Чтение онлайн

Воодушевлённый успехом, я продолжил собирать новую концепцию, а чуть позже попытался её использовать.

Поглотив немного энергии, я выпустил её из руки — она сформировалась в тонкие серебристые нити, которые упали на россыпь прозрачных камней.

Над ними тут же появились образы Хранителей. Они удивлённо закрутили головами, словно живые.

— Где мы? — спросил один из них.

— Что со мной? — другой смотрел на свои полупрозрачные руки.

Спустя несколько секунд эти образы исчезли. Как интересно.

Я продолжил эксперименты, и вскоре у меня сформировалась теория.

Учитывая всё, что я увидел, эту концепцию можно назвать словом «Наследие». Или «Память». Она помогает выдернуть что-то из прошлого в настоящее.

В этом плане у неё с концепцией Единения есть некое сходство.

Единение создаёт связь между теми, кто существует здесь и сейчас. Оно сплетает разрозненное в единое целое, позволяет передавать силу, опыт, поддержку, волю.

Наследие же работало похожим образом, но словно было повернуто не в пространство, а во время.

Оно тоже создавало связь. Только не между живыми, стоящими рядом, а между тем, что было, и тем, что есть сейчас. Между человеком и оставленным им следом.

Единение могло соединить меня с Аминой, Ирой, Бобэром или Чудаком. А Наследие соединяло меня с Хранителями, которые тысячи лет назад сражались за свой мир, теряли близких, умирали, но всё равно оставили после себя нечто большее, чем простые воспоминания.

Я задумчиво посмотрел на прозрачные камни.

Пожалуй, именно поэтому две концепции и вошли в резонанс. Они не противоречат друг другу. Где-то даже дополняют друг друга.

Единение связывает живое с живым, а Наследие связывает живое с оставленным.

Одна концепция тянется вширь, создавая сеть между теми, кто существует сейчас. Другая тянется вглубь, в прошлое, позволяя этой сети обрести корни.

Я медленно провёл пальцами по Ядру Луны и почувствовал, как золотое море Единения вновь дрогнуло, отвечая серебристому облаку Наследия.

Если копнуть дальше и чуть-чуть податься в философию — без Единения Наследие останется разрозненными осколками памяти, следами, отпечатками, забытыми тенями прошлого.

Без Наследия Единение будет сетью без истории. Связью без глубины. Силой, способной соединять людей, но не способной объяснить, что именно они несут дальше.

А вместе — получается преемственность.

Я усмехнулся. Ладно, пора заканчивать эту философскую чушь.

Сегодня я получил очень многое.

Я не только узнал о таком феномене, как резонанс концепций, но и собрал хоть и небольшое, но всё же достаточное количество совершенно новой концепции — Наследия, которую можно использовать самыми разными способами.

Первое и самое очевидное применение этой концепции — извлечение опыта из оставленных отпечатков. Можно повторить механику девятого этажа Башни Испытаний.

Второе — восстановление утраченных знаний. Я вижу это так: если от древнего ритуала остался лишь обломок массива, повреждённая запись или место, где когда-то проводился обряд, Наследие может помочь вытащить из прошлого недостающие фрагменты. Но эту теорию ещё предстоит проверить.

Третье — усиление рода.

У каждого рода есть своя история. Победы, поражения, клятвы, предатели, герои, погибшие защитники. Обычно всё это остаётся лишь в летописях и семейных байках. Но что, если Наследие позволит сделать эти вещи реальной силой?

Мне не терпелось попробовать призвать фантомы сына, дочери, жены.

И это лишь верхушка айсберга. Эту концепцию нужно и дальше изучать, познавая всё новые и новые её грани — этим я собираюсь заняться в ближайшее время.

Закончив со сбором концепции, я покинул девятый этаж.

— Вижу, ты проникся, — усмехнулся Архонт Гаррик, глядя на меня.

Я медленно кивнул и признал:

— Это было сильно.

— Теперь ты почувствовал нашу боль и стал ближе к нам, — Архонт похлопал меня по плечу.

— Да, это так, — согласился я. — Знаешь, я бы хотел глянуть другие этажи. Мне кажется, я нашёл кое-что интересное.

Интересно, а на других этажах тоже можно найти концепции? Если да — то какие?

— Ты нашёл что-то интересное? — переспросил Архонт. — Что?

— Сперва я расскажу вам кое-что интересное, — улыбнулся я. — Про Мир Войн и про концепции.

Сосредоточившись, я подал сигнал Печати Башни, и взмахом руки раскрыл портал, ведущий на вершину Башни.

— Пойдёмте, присядем, — позвал я. — Это будет долгий разговор.

Архонт молча кивнул, и мы шагнули в портал. На вершине мы создали себе по стулу, и Гаррик сотворил круглый столик. Затем он открыл мини-портал, из которого выплыли две пиалы и дымящийся чайник.

Пиалы опустились на стол, а чайник пролетел над ними и наполнил их, после чего уменьшился, став почти что игрушечным, и аккуратно приземлился рядом с пиалой Архонта.

Я пригубил напиток, и по моему телу пронеслась волна энергии. Прикрыв глаза от наслаждения, я выдохнул. Это был крайне ценный магический напиток, способный благотворно повлиять на всё тело мага — он улучшал ток маны и в целом усиливал энергоканалы.

— Великолепно, — оценил я.

Архонт молча кивнул и тоже пригубил свой напиток.

— Начинай, — уронил он.

— Для начала — что вы знаете о концепциях? — спросил я.

Помедлив, Гаррик ответил:

— Полагаю, ты имеешь в виду магию, которой владеют Высшие Фамильяры. В том числе и твой бобёр.

— Да, — кивнул я.

— Мне мало что известно об этой силе, — продолжил он. — Лишь то, что она подвластна только некоторым существам.

— Так и есть, — согласился я. — Во всяком случае, так было раньше. Сейчас же я точно знаю, что существуют маги, владеющие концепциями.

Архонт нахмурился.

— В том числе и маги, владеющие концепцией Войны, — добавил я. — Тот Великий Артефакт, о котором вы, разумеется, немало слышали — на самом деле гигантский накопитель концепции. С его помощью в Мире Войн собираются создать нечто грандиозное, равное по масштабу целой Основе. Только сила его будет заключаться в концепции Войны.

Я продолжил говорить, вдаваясь в детали — расписывал план Мира Войн, общий смысл и магию концепций. Архонт молча слушал.

— Я уже долгое время изучаю магию концепций, — заканчивал я, отпив чая. — И на девятом этаже Башни Испытаний нашёл её следы. Хочу проверить, есть ли они на других этажах. Если мои предположения верны, каждый этаж Башни вырабатывает собственную концепцию, и это крайне любопытно.