Чтение онлайн

Бротц, Пурц и Дульп сидят внутри и делают нечто, что по человеческим меркам отвратительно и неповторимо, но для них – естественно и обычно, ибо они не люди и мерки у них совсем другие.

– Привет вам, кузнецы-Норны, – говорит Принц. – Я пришел получить свой стародавний заказ.

– Ну, кто был прав? Вот он и пришел! – кричит один из серых курганов, прядая своими длинными влажными ушами.

– Признаю твою правоту, – откликается другой.

– Да. Но где же фрейляйншип? Я должен еще разок отдрочить его, прежде чем…

– Ерунда! Он – само совершенство.

– Так он готов? – интересуется Принц.

– О, уже много веков! Вот!

Говорящий высвобождает из черных матерчатых ножен отрезок холодного голубого света и протягивает его Принцу. Тот берет его в руки, осматривает, кивает головой и сует обратно в ножны.

– Отлично.

– А плата?

– Все здесь.

Принц вытаскивает из-под плаща темный футляр наподобие готовальни и кладет его перед собой прямо на воздух, где он, конечно же, преспокойно и висит.

– Кто из вас будет первым?

– Он.

– Она.

– Оно.

– Раз вы не можете решить, я выберу сам.

Принц открывает футляр, в котором оказываются хирургические инструменты и выдвижная операционная лампа, и трех кузнецов начинает бить озноб.

– Что происходит? – спрашивает Гор, который только что вошел внутрь и стоит рядом с Принцем.

– Я собираюсь прооперировать трех этих ребят, и мне понадобится вся твоя огромная сила – и твоя, и Генерала.

– Оперировать? Для чего? – спрашивает Гор.

– У них нет глаз, – говорит Принц, – а они хотели бы опять видеть. Я захватил с собой три пары и собираюсь их установить.

– Для этого же потребуется такая обширная неврологическая адаптация!

– Все это уже проделывалось.

– Кем?

– Мною, когда я в последний раз давал им глаза.

– А куда они делись?

– О, они редко удерживаются надолго. Спустя какое-то время их тела их отторгают. Хотя обычно их ослепляют соседи.

– Почему это?

– Наверно, потому, что они начинают расхаживать по округе, похваляясь, что среди всего прочего их народа только они и способны видеть. Что быстро приводит к весьма демократическому исходу.

– Ужасно! – говорит Генерал, который потерял уже счет своим собственным ослеплениям. – Я намерен остаться здесь и за них сражаться.

– Они откажутся от твоей помощи, – говорит Принц. – Ведь так?

– Ну конечно, – говорит один из них.

– Мы не хотим использовать наемников против собственного народа, – говорит другая.

– Это грубое нарушение их и наших прав, – говорит третье.

– Каких прав?

– Ну как же, права на ослепление. Что вы за варвары!

– Я снимаю свое предложение.

– Спасибо.

– Спасибо.

– Спасибо.

– Какая тебе нужна помощь? – спрашивает Гор.

– Вы вдвоем должны крепко держать пациента, пока я провожу операцию.

– Почему?

– Потому что сознание у них не отключается, а местный наркоз здесь не действует.

– То есть ты собираешься проводить нейрохирургическую операцию, причем такую экзотическую, на них прямо как есть – по живому?

– Да. Поэтому-то мне и нужны вы оба: каждый пациент должен быть обездвижен. А они весьма сильны.

– А почему ты должен это делать?

– Потому что они этого хотят. Это плата, которую они запросили за свои труды.

– И чего только ради? Чтобы видеть несколько недель? Да и что здесь можно увидеть? Пыль, мглу, мутные огоньки?

– Таково их желание – посмотреть друг на друга и на свои инструменты. Они величайшие ремесленники во всей Вселенной.

– Да, я хочу снова увидеть фрейляйншип, если он еще у Дульпа.

– А я гардель.

– А я – вентильный фитиль.

– Их желание стоит им больших мук, но зато воспоминаний хватит потом на всех.

– Да, игра стоит свеч, только – чур, первым не я.

– Чур, не я.

– Чур, не я.

Принц раскладывает в воздухе инструменты, стерилизует их, показывает пальцем.

– Вот этого, – говорит он, и крики больше не смолкают.

На несколько следующих часов Генерал отключает свой слух и большую часть человечности. Гор вспоминает о рабочем кабинете своего отца, а еще – о Лильяменти на Д’донори. Тверда рука Принца.

Когда дело сделано, лица Норн покрывают бинты, и останутся они там еще на некоторое время. Все трое стонут и всхлипывают. Принц умывает руки.

– Спасибо тебе, Принц-Который-Был-Хирургом, – говорит одна из Норн.

– …за то, что ты сделал для нас.

– …и для нас.

– Не стоит благодарности, прекрасные Норны. Благодарю вас за отлично сработанный жезл.

– О, не за что.

– …Дай нам знать, когда тебе понадобится еще один.

– …И цена будет той же.

– Ну так я пошел.

– До свидания.

– Прощай.

– Пока.

– Хорошего вам зрения, ребята.

И, взяв за руки Гора и Генерала, направляет Принц стопы их по дороге в Марачек, а до него – всего один шаг.

Сзади раздаются новые вопли, и быстро и неистово вершатся дела вполне обычные и подобающие – для Норн.

И вот они уже снова в Цитадели – чуть раньше, чем удалось Гору, который знает, что это такое, извлечь голубой жезл из ножен на боку Принца.

Это точная копия того оружия, с которым вышел солнцеокий Сет на бой с Безымянным тысячу лет назад.

У Мадрака только один шанс выйти живым из этой мясорубки, и он его использует. Он отшвыривает свой посох и ныряет головой вперед.

Правильно делает.

Он проскакивает под псом, когда тот прыгает за подброшенным вверх посохом.

Под рукой ощущает Мадрак странную ткань брошенной псом рукавицы.

И вдруг нисходит на него успокоительное ощущение собственной неуязвимости. Вселить в него подобное чувство не под силу даже наркотикам.

Он быстро соображает, в чем дело, и натягивает рукавицу на правую руку.

Пока пес поворачивается, Тифон встает на дыбы.

Между Мадраком и псом падает черная тень.