Чтение онлайн

2. Самой народной и всеобщей греческой верой была вера в нимф. Между нимфами и нашими русалиями есть очень много аналогий, не будем проводить их здесь. Нимфы давали грекам те же блага, что и русалки нашим рыбакам, землепашцам, охотникам.

По греческой вере, нимфы — Дриады владеют лесами и реками в долинах. До сих пор они водят хороводы в лунные ночи на полянах, и тех местах, где некогда росли священные вековечные маслины — деревья рока, которые называли мориями Паллады. Эти деревья были даром богини, и с их гибелью связывали и закат античной веры.

Днем хозяином леса является Пан. В полдень, в "час Пана", он спит, и людям должно вести себя тихо, дабы не потревожить его. На шумящего человека, в полдень он насылает животный (панический) страх.

В горах, на склонах, лишенных леса живут другие нимфы — Ореады. Из них вышли богини — Музы. Ореады вдохновляют к творчеству, берегут горные источники, указывают людям дорогу. Для их благосклонности или просто в подарок, им намазывают елеем выступы скал.

В море живут нимфы Нереиды — они ласкают человека в морских волнах.

Есть в море и бог подобный Пану — дед Протей, божество вечно изменчивое и не постоянное в своих стремлениях. Есть и активные, буйные Тритоны, которые своей игрой вызывают резкий ветер и бурю. От них спасают боги — близнецы Диоскуры, в знак появления которых на обоих концах реи вспыхивают два огонька.

Всем этим богам и духам молились и приносили дары.

Верховным божеством понимался Отец — Зевс, громовержец и тучепрогонитель. Ему зажигали огонь, который понимался не как самостоятельное божество, а как божественный дар Прометея. Языки пламени устремляются вверх, к небу, потому, что огонь стремится вернуться в свою небесную обитель. Божеством огонь был только в доме, в очаге, но и там у этого пламени была своя хозяйка — Гестия.

Солнцу — Гелию люди рассказывали по утру свои страхи, чтобы они сгорели и их души очистились. Ночью, он светит в обители блаженных, с другой стороны Земли, но не заглядывает в Тартар.

В ночи, Селене — Луне доверяли тайны, с Луной общались колдуньи.

Мать — Земля была особенно почитаема. Понималась, что она родила многих божеств, духов, животных и людей. И первые люди пили молоко, которое текло прямо из Земли. Афиняне верили и гордились тем, что они автохтонты — что их предки и были рождены той Землей, где стоит их город.

Одни отпрыски Земли были безобразны и чужды людям, другие прекрасны и полезны. Рождение богами есть творческий акт. Дети у Земли рождались все более совершенные, пока она не начала стареть. Потому нет ничего странного в том, что Земля рождала Тифона и Гекатонхейров, но она же родила и людей. Ныне Земля рождает деревья, кусты и травы. Но, богов, людей и зверей не рожает. Стало быть, Земля отражалась — совершила все свои деяния. Это указывает на возраст божества и место сегодняшнего дня в эпохе владычества богов — Олимпийцев. Мир стар, и потому катаклизмы происходят в нем редко. И боги борются не за владение Миром, а смотрят на суетные дела людей, и поражают того, кто дерзает быть выше богов.

Но, поскольку все живое рождено одной Матерью, значит, все оно состоит в родстве. И потому нельзя причинять обиду животным и вообще всему живому. За этим строго следит Артемида. Эринии преследуют разрушителей и губителей живого в Природе. И, даже, если охотник добыл в лесу зверя для пропитания, он должен очиститься после охоты. Звери не понимают Правды. Но человеку Зевс послал Правду, и надо поступать в согласии с нею. Потому, чтобы ни сочиняли о богах, сам же человек более всего уподобляется божеству, если говорит и вершит Правду. Таков нравственный закон античной веры.

Человеку естественно познавать мир и стремиться к истине. В боге истина и в истине бог.

3. Перед греками не было проблемы монотеизма и политеизма. Эта надуманная проблема отсутствует и у индусов. Единое божество признавалось греками под многими именами, и в равной степени все эти имена могли пониматься как имена многих богов. У каждого алтаря складывались свои правила культа, и все они были в равной степени признаваемы, хотя почитаемы в различной степени.

Основа религиозного самовыражения греков состояла в поэзии, музыке, переживании прекрасных скульптурных форм и в пляске. Пляска была более приближена к пониманию Природы, чем та божественная вечность, представление о которой давала скульптура. Священных книг античная религия не знала. Боги не писали и не требовали записывать их волю на вечные времена.

Греческое общество и его вера были построены на идее, что человек имеет свободу воли. С другой же стороны, понималось, что есть рок, который управляет и людьми и самими богами. Это не разрешимое для механического сознания противоречие, разрешается тем, что человек как раз и должен иметь свободу воли, дабы осуществить все то, что ему выпадает по року.

Потому и не требовалось древнему греку священных книг, поскольку бытие мира обусловлено, а стало быть, уже где-то записано. В мире хранится священное знание, но оно не принадлежит и не может принадлежать людям. Его можно лишь получить в пророчествах, как это происходило в Дельфах.

По греческой вере, тот, кто пытается препятствовать року, никогда не добивается успеха, а только терпит неудачу. Но, каков он рок — никто не знает. Потому человеку должно действовать, как душа этого требует. А будут ли те действия на погибель или на процветание — то уже за пределами воли человека, это и есть рок. Так, что предполагаемая свобода воли, вообще говоря, обязывала человека к каким-то действиям. Бездеятельность и безынициативность не поощрялись, (в отличие от восточных учений, где любым делом боятся испортить себе карму).

Если у нас остались представления о греческой поэзии и музыке, то почти не осталось никаких знаний о пляске. Это важный элемент древнегреческой культуры, о котором мы не имеем представления и традиционно никак не увязываем его с античностью. Между тем, Платон считал, что надо не только чтобы наша молодежь плясала хорошо — надо чтобы она плясала хорошее! Все крупные праздники сопровождались хороводами дев.

Вот эти две строчки нам только и известны. Все остальное приходится реконструировать на основе краснофигурных ваз и собственного мистического опыта. Судя по словам Платона, пляска была менее устойчивым явлением, чем, например, язык. Она определяла, (как и в наше время), уровень нравов. Пляски носили смысловой, и, значит, религиозный характер. Стало быть, она была элементом культа, мистерий. Стало быть, в плясках греки уподоблялись своим демонам и духам, стало быть, входили в контакт с ними и передавали им или через них богам свое пожелание. Стало быть, пляска была элементом прикладной магии. Стало быть, у охотников, рыболовов, пахарей, ремесленников, воинов пляски были свои.

Конечно пение, музыка и пляска были связаны друг с другом. Отдаленное, но не ошибочное представление о ритуальной греческой пляске можно получить из той общей сцены, которая называется «Вакханалия». Через столетия, ее оценивали как бесовское деяние. Но через полторы тысячи лет ее уже воспевали художники Возрождения, подменяя на полотнах участников вакханалии сатирами и нимфами, пляшущими в честь Диониса.

В своей сущности пляска свидетельствует, что греческая религия была жизнерадостной. В этой религии не было активных черных божеств, не было подобия Дьявола. Понималось, что боги творят добро, а там, куда не доходит добро богов, там оказывается зло. К добродетели человека делает способным разум. И боги постигаются разумом в истине и красоте.