Чтение онлайн

Ох, обувь! Сколько у меня было разных ботиночек, туфелек, на любой вкус, сезон, настроение. И на каждый день, и на прогулки, и даже расшитые бисером, жемчугами и драгоценными каменьями, но такие только на очень важные церемонии…

Где она теперь, моя богатая, сытая жизнь

Иду, снова погрузилась в свои мысли о прошлом. И они же привели меня в какую-то лавку с обувью. Продавец тоже не из тех, что гонор свой норовят показать, расстелился предо мной, как коврик, и за ручку взял, и на лавку усадил, и ботинки-коты предложил, грубоватые, но крепкие, таким сносу не будет лет десять. Померила и показалось, вполне сносно выглядят и даже не пытаются натереть. Мои-то прошлые белые ножки на любой узелок или шов сразу кровоточили, потому мастера делали свою работу идеально. А ножки Василисы привычные к любой обуви, а то и к босому времяпровождению, им и деревянные колодки и лапти сойдут, лишь бы были.

С ботинками определилась, решила не мелочиться, сразу и башмачки решила прикупить.

— И летние, простенькие, недорогие, можно тряпочные, я потом сама на них вышью узоры.

Мужчина улыбнулся:

— Мастерица, значит, вот эти могу предложить. И подошва надёжная, и вид приятный. За всё рубль и пятьдесят копеек.

— Тридцать, — я тут же вспомнила науку Матрёны, и продавец уступил.

— Тридцать пять!

— По рукам! — отсчитала нужные деньги и без сожаления выкинула чужие сапоги, они уже прохудились до невозможности, так что я сделала два добрых дела, себя спасла от улики, а бывшую хозяйку — от позора.

Переобулась и пошла по рядам, искать платье по размеру, чтобы завтра заявиться во дворец во всеоружие, и заполучить место.

Вот только как быть с немотой. Об этом я даже думать не могу, потому как понятия не имею, как вернуть себе голос и снять неведомое проклятье. С каждой минутой всё больше убеждаюсь, что не попасть мне во дворец, смысла в этом нет никакого. К сыну меня и на пушечный выстрел не подпустят, а если подойду, то побьют. На мужа даже взгляд поднять не могу, отрезали меня от семьи по живому.

Знать бы кто это сделал, и тогда я вышью для этого человека такой узор…

Сердце вдруг прищемило с такой неистовой силой, что я чуть было не задохнулась от боли. Прижала кулак к груди и на полусогнутых добрела до завалинки у какой-то лавки и села, боясь провалиться в беспамятство. Всем телом прочувствовала, что неспроста это всё. И немота, и сердечная боль, особенно если думать про врага, сотворившего со мной беспощадное зло. Он или она тем себя и обнаружит, перестаралась гадость с защитой, не подумала, что у меня тоже магические силы…

— Так! А откуда у меня-то этот дар узоры волшебные шить? — наконец, я нащупала ту ниточку в запутанном клубке, за какую можно безболезненно тянуть, не теряя голос. Только ответа нет.

Не сразу, но давящую на сердце боль отпустило. На ватных ногах кое-как поднялась и пошла искать себе платье по разумной цене, даже самое простое я смогу украсить своими узорами. И кто знает, может быть, именно с ними у меня получится и не молчать во дворце, и хоть какую-то защиту себе сделать от давящей боли. Потому что не могу перестать думать о враге, потому и плохо себя чувствую. Понятное дело, что не будет эта пакость проклятая сидеть, сложа руки и продолжит дела творить окаянные.

Тут и к гадалке не ходи.

От тягостных размышлений меня отвлекла базарная суета. Платье нашлось быстро, не такое, как носят знатные барышни, у тех цена неподъёмная. А проще, как у горничных. Но чистое, новое, и село на меня прилично. Правда, грудь маленькая у Василисы, но и к лучшему, красивые перси в моём положении только к неприятностям.

Больше денег на растраты нет, остались на ночлег, ужин и, возможно, на завтра. Новой вышивки на продажу тоже пока нет, этой ночью придётся запереться в коморке и вышить что-то на новом платье, чтобы защитить себя от злых сил.

— Ага, вышью, и, наоборот, привлеку к себе лишнее внимание. Нет, лучше уж вышить снова на отдельном лоскутке, в случае чего и продать можно будет.

А потом меня осенила восхитительная идея. Что, если на платье тоже сделать вышивку, но не обычными нитками, а теми магическими. Их при дневном свете и не видно. Но действовать они совершенно точно будут.

Окрылённая новой идеей, вернулась в маленькую таверну над пирожковой лавкой, оплатила десять копеек за ночлег и заперлась в крошечной комнатке, пока светло начать, а там и сами нитки сиять начнут.

Если в первый раз я шила по случайности, то в этот раз мои намерения сознательные. Всё приготовила, но пока шить не начну, магия не начинается. Чтобы закружились вокруг меня магические нити, пришлось в иглу вдеть простую льняную ниточку. Вставила ткань платья в пяльцы, чтобы под воротом пустить магический узор, и начала шить. Сначала ряд красивым швом прошла, не сразу, но вдруг начала замечать, что вокруг снова витают тонкие волосинки, сияющие золотистым светом. Присмотрелась, а нити-то разные, и даже цвета у них отличаются. Есть и такие, что натянуты как струны, они «в своей работе», естественно сплетаются. Наверное, между людьми, или это события так связываются, или судьбы, пока не поняла сути, потому такие стараюсь даже не касаться. Поймала одну из свободных, вставила в иглу и начала вышивать какой-то узор замысловатый, не думая, оно всё само как-то. И снова с такой скоростью, что по завершении, пальцы мои заныли от усталости.

Но теперь на лифе моего простенького платья появился перевёрнутый треугольник, заполненный красивыми знаками, и понимаю, что это не простые узоры, а какие-то неведомые заклинания, какие я пока и понять не могу. Но они совершенно точно защитные.

Обессиленная завалилась спать. А с первыми петухами сама хозяйка и стукнула в дверь, напомнила, что ежели я собираюсь во дворец испытывать судьбу, то самое время отправляться.

Жаль, что с вечера не собралась. Пришлось всё быстро сложить в шаль, завязать узел, заплести косу и надеть новое платье с магической защитой.

Надела и мгновенно ощутила в себе новые силы жить.

— Ну что? Решилась? — хозяйка осмотрела меня и улыбнулась, довольная видом, словно сама выбирала наряд.

— Да, попытаю счастье ещё раз. Если не получится, то вернусь и буду здесь работу искать.

— Удачи тебе. Хорошенькая, и платье теперь приличное, и обувка достойная, в таком-то виде тебя быстро возьмут, а после уж как себя покажешь, там лентяек не любят, быстро выставят за ворота.

— Да, понимаю, но рискнуть обязана.

— Пока молодая, да без семьи, что ж не рисковать. И я тебе вот что скажу, там уж столько служивых и холостых женихов-то, ты себе мужа-то не забывай присматривать. Да какого попало не бери, не первого. Те, что сразу-то подойдут и начнут заигрывать — бабники или дураки, кому другие бабы да девки отказали. Первые-то недели строй из себя серьёзную недотрогу. А уж, как покрутишься, присмотрись, приличные-то парни тоже не сразу подходят, они тоже присматриваются. И с твоими-то глазами, думаю, что без хорошего мужа ты не останешься. Но не упусти самого лучшего…