Чтение онлайн

Жилище Мое – в чистой душе; там пребываю Я, словно в раю, преисполненном всяческих радостей. Поэтому так невыносимо для Меня, когда душа со сладострастием либо наслаждением склоняется к какой-либо из вещей. По своей природе душа склонна к порочным удовольствиям, и поэтому преграждаю Я ей путь терниями [333] , наполняю мерзостями все окольные тропы, дабы душа не бежала путей Моих; все пути усеиваю Я страданиями, дабы душа могла обрести сердечную радость лишь в величии Моей божественной природы. Смотри, если бы все сердца были одним сердцем, то в веке сем не смогли бы они обрести и малую толику богатства, сравнимого с тем, которое Я дарую в вечности за самое незначительное страдание, которое человек претерпевает ради любви ко Мне. Таков Мой вечный порядок во всей природе, и от него Я никогда не отступаю. Достойное и благое должно быть заслужено горькою

86 Имеется в виду на Небесах в присутствии Бога. Ср.: Мф 17, 4.

87 См.: Августин. Исповедь. I. 12.

службою [334] ; кто отступает, тот остается позади; «много званных, а мало избранных» [335] .

СЛУЖИТЕЛЬ: Господи, вполне может быть, что в страдании заключено безмерное благо, когда страдание не столь велико, не столь ужасно и неслыханно. Господи, Ты один видишь все сокрытые вещи, «все сотворил Ты числом и мерою» [336] . Тебе ведомо, что мои страдания превосходят всякую меру, что они выше сил моих. Господи, есть ли кто в целом свете, кто беспрестанно испытывал бы более нестерпимые страдания, чем я? Я этого не могу себе представить. Как смогу я все вытерпеть? Господи, если бы Ты дал мне обычные страдания, которые я смог бы вынести. Я не знаю, в состоянии ли я терпеть далее все эти неслыханные страдания [337] , подспудно сковавшие мне душу и разум, страдания, вся глубина которых ведома лишь одному Тебе.

ВЕЧНАЯ ПРЕМУДРОСТЬ: Каждый больной мнит себя самым больным, каждый бедняк – самым бедным. Если бы Я ниспослал тебе другие страдания, было бы то же самое. Подчинись добровольно воле Моей во всех страданиях, которые Я ниспошлю тебе, во всех страданиях без исключения. Разве не ведомо тебе, что Я желаю тебе лишь наилучшего с таким благорасположением, как если бы ты желал это сам себе? Я – Вечная Премудрость и знаю лучше, что для тебя наилучшее. Пойми, что ниспосылаемые Мною тебе страдания гораздо лучше подходят тебе, гораздо глубже проникают в тебя, гораздо вернее направляют ко Мне, чем все те, которые ты избираешь сам, если, конечно, ты их правильно переносишь. Так чего же ты сетуешь? Обратись лучше ко Мне с такими словами: «О, мой верный Отче, делай со мною все, что хочешь» [338] .

СЛУЖИТЕЛЬ: Ах, Господи, об этом легко говорить, но когда страдания подступают ко мне и охватывают меня, то невыносимо мне бывает превозмогать нестерпимую боль.

ВЕЧНАЯ ПРЕМУДРОСТЬ: Если бы страдания не приносили нестерпимую боль, то никто и не называл бы их страданиями. Нет ничего, что приносит более нестерпимую боль, чем страдания, и нет ничего, что приносит большую радость, чем превозмогание страданий. Страдания – это кратковременная боль и длительная радость. Страдания действуют таким образом, что для того, на кого они возложены, они в конце концов перестают быть страданиями [339] . Обладай ты духовной бодростью, Божественным утешением и Божественной радостью в такой степени, чтобы тебя беспрестанно орошала небесная роса, то это не принесло бы тебе той награды, какой удостаивает страдание. Ибо все это не заслуживает наибольшей Моей благодарности, не делает Меня должником твоим в той же мере, как с любовью переносимое страдание или невозмутимость в трудных обстоятельствах, в которых ты оказываешься ради любви ко Мне [340] . Скорее десять человек согласятся жить в довольстве и веселье, нежели один согласится вести жизнь, полную жестоких страданий, постоянно соприкасаясь с мерзостями [341] . И даже если освоишь ты великое искусство звездочетов, сможешь рассуждать о Боге столь же красиво, как все те, кто обладает ангельскими голосами, и превзойдешь в познании всех премудрых учителей, это не сможет приблизить тебя к наилучшей жизни в той же мере, как если ты предашь себя во всех страданиях твоих в руки Господа, отказавшись от всего прочего [342] . Ибо то способны делать и добрые, и злые, тогда как страдание – лишь для избранных Моих. Кто способен правильно взвесить время и вечность, предпочтет скорее пребывать сотню лет в печи огненной, чем, испугавшись незначительного страдания, на Страшном Суде отказаться от вечности. Ибо первое имеет предел, второе же нет.

СЛУЖИТЕЛЬ: Ах, любезный, дражайший Господи, для ушей страждущего слова Твои звучат, словно сладкие звуки арфы. Коль пожелаешь Ты ублажать меня в страданиях моих этой сладостной игрой на псалтыри, то буду я страдать охотно. Лучше мне тогда страдать, чем не страдать!

ВЕЧНАЯ ПРЕМУДРОСТЬ: Так внимай же этой сладостной игре натянутых струн души человека, страдающего во имя любви к Богу! Слушай, сколь звучны они и сколь полны сладости!

Страдание для мира отвратительно, но пред очами Моими оно означает наивысшую честь. Страдание преодолевает Мой гнев, позволяет снискать Мою милость. Страдание обращает Мою любовь на людей, ибо страдающий человек Мне подобен [343] . Страдание – сокрытое благо, которое нельзя купить. Даже если человек простоит сто лет на коленях, моля Меня ниспослать ему благое страдание, то и этого будет недостаточно. Страдание превращает земного человека в небесного. Страдание отвращает от мира и приближает ко Мне. Оно уменьшает число мирских друзей и увеличивает благодать. Тот, кого дружелюбно принимаю Я, должен полностью отречься от мира, оставить все мирское. Страдание – это наивернейший, наикратчайший, наискорейший путь [344] . Смотри, тому, кто всегда верно знает, сколь нужны страдания, следует принимать их как драгоценный Божественный дар. Ах, человек иной, который был порождением вечной смерти и глубоко спал, пробуждается страданием и решается вести благую жизнь. Но иной дикий зверь, иная неприрученная птица, постоянным страданием словно бы заключенные в клетку, лишаются вечного блаженства, даже если им хватает пространства и времени. Страдание оберегает от тяжкого падения, оно позволяет человеку познать самого себя, подняться над самим собой, довериться ближнему своему. Оно охраняет смирение души и учит терпению. Оно – хранительница чистоты и дарует венец вечного блаженства. Вряд ли найдется человек, кому страдание не могло бы дать чего-нибудь благого, если теперь он еще совершает ошибки (будь он начинающим, продвинутым или совершенным), ибо оно заставляет железо сверкать, золото блестеть, алмаз сиять красотою [345] . Страдание позволяет смыть грехи, уменьшает муки чистилища, изгоняет споры, ликвидирует недостатки, обновляет дух. Оно наделяет большей уверенностью, чистой совестью и постоянно возвышенным чувством. Знай, оно – здоровое питье, целебная трава, более ценная, чем все травы райского сада. Оно укрепляет тело, впадающее в лень, и окормляет благородную душу, предназначенную к вечной жизни. Душа растет страданием, как прекрасная роза – майской росой. Страдание наделяет мудростью и опытностью. Что ведомо человеку, никогда не страдавшему [346] ? Страдание – это розга, удар для избранных Моих. Страдание ведет человека к Богу, делает Бога ему необходимым, нравится это человеку или не нравится. Кто сохраняет в страдании веселый нрав, тому служат и печаль, и радость, и друг, и враг. Как часто сокрушал ты у скрежетавших зубами врагов их железный укус и лишал их силы своим радостным прославлением и своими кротко переживаемыми страданиями! Скорее заставлю Я страдать из ничего, чем оставлю друзей Моих без страданий, ибо тем самым укрепятся все добродетели, и человек ими украсится, ближний станет лучше, Бог прославится. Терпение в страдании – живая жертва, сладостный аромат благородного бальзама, источаемый пред Моим Божественным ликом, величайший для всего высшего небесного воинства предмет удивления. Не приветствуют так восторженно победившего на турнире рыцаря, как радуются Небеса о терпеливо переносящем страдания человеке. Все святые напояют страдающего человека из уст своих, ибо прежде они сами испробовали страданий и предлагают теперь целительное питье, исходящее из уст их, то есть лишенное какого бы то ни было яда. Терпение в страдании значит больше, чем воскрешение мертвых или другие чудеса. Это тернистый путь, славно приводящий к Вратам Небесным. Страдание делает товарищем исповедников веры, оно несет с собой славу и победу над всеми врагами. Оно облачает душу в розовые одеяния, в пурпур, вручает венец из алых роз, скипетр из зеленых пальмовых ветвей и сияющий рубин к застежке на девическом одеянии. Сладостным голосом восторженного духа воспевает оно новую хороводную песнь в вечности, какую не могли бы воспеть и все ангелы, ибо они никогда не страдали. Говоря коротко, страдающих мир жалеет как нищих, но для Меня они святы, ибо они избранные Мои.

СЛУЖИТЕЛЬ: Ах, сколь ясно теперь, что Ты – Вечная Премудрость. Ибо смогла Ты теперь явить истину как из внутренних глубин исходящую, чтобы никто уже не сомневался! Неудивительно, что любой охотно понесет страдания, если Ты будешь с такой любовью относиться к нему. Своим Словом благим сделала Ты так, что отныне все страдания будут для меня легкими и радостными. Но теперь я припадаю к Тебе, Господь и верный Отец мой, и из глубин сердца своего молю тебя не только о нынешних страданиях, но и о прошлых, казавшихся мне чрезмерно большими, потому что они выглядели столь враждебно.

ВЕЧНАЯ ПРЕМУДРОСТЬ: А что ты теперь о них думаешь?

СЛУЖИТЕЛЬ: Если сказать точно, то вот что. Когда взираю я на Тебя, драгоценное отворение сердца моего, дружескими очами, то обнаруживаю, что большие и жестокие страдания, которыми Ты как Отец испытывал меня и пред лицом которых от меня тогда отшатнулись даже те, кто считался друзьями Твоими, были для меня словно нежная майская роса.

Когда тот же самый брат-проповедник начал делать эту запись о страдании, узрел он тем же образом, который описан выше, сидящими пред собою двух людей, погруженных в страдания и печаль.

И один из них попросил, чтобы поиграли ему на псалтыри [347] . Ему это не понравилось, и он счел это неподобающим для духовных людей. И тогда услышал он глас, сказавший, что желание это отнюдь не неуместно. И тут же откуда-то возник юноша, прекрасно игравший на псалтыри, и стал играть. Когда он закончил, то повязал на псалтыри две нити крест-накрест и отдал ее брату-проповеднику. И лишь после этого начал этот брат говорить о страдании.

СЛУЖИТЕЛЬ: Воистину, Господи, от всех сердец укрывается непостижимое Благо, обнаруживаемое при созерцании Страстей Твоих, если помещать его в пространство и время. И все же путь Страстей Твоих, Господи, – надежный путь сквозь истину к высочайшей вершине всяческого совершенства. Славься, Павел, благородный светоч всего неба звездного, что ты взошел так высоко и введен был в сокровенные глубины чистой божественности, так что воспринял глубочайшие слова, которые никто не может выразить, и преисполненные любви Страсти так глубоко проникли в сердце Твое, что ты рек: «Я знаю лишь Христа, и притом распято-го» [348] . Благословен среди всех учителей также и ты, дражайший св. Бернард, чья душа была пронизана лучезарностью вечного Слова в такой степени, что любезные слова твои, излившись из сердца, словно нежная роса, возвестили нам о страданиях Его человечности, когда душа твоя, преисполненная любви, говорила: Дражайший мирровый пучок с ароматами горчайших страданий возлюбленного Господа моего возложил я на грудь свою, и, полный любви, заключил эти страдания в сердце своем. Я не ищу, как невеста, где Он в полдень прилег отдохнуть, Он, объявший сердце мое [349] . Я не спрашиваю, где обедает Он, Он, Кого преисполнившимся любви на Кресте созерцает душа моя. То – возвышеннее, но это – более достойно любви и подобает мне. Из любвеобильных Страстей сполна извлекаю я возмещение ничтожных заслуг моих, в Них кроется моя совершенная праведность. Это созерцание называю я Вечной Премудростью, венцом всего искусства, богатством всей святости, полнотою всех наград. Оно ниспосылает мне счастье, укрепляет в испытаниях, позволяет одинаково ровно воспринимать любовь и ненависть этого мира и надежно хранит меня от всякого зла. Порой принимаю я от него глоток горечи, а порой – глоток Божественного утешения и духовной любви.

Ах, потому, дражайший св. Бернард, уста твои по праву источают слова любви, что сердце твое нежно пронизывают достолюбезные Страсти Христовы.

Вечная Премудрость, я заметил вот что: кто стремится к великой награде и вечной святости, кто ищет высшего знания и глубин мудрости, кто желает быть твердым в радости и горе и обезопасить себя от всевозможного зла, кто хотел бы принять питье из Твоих горьких страданий и невыразимой милости, тому следует всегда держать Тебя, Христа распятого, перед внутренним взором своим.

ВЕЧНАЯ ПРЕМУДРОСТЬ: Ты не совсем хорошо знаком с великим Благом, заключенным в этом. Смотри, постоянное созерцание достолюбезных Страстей Моих делает из простого человека возвышенного и преисполненного знаниями учителя. Это книга жизни, в которой заключены все вещи [350] . Как счастлив человек, всегда имеющий ее перед глазами и усердно ее изучающий! Сколько может обрести он мудрости и благодати, утешения и благ, преодолеть все заблуждения и ощутить Мое постоянное присутствие!