Чтение онлайн

– Веся… – поймав этот взгляд, ястреб мгновенно сделал верные выводы, но она хмуро возразила:

– Эвеста. Или просто Эвес.

– Хорошо. – Он проследил, как она направляет зверя вслед за дедом, намеренно придержавшим своего тэрха и тихо осведомился: – Это морок?

– Не совсем. – Сейчас, пока они не отъехали подальше и отряд еще не успел растянуться по скалистой тропке, Веся не желала ничего пояснять, точно зная, у них есть не менее суток на то, чтобы отыскать Кастину и вернуться.

Значит, время на объяснение она еще успеет выбрать. Но вот одно нужно сказать жениху сейчас, чтоб успел свыкнуться с мыслью и перестал видеть в чародеях преграду к своему счастью.

– Не можешь говорить, – догадался он.

– Могу… но это не к спеху. Тебе дать еще орешков? И еда у нас есть, и питье, Саргенс решил ехать без остановки.

– Я уже понял, – кивнул он на лошадей, словно на привязи бегущих позади тэрхов.

– Ты у меня вообще умница, – боком устроившись в своём кресле, куница нежно погладила щеку склонившегося к ней ястреба.

– Звучит, почти как «не дурак», – невесело усмехнулся он и глянул поверх Весиной головы на Саргенса, – и потому я хотел бы, чтобы ты мне объяснила… Тебе не попадет? Ну за то, как ты сейчас сидишь?

– От кого? – лукаво удивилась юная чародейка. – Родителей у меня нет… я ведь сирота, тут и выросла, в Цитадели. Да и ты не просто так тут шесть лет сидишь… а из-за меня, все знают. Потому нас сегодня и обручили, теперь я твоя невеста, разве забыл?

– Нет… не забыл, – заинтересованно прищурился Берест и подвинулся так, чтобы было удобно положить одну руку девушке на талию, – объясняй дальше, мне нравится твой рассказ.

– Да зачем объяснять? Разве ты сам всего не знаешь? Вот скоро я обучение закончу, и мы с тобой встанем перед ликами святых духов. А потом поедем, ты же сам говорил, в низовья Ругора. Там ты будешь строить нам дом, а я хозяйством займусь, защитой от людей недобрых…

– Замечательно… – Берест наконец устроился так, что смог подтянуть Весю поближе к себе и добраться до ее губ, и вспомнил, о чем хотел спросить, только минут через пять. – Только не знаю, когда это будет?

– Думаю, после моего дня рождения, он ведь у меня через месяц, – со вздохом сообщила куница, начиная все яснее понимать, как была неправа, ожидая подарков на равноденствие.

– А разве… – чуть нахмурился ястреб и тотчас прикусил язык.

Раньше он сам жил под чужой личиной, а теперь под ней придётся жить его Весенике, и никто, кроме него, не знает, как это иногда бывает больно и обидно. И дни рождения он тоже никогда не справлял в тот день, когда справляли его Ардесту, и про отца с матерью всем говорил, будто не помнит.

– Да, мой день рождения в цветень, в самую середочку, – беззаботно щебетала Веся, попутно завязывая в памяти узелок – как вернутся, спросить у Феодориса, а приготовил ли магистр ей за эти дни достаточно убедительную историю, о том, чья она и из какого клана.

И снова порадовалась, что, не жалея, собрала Мариле все до единого платья и кофты. Даже подаренные Линой юбки положила, и свою девичью шкатулку не забыла, оставив себе на память лишь перстенек, полученный пару лет назад от умирающей травницы, которую Веся вытащила почти из-за грани. Такие перстеньки, заговоренные от змей да комаров, продаются во всех лавках чародеев, и потому никто Весю по нему не узнает, надевала она его, лишь выходя в поле за травами.

– Ну ладно, – нежно пригладив девушке выбившиеся прядки, поторопился согласиться Берест, – почему-то я позабыл про цветень. Спасибо, напомнила. А теперь расскажи еще что-нибудь… на свой выбор.

– Хорошо. – Веся усмехнулась еще лукавее, вот теперь она не упустит ни одной мелочи, и пусть потом как хочет ругает ее Феодорис.

Хоть куница и благодарна ему за помощь и за найденный для них выход, но против своего будущего мужа ни с кем объединяться не намерена. Он же когда-нибудь станет отцом ее малышей, им вместе семью держать и детей поднимать… и как же ей потом добиться в семье согласия и доверия, если сейчас она начнет с Берестом спорить из-за всякой ерунды?!

– Вот значит как! – Едкий голос Ольсена раздался примерно через час, когда скалистый участок дороги закончился и тропа пошла между редких кустов по пологим предгорьям. – Пока невеста в Цитадели, мой правнук чародейку охмуряет!

– Дед, займи свое место в отряде и не вмешивайся в мою жизнь. Я сам в ней разберусь.

– А грубить любимому деду некрасиво, – не отставал Ольсен, пользуясь тем, что отряд растянулся по тропе и никто не может их подслушать.

– Да? – изумился Берест, крепче прижимая к себе куницу, которая успела к этому времени перебраться к жениху на колени и, обняв его за шею, поведать все свои мысли о тех вещах, какие считала важными в их совместном будущем. – А если этот дед сам показывает любимым правнукам такой пример, откуда им знать, красиво это или нет?

Дед сердито фыркнул и уставился на незнакомую чародейку, но Веся упорно молчала. Хотя и отлично понимала, именно ее мельник пытается вызвать на спор, а не ястреба. Только ей этот спор был вовсе не нужен, потому девушка нежно водила пальчиком по гладкой щеке жениха и размышляла, на сколько хватает действия зелья, которым в Цитадели пользуются все чародеи, и прихватил ли его Берест с собой.

– А девица у тебя, похоже, немая? Как ты с ней изъясняться будешь?

– Ну не все равно тебе, дед? Девица моя, и мне нравится ее молчаливость. А ты лучше вернись на место, пока Саргенс не начал ругаться.

Веся с легкой досадой вздохнула, ну как она могла забыть про учителя! Ведь вполне возможно, сейчас чародей проверяет, как они справятся с назойливыми попутчиками, желающими от дорожной скуки разузнать все чужие тайны.

Девушка нахмурилась, пытаясь придумать, как бы незаметно, но верно отправить Ольсена подальше, туда, где должен сейчас бежать его тэрх. И через несколько минут, не слушая беззлобных препирательств деда с внуком, решительно собрала на кончике пальчика каплю своей силы и представила, как она стрелкой летит в зверя мельника.

Сначала Весе и самой не поверилось, что у нее все получилось, но когда громадный тэрх, послушный толкнувшей его вперёд чужой воле, прибавил ходу и через минуту уже бежал шагах в двадцати впереди, довольно хихикнула.

– Веся… – внимательно вгляделся в полузнакомое личико ястреб, – я чего-то не понимаю… Ольсен на нас обиделся, что ли?

– Нет, – удивилась Веся, – а с чего ты взял?

– Я сегодня вдруг начал видеть ауры. Мне Феодорис объяснил, что те, кто не видит их до ритуала, начинают видеть после, для того все и делятся силой.