Чтение онлайн

Архонт, не мигая, смотрел на меня.

Я задумался, стоит ли мне раскрываться дальше. Мне вспомнились пережитые воспоминания тех пятерых магов, их трагедии и горе, которые они прожили. Девятый этаж сработал как надо — я и правда ощущал себя гораздо ближе к Ордену Хранителей.

Да и надо признать — Архонт имеет право знать правду. Особенно после того, как о ней узнали Тимур и остальные.

— На самом деле, я заключил соглашение со Стражами Основ, — признался я.

Коротко, без лишних подробностей, я объяснил суть нашей договорённости. Архонт сперва напрягся, затем расслабился. На его губах появилась улыбка.

— Вот оно как, — задумчиво протянул он. — Это всё меняет. Если даже легендарные Стражи Основ взялись за уничтожение Мира Войн, то шансов у него почти не осталось.

Архонт побарабанил пальцами по столу.

— Ты как-то упомянул, что раньше в Хоре было больше Врат, ведущих в Мир Войн. Мои люди изучили этот момент, и твои слова подтвердились. Раньше доступ к Миру Войн был сразу у нескольких Империй. Однако некоторое время назад все Врата, кроме одних, были уничтожены. Оставшиеся Врата охраняют сразу несколько Высших Магов пятого Шага. У Мира Войн уже начались проблемы — уверен, тут не обошлось без вмешательства Стражей.

Архонт поднялся.

— Теперь я больше уверен в успехе нашей затеи. Я постараюсь ускорить планы. Насчёт твоей идеи… у тебя есть доступ ко всем этажам — занимайся своими изысканиями и сделай всё возможное для того, чтобы мы уничтожили Мир Войн.

— Да, — кивнул я, тоже поднимаясь. — Я сделаю всё, что в моих силах.

Мы с Архонтом создали каждый по порталу и переместились.

Появившись в зале с арками, я направился к первым вратам и оказался на Кладбище Мёртвых. Там я взлетел повыше и принялся искать следы концепции.

Вскоре я и правда нашёл кое-что — очень слабый, едва ощутимый отклик. На этом этаже тоже зародилась концепция, только вот проявить её у меня никак не получалось. Мои нити связи ничего не выявляли.

Я даже использовал концепцию Наследия, но и она оказалась безмолвной. Я много чего перепробовал — в том числе и провёл несколько ритуалов — но так и не смог чётко определить эту концепцию.

На девятом этаже мне повезло — Единение вошло в резонанс с Наследием. Тут такого нет.

Я покинул первый этаж и вошёл на второй. Ситуация повторилась.

На третьем этаже я задержался — всё же Кукольный Город сам по себе невероятно сложное и масштабное место. К моему удивлению, я нашёл не одну, а несколько концепций. Однако, как и в случае с первыми двумя этажами, проявить их у меня не получилось.

Возможно, проблема была ещё в том, что количество энергии концепции в этом месте невелико — она равномерно распределена по большой площади. Поэтому эту энергию очень трудно выцепить и выделить среди всей остальной. Будь это область, где концепция сконцентрирована, всё было бы проще.

Я посетил Фродо и других бывших учителей — бегло поздоровался с ними, с трудом отказавшись от предложения посидеть вместе и вспомнить моё обучение. Затем отправился дальше.

Четвёртый, пятый, шестой, седьмой, восьмой этажи. В каждом я находил энергию концепций, однако чётко проявить их так и не смог.

Что ж, это тоже результат — он даёт немалую пищу для размышлений.

Наконец, закончив с изучением Башни Испытаний, я отправился на Землю. Больше тут делать нечего.

Оказавшись в своём замке, я первым делом просмотрел воспоминания клонов и убедился, что ничего, требующего моего личного вмешательства, не случилось.

Родичи, эвакуированные в Хор, почти все вернулись. Даже Амина. Главным в Хоре временно остался Иван.

У нашего безопасника хоть и маловато силёнок, но зато дисциплина железная. А с Высшим артефактом, который ему отдал один из моих клонов, Иван и вовсе перестал чего-либо бояться.

Убедившись, что моё вмешательство не требуется, я переместился в место, которое почти не посещал в этой жизни — усыпальницу рода Юсуповых.

Просторный подземный зал встретил меня прохладой и тишиной. Высокие своды терялись в полумраке, поддерживаемые рядами массивных колонн из чёрного гранита. Вдоль стен мерно горели магические светильники — вечные огни в кованых чашах, отбрасывавшие на тёмный камень мягкие золотистые блики.

Воздух здесь был чистым, лишённым затхлости подземелья — родовые ритуалы поддерживали его таким уже многие столетия.

По обеим сторонам центрального прохода рядами тянулись каменные саркофаги. Крышки саркофагов украшали рельефные изображения покойных в полный рост. Главы рода были запечатлены в полном боевом облачении, со скрещёнными на груди руками, сжимающими рукояти мечей.

Стены украшали резные изображения со сценами из жизни рода, а в нишах между саркофагами хранились личные вещи усопших: оружие, амулеты, ритуальные предметы.

Здесь покоились все главы рода Юсуповых — от тех, кто вёл род из глубины веков, до последних поколений. В том числе тут была и моя могила. Разумеется, пустая.

Я медленно прошёл мимо саркофагов своих потомков и остановился у могилы, что стояла совсем рядом с моей. На высившемся в изголовье камне было высечено «Роман Юсупов». Ниже — годы его жизни.

Сын пережил меня всего на тридцать лет.

Вздохнув, я поглотил из Ядра Луны концепцию Наследия и высвободил её. Серебристые нити клубком упали на каменную крышку, и та слегка засветилась.

Над саркофагом появился нечёткий образ. Я добавил энергии, и вскоре этот образ окончательно сформировался — передо мной стоял мой сын. Он смотрел на меня, не моргая.

Криво усмехнувшись, я добавил ещё больше энергии, и призрак стал более живым. Он встряхнул головой, затем опустил взгляд на свои руки.

— Где я? — спросил он. — Кто я? Как я здесь оказался?

Призрак поднял голову и взглянул на меня:

— Кто ты?

— Рома, — печально вздохнул я.

У меня не находилось слов. Я не знал, как продолжить, что у него спросить, зачем я вообще его вызвал.

— Кто ты? — напрягшись, повторил фантом. — И почему я здесь?

Он оглянулся и уставился на мою могилу. Затем его взгляд упал на свою.

— Я мёртв, — заключил он.

Роман перевёл взгляд на меня и в очередной раз спросил:

— Кто ты? Зачем ты это делаешь?

— Я твой отец, — тихо сказал я. — Я переродился спустя восемьсот лет после своей смерти. И теперь в моих руках сила, способная вытаскивать отголоски прошлого в настоящее. Первое, что я решил сделать — поговорить с тобой.