Чтение онлайн

Ещё сыры с собою захвати –

начальника сырами угости.

О нуждах братьев и об их здоровье

узнай и всё подробно расспроси».

Давид овец оставил поголовье

и ранним утром с грузом был в пути.

К полудню подошёл Давид к обозу.

На склоне бодро строились войска,

готовясь отразить врагов угрозы.

Все знали, битва будет нелегка.

И над долиной, на горе крутой

Войска застыли – перед строем – строй.

Давид сложил в обозе груз домашний,

на сохраненье сторожу вручил,

а сам в ряды - узнать о самом важном,

родных проведать братьев поспешил.

Он с ними говорил, когда в долину

сошел, грозя языческий гигант.

Давид увидел мерзкую картину,

услышал оскорбительный накат.

Увидел страх в сердцах Израильтян,

накрывший войско, как густой туман.

И вопросил Давид у близстоящих:

«Что будет в царстве сделано тому,

кто эту гору чешуи блестящей

поучит уваженью и уму?

Кто снимет поношение с народа,

тому, кто это чудище убьёт,

которое под оком небосвода

хулит живого Бога и народ?

Да кто он – необрезанный злодей,

чтоб так позорить Бога и людей»?

Ему сказали: «Если кто погубит

единоборца мощного сего,

того Саул, как родича полюбит –

он дочь родную выдаст за того,

великим наградит его богатством,

от податей избавит отчий дом.

И знатным человеком станет в царстве.

И весь Израиль будет за него.

Но среди нас не сыщешь, видит Бог,

бойца, который с ним сразиться б мог».

А старший брат Давида рассердился,

когда услышал, что он говорит:

«Ты, вообще, зачем здесь очутился?

Сражения тебя прельщает вид?

Ты на кого овец немногих наших

оставил, в диких пустошах пастись?

Высокомерно говоришь при старших,

домой, я вижу, вовсе не спешишь»! 4

«Что сердишься? – Давид ему сказал, –

И говорить нельзя мне, Елиав»?

И продолжал он говорить с другими.

Звучали те же горькие слова.

Они язвили чувствами своими.

Их до Саула донесла молва.

И вот Давид стоит перед Саулом

и говорит царю: «Оставь печаль!

И, как бы жизнь Израиль наш не гнула,

Господь ведёт в сияющую даль.

Твой раб тотчас на смертный бой пойдёт.

Даст Бог – Филистимлянина убьёт»!

Саул сказал: « Не можешь ты сражаться!

Он воин с юных лет, а ты юнец.

За сотню Голиаф умеет драться.

К нему лишь выйдешь – тут тебе конец»! 5

Но, усмехнувшись, так Давид ответил:

«Твой раб овец отцовых в поле пас.

То приходил медведь, то льва я встретил.

Они овец таскали. И не раз

твой раб зверей могучих догонял.

из пасти их добычу отнимал.

Но если лев тот на меня бросался

то я его за космы крепко брал

И, как бы он мне не сопротивлялся,

я вора беспощадно убивал.

Со львом твой раб справлялся, и с медведем,

и с этим необрезанным сражусь.

Позорной смертью за слова ответит,

что здесь орал – такого не прощу!

Живого Бога воинство он клял!

Убью его, чтоб мир об этом знал»!

«Иди, – сказал Саул, – Господь с тобою.

Свои одежды юноше он дал,

надел броню и собственной рукою

свой медный шлем надел и повязал.

Мечом поверх одежды опоясан,

пытался бодро двигаться Давид.

Но без привычки, словно сетью связан,

отвергнул он парадный этот вид.

Взял посох в руки, всё свой надел,

с собой и сумку взять он захотел.

Сошёл к ручью, в долине под горою.

Взял из ручья тяжёлых пять камней,

сложил их в сумку твёрдою рукою

и выступил на бой с пращой своей.

Филистимлянин ждал с оруженосцем.

Врага увидев, двинулся вперёд.

Броня сияет. Шлем горит, как солнце.

Над головой копьём своим трясёт.

И видит Голиаф: пред ним Давид –