасные черты", — с верой в бессмертие России написал Блок.

6. В разное время, при различных исторических ситуациях, Россия представлялась одинаково. В начале нашего века, на Урале, в Касли отлита статуя России с мечем. Она должна была символизировать страну на выставке в Париже. С мечем, но вложенным в ножны, Россия представлена на денежном знаке достоинством в тысячу рублей, выпущенном в Ростове-на-Дону в девятнадцатом году, с надписью: "Россия великая единая неделимая".

Осознание богини России дает понимание источника силы плаката "Родина-Мать зовет". Да, этот плакат написан не русским человеком, но всем нам известно, что со стороны тебя видят лучше, чем сам ты себя видишь.

Отмеченные Некрасовым противоположные состояния богини России то бессильной и убогой, то обильной и всесильной периодически повторяются в истории. Соответственно в народном сознании Россия представляется либо как плакальщица по убиенным детям своим, либо как мать, дающая оружие и осмысленность войны. Именно Россия дает ответ на вопрос — чем оправдан смертельный риск сражения? Перун, Ярило и Руевит, являясь богами войны, без России могут помогать и грабителям, а умирать в бою достойно лишь за Родину. Бог Святовит веками охранял не сокровища, а славянские земли. Надо понимать, что ныне охраняет он и Россию. Потому клич: "За землю Русскую!" оказывается не просто кличем первого воина, но кличем бога.

7. Когда образ богини России сформировался в народном сознании? Одно из ранних упоминаний матери Руси обнаруживается в тексте повести о Меркурии Смоленском. Как и большинство произведений тринадцатого века, эта повесть дошла до нас в искаженном и фрагментарном виде. Существует несколько ее вариантов, и мы обращаемся к самой древней ее редакции.

Из первой ее части мы узнаем, что Меркурий был послан некоей богатыркой защищать Русь от батыевова нашествия, но смог защитить только Смоленск. Меркурию отрубили голову. Он возвращается в Смоленск вложенной в него силой, где находит пославшую его. Отсеченная голова говорит с богатыркой, после чего Меркурий умирает. Далее идет монолог матери Руси. Может быть, она и есть богатырка, ибо кто еще мог посылать Меркурия? Перед монологом дается традиционное в язычестве описание Природы, через которую древний человек лучше, чем мы сегодня понимал свои радости и печали. Даем перевод этого монолога с древнерусского:

"…Горы и холмы плачущим пленным эхом отзывались, шум вод голоса их заглушал. Боры и дубравы вместо рыдания и плача ветвями повевают, вместо слез листву с себя спускают. Но и общая наша Мать восплакалась, горлом вздрагивая, устами глаголяще: "Сыновья Русичи! Почто ходите перед Господом Богом сотворившим вас в похотях сердец ваших? Хотите, послушайте меня, жизнь свою спасете, или не послушаете меня, оружие вас поест, уста Божие глаголют сие. Чада мои, прогневившие Господа своего и моего творца и Бога, вижу вас от тела моего отторгаемыми в поганые руки, иго на плечах ваших. Я оставлю вас, чад моих любимых, и быть мне бедной вдове бессчастной? О чем первом плачу, о муже ли моем или о любимых чадах? Вдовство мое есть опустение моих градов, лишение же чад — лишение учителей и священников и властителей прочего народа.

Возопию к общему творцу Господину Богу умильным гласом. Боже, создатель всех, сотворивший все своим пречистым хотением, увидь нынешнее беззаконие людей сих, утоли праведный гнев свой, возврати пленных, дай мне вторично следовать повелениям твоим, Господи, ибо ты есть един Бог безгрешный, милующий грешных и прощающий кающихся."

Этот монолог принадлежит нашей общей Матери, она в растерянности, не может понять причины случившегося бедствия, и обращается с молитвой к единственному стоящему над нею безгрешному судье — сотворителю всего своим пречистым хотением, просто Богу.

Едва ли надо гадать, что под Богом мыслится первотворец Род. Это понятно из того, что никаких христианских имен богиня не упоминает!

Род — установитель нравственных правил и повелений, следовать которым желает наша общая Мать, богиня России.

И Род сказал Матери — России, что оружие поест ее детей, если они не будут ее слушать. Эта фраза монолога не относится к конкретному событию, и поэтому ее надо принимать как требование на все времена, принять как положение, исторически подтверждающееся. Дети, не согласные с Россией, появляются вновь и вновь, и Род после ряда испытаний выносит им приговор.

8. Другое упоминание о плакальщице, которая легко отождествляется с матерью Белой Руси, а значит и восходит к образу языческой Руси в целом, обнаружилось в книге Яна Барщевского "Беларусь в фантастических рассказах". Барщевский жил в северо-восточной части нынешней Витебской области, не далеко от Невеля. Книгу свою он написал в середине девятнадцатого века на основе легенд белорусского народа.

Упоминание плакальщицы в тексте рассказов эпизодическое. Никаких специальных глав ей не посвящено, хотя роль ее оказывается центральной. Ее дела существенно выходят за функции богини печали Жели. Рассказы о ней ведутся от имени разных персонажей, и возникает ощущение, что ее знают все, хотя говорят о ней мало. Используя этот прием, автор смело, с большим доверием к читателю полагал, что должный уразуметь — уразумеет. В условиях господства католицизма и униатства иначе писать было невозможно. Само слово Беларусь было под запретом!