Чтение онлайн

Я прекрасно понимал их эмоции. Мир Войн едва не уничтожил Орден Хранителей. Они выгнали Орден из Аэтерна, а позже закрыли им выход из Гласа, возможно, даже каким-то образом воздействовав на Мёртвых Апостолов.

Точных деталей я не знаю, но, видя, какая ненависть плещется в глазах двух Архонтов, мне очевидно — они сделают всё возможное, чтобы уничтожить Мир Войн.

— Отлично, — кивнул я. — Сколько времени вам нужно? И ещё — вы задействуете Башню Испытаний?

Архонт Гаррик поднялся и мельком посмотрел на Борислава, который всё время встречи молчал.

— Руслан, как официальный Избранный, ты можешь посещать Башню Испытаний в любой момент, — медленно произнёс Гаррик. — Я приглашаю тебя пройти сейчас с нами.

Я кивнул и тоже поднялся. Архонт не хочет при Бориславе говорить о том, как изменилась Башня Испытаний.

— Парень, пойдём со мной, — Варгас махнул рукой Бориславу. — Покажу тебе, насколько силён наш Орден.

— Парень? — Борислав хмыкнул. — Ещё немного и я разменяю первую тысячу лет.

— Когда первые десять тысяч разменяешь — тогда и поговорим, — покровительственно сказал Варгас.

— А ты сам разменял?

— Нет ещё.

— А ты считаешь вместе со своей комой? — Борислав подозрительно прищурился.

— Это не важно…

— Очень даже важно!

Борислав и Варгас поднялись в воздух и улетели.

Гаррик создал портал, и мы оба вошли в него, оказавшись в Башне Испытаний. Пришло время посмотреть, что с ней стало после Искры Основы Хаоса.

Я вошёл в портал и оказался в зале с арками Башни Испытаний. Только выглядел он совсем не так, как я его помнил.

Все девять порталов пылали энергией, отбрасывая на стены пляшущие отсветы. Сам зал словно ожил — каменные плиты под ногами тихо гудели, наполненные глубинной мощью. По высоким сводам струились тонкие линии света, складываясь в сложные руны, которых я раньше никогда здесь не видел. Воздух дрожал, насыщенный плотной, осязаемой силой — такой, что покалывало кожу.

Тут и там виднелись члены Ордена Хранителей. Кто-то сосредоточенно изучал арки, кто-то спешил по своим делам, обмениваясь короткими репликами. Несмотря на внешнюю слабость и даже измождённость — следы недавних испытаний всё ещё лежали на их лицах — глаза Хранителей светились живым энтузиазмом.

Нынешний зал с арками значительно отличался от того, каким он остался в моей памяти. Это место как будто заново родилось — обновлённое, расцветшее, дышащее иной, более глубокой магией. Даже сами арки были выше и шире прежних.

— Впечатляет, — произнёс я, обводя зал взглядом. — Изменения видны невооружённым глазом.

— Это лишь то, что лежит на поверхности, — усмехнулся Архонт и направился к первой арке. — Пойдём, покажу, во что превратилась Башня Испытаний.

Все попадающиеся нам на пути маги уважительно кланялись. Архонт покровительственно кивал в ответ, и я повторял за ним. Многие Хранители с подозрением провожали меня взглядом — мало кому был известен мой истинный статус в Ордене.

Мы шагнули в портал и оказались на кладбище. Причём кладбище было в самой активной своей фазе — зомби давно выбрались из могил и теперь, шатаясь и подвывая, рыскали между покосившимися надгробиями в поисках добычи.

Мы с Архонтом взмыли вверх и зависли высоко в небе, откуда открывался вид на бескрайнее поле могил. Тяжёлый, гнилостный воздух клубился внизу серой дымкой, и сквозь неё то и дело прорывались вспышки боевой магии — где-то там, среди надгробий, претенденты бились за свои жизни.

— Первый этаж, Испытание Смелости, — провозгласил Гаррик, обводя кладбище неторопливым взглядом. — Дыхание Искры Основы Хаоса заметно воздействовало на него. Гляди.

Архонт указал вниз. Я пригляделся и увидел группу Хранителей, которые отчаянно сражались с мертвецами. На их лицах был написан ужас.

Сосредоточившись, я смог расслышать, что они говорят.

— Нет, нет, мама! Почему ты?! — кричал один из Хранителей, бледный от ужаса.

Из его глаз текли слёзы. Он размахивал жезлом, создавая огненные плети, и отбивался от женщины-зомби. Та после каждого удара отлетала прочь, но всякий раз вставала и снова шла на Хранителя.

С другой стороны я заметил белобородого старика. Глотая слёзы, он выпускал из рук молнии, прожаривая юного зомби, совсем похожего на живого человека. Дед не мог нанести последний удар — так же, как и предыдущий Хранитель, он просто тянул время.

— Они видят своих родных, — понял я.

— Да, — кивнул Архонт. — Испытание Смелости стало ещё более жестоким. Теперь среди монстров встречаются люди, которых претенденты когда-то потеряли. Их дети, родители, братья и сёстры. Чтобы пройти, им придётся убить их — иначе испытание невозможно завершить.

— Жестоко, — заметил я, мысленно радуясь, что в моё время такого не было.

Не хотелось бы мне встречаться с мёртвыми копиями своей погибшей жены или детей.

— Да, но действенно, — жёстко сказал Гаррик. — Как ты видишь, все претенденты ниже Высшего ранга. Подобные испытания в первую очередь полезны именно для них — они закаляют их, готовят их души к прорыву. Никакая материальная награда не сравнится с тем, что они получают на этом кладбище.

— Так можно и психику сломать, — заметил я. — Думаю, далеко не все готовы проходить такое испытание.

Я кивнул в сторону старика, который опустил руки. Молодой зомби набросился на него и принялся рвать когтями. Архонт поморщился.

Раненого старика тут же охватила волна света, и он исчез. Похоже, Хранители не хотят терять никого из своих и значительно снизили смертность Башни Испытаний.

— Если он не сломается, то станет сильнее, — вздохнув, сказал Гаррик. — Ладно, пойдём дальше.

Архонт взмахом руки создал портал, и мы вошли в него, снова оказавшись в зале с арками. На этот раз Гаррик шагнул во вторую арку, и мы переместились в знакомую мне библиотеку, где проходило Испытание Мудрости.

Архонт полетел вперёд, проносясь мимо бесконечных рядов полок, и остановился у самой дальней стены. Здесь раньше было пусто, но теперь в камне проступила узкая ниша. Внутри неё висела одинокая полка, мерцающая слабым серебристым светом. От неё веяло магией Разума и Обмена.

— Гляди, — сказал Гаррик.

Он коснулся полки пальцами, и над гладкой поверхностью возникла россыпь бледных символов. Несколько мгновений они кружились в воздухе, а затем начали стягиваться в форму тонкой книги. Обложка ещё не имела ни названия, ни цвета — только туманное пятно, словно Башня пока не решила, чем именно станет этот фолиант.