Чтение онлайн

– Мой бывший лекарь говорил мне, что надо указывать крайние случаи.

Яма пожал плечами.

– А что с демоном? – спросил Сэм. – С тем, что был со мной?

– Я коснулся его, – сказал Яма. – Крепко. Не знаю, покончил я с ним или просто сбросил. Но ты насчет этого не беспокойся: я обрызгал тебя демонским репеллентом. Если этот демон все еще жив, то пройдет много времени, прежде чем он оправится от нашего контакта. Если вообще оправится. Как это вышло в первый раз? Я думаю, что ты иммунен против демонского захвата.

– Я тоже так думал. А что за демонский репеллент?

– Я нашел химическое вещество, безвредное для нас, но против которого не может устоять ни одно энергетическое существо.

– Полезная вещь. Вот бы пользоваться им в дни связывания!

– Да. Мы применили его в Адском Колодце.

– Это было настоящее побоище, насколько я мог видеть.

– Да, – сказал Яма. – А на что это похоже – захват демоном? Каково ощущение, когда чужая воля довлеет над тобой?

– Очень странное, – сказал Сэм, – и пугающее, но одновременно воспитывающее.

– В каком смысле?

– Первоначально это был их мир. Мы его у них отняли. И их же возненавидели. Для них мы – демоны.

– На что похоже это ощущение?

– Что твоя воля захвачена другой? Ты должен это знать.

Улыбка Ямы исчезла, но затем вернулась снова.

– Ты хочешь, чтобы я ударил тебя, не так ли, Будда? Это дало бы тебе чувство превосходства. К несчастью, я не садист и не сделаю этого.

Сэм засмеялся.

– Тебя задело, Смерть.

Некоторое время они сидели молча.

– Не поделишься со мной сигаретой?

Яма зажег сигарету и протянул Сэму.

– Как выглядит сейчас Первая База?

– Ты вряд ли ее узнаешь, – сказал Яма. – Если бы в данный момент все там умерли, она останется идеальной еще десять тысяч лет. Цветы будут цвести, музыка – играть, фонтаны будут рябить по длине спектра. В садовых павильонах будет стоять горячая еда. Сам по себе город бессмертен.

– Подходящее жилище, я полагаю, для тех, кто называет себя богом.

– Называет? – переспросил Яма. – Ты ошибаешься, Сэм. Божественность не только название; это условие существования. Бог не потому бог, что он бессмертен – ведь даже последний работяга может получить непрерывность существования. И это не обусловленность Аспекта. Нет. Любой компетентный гипнотизер может играть с собственным обличьем. И дело не в подъеме Атрибута. Тоже нет. Я могу сконструировать машины более мощные и точные, чем любая способность, могущая развиться у человека. Быть богом – это качество бытия, способность быть самим собой в такой мере, что его страсти соответствуют силам вселенной, и те, кто смотрит на него, понимают это, даже не слыша имени. Один древний поэт сказал, что мир полон откликов и соответствий. Другой написал большую поэму об аде, где каждому уготована та мука, которая соответствует силам природы, управлявшими его жизнью.

Быть богом – значит быть способным осознать в себе то, что важно, а затем бить в одну точку, чтобы привести это важное в одну линию со всем существующим. Затем, за пределами морали, логики и эстетики, Бог есть ветер или огонь, море, горы, дождь, солнце или звезды, полет стрелы, конец дня, любовные объятья. Бог правит через свои преобладающие страсти. И те, кто смотрит на богов, говорят, даже не зная их имен: «Он – Огонь». «Она Танец». «Он – Разрушение». «Она – Любовь». Итак, отвечаю на твое замечание: они не называют себя богами; богами их называют все остальные, все, кто видит их.

– Итак, они играют это на своих фашистских банджо?

– Ты выбрал неудачное прилагательное.

– Все остальные ты уже использовал.

– Похоже, что наши мысли насчет этого никогда не сойдутся.

– Если кто-то спрашивает тебя, зачем ты угнетаешь мир, а ты отвечаешь кучей поэтического вздора – тогда, конечно, нет. Думаю, что тут мысли просто не могут сойтись.

– Тогда давай выберем другую тему для разговора.

– Однако, я видел тебя и сказал: «Он – Смерть».

Яма не ответил.

– Странная преобладающая страсть. Я слышал, что ты стал старым до того, как был молодым.

– Ты знаешь, что это правда.

– Ты был замечательным механиком и мастером оружия. Твоя юность сгорела во взрыве, и ты в тот же день стал стариком. Не в этот ли день смерть стала твоей главной страстью? Или это было раньше? Или позднее?

– Неважно, – сказал Яма.

– Почему ты служишь богам? Потому что веришь в то, что сказал мне, или потому, что ненавидишь большую часть человечества?

– Я не солгал тебе.

– Значит, Смерть – идеалист. Забавно.

– Вовсе нет.

– А может быть, Господин Яма, что ни одна из этих догадок не правильна? Что твоя главная страсть…

– Ты уже упоминал ее имя, – сказал Яма, – в такой же речи, и сравнивал ее с болезнью. Ты и тогда был не прав, и сейчас заблуждаешься. Я не хочу слушать эту проповедь еще раз и, поскольку я сейчас не в зыбучем песке, я и не буду слушать.

– Ладно, – сказал Сэм. – Но скажи, главные страсти богов когда-нибудь меняются?

Яма улыбнулся.

– Богиня танца была богом войны. Похоже, что все может меняться.

– Когда я умру реальной смертью, – сказал Сэм, – тогда я, наверное изменюсь. Но до того момента я буду ненавидеть Небо. Ненавидеть до последнего вздоха. Если Брама сожжет меня, я буду плевать в пламя. Если он меня задушит, я буду пытаться кусать его руки. Если он перережет мне глотку, может быть, его клинок заржавеет от моей крови. Это тоже – главная страсть?

– Ты – хороший бог материи, – сказал Яма.

– Хороший бог!

– Прежде чем что-то случится, – сказал Яма, – я получил заверение, что тебе позволят присутствовать на свадьбе.

– На свадьбе? Твоей и Кали? Скоро?

– Когда меньшая луна будет полной. Поэтому, что бы там Брама не решил, я, по крайней мере, могу поставить тебе выпивку, прежде, чем что-то произойдет.

– За это спасибо, бог смерти. Но я всегда считал, что свадеб на Небе не бывает.

– Эту традицию собираются ломать, – ответил Яма. – Нет более проклятой традиции.

– Тогда – желаю счастья.

Яма кивнул, зевнул и снова закурил.

– Кстати, – сказал Сэм, – какова последняя мода в небесных казнях? Я спрашиваю в чисто информативных целях.

– Казни в Небе не совершаются.

Глава 5

Из Адского Колодца он пошел в Небо, чтобы объединиться с богами. Небесный Город содержит многие тайны, в том числе и кое-что из прошлого. Известно далеко не все, что случилось за то время, пока он пребывал там. Однако известно, что он ходатайствовал перед богами в интересах планеты, приобрел симпатии одних и вражду других. Если бы он предпочел предать человечество и принять предложения богов, то он, как некоторые говорили, мог бы жить вечно, как Хозяин Города, и не встретил бы смерть в когтях призрачных кошек Канибурхи. Правда, клеветники говорили, что он принял эти предложения, но позднее выдал сам себя, вернувшись в своих симпатиях к страдающему человечеству до конца своих дней, которых осталось очень мало…