Кобыла-охранница
Шрифт:
Я ненавижу Пустошь.
Я лежу на животе. Это странно, ведь я обычно сплю на спине. К тому же я на столе. Зачем? Спать нужно в кровати. Это в карты играют за столом. Вокруг меня стоят пони? Почему от меня пахнет кровью? И почему так болят плечи?
Почему П-21 говорит, что я просыпаюсь? Почему Глори кричит? В чём дело? Мне надо проснуться. Я же делала что-то важное.
Я вижу Глори с окровавленным скальпелем во рту, склонившуюся надо мной. Меня… снова разрезали, да? Мне надо выбираться отсюда. Надо идти. Кому-то нужна моя помощь.
П-21 прижимает маленький светящийся шар к моему рогу. Небольшой щелчок и я снова в прекрасном месте. Звёзды такие красивые! Такие красивые!
Озеро исчезло и я снова на столе. Глори что-то кричит про мой пульс.
Щёлк! Я снова под звёздами.
Я снова на столе. Глори нужно больше крови? Пожалуйста, не надо. Её здесь и так море.
Щёлк! Я снова под звёздами.
И снова на столе. Я падаю? Нет, я плыву.
Щёлк! Я снова под звёздами.
Пожалуйста, разрешите мне остаться со звёздами.
— Я никого не могу послать прямо сейчас вслед за Лансером, П-21. Он может становиться невидимым, так что его трудно будет выследить, — услышала я твёрдый голос Дасти Трэйлс откуда-то снизу. Мне показалось забавным, учитывая, что я лежала на животе и подо мной был матрас, пропитанный кровью, потом и плохими духами. Я рискнула открыть глаза и увидела, что лежу на кровати начальника шахты. Это было одно из тех мест, где мне не хотелось быть. — А если бы им это даже удалось, я бы всё равно их не послала. Он просто убьёт и их тоже.
— Мы не можем просто так дать ему уйти, — сказал П-21 глухим, обиженным и обозлённым на весь мир голосом.
— Нет, именно так мы и сделаем. Я знаю, ты хочешь добраться до него хотя бы ради Блекджек, но у меня не так много пони, чтобы слать погоню за Лансером, — резко ответила Дасти Трэйлс. — И даже если бы я это сделала, П-21, Сайдвиндер не смирится с нашим восстанием просто так. У меня только тридцать или около того бойцов, чтобы остановить этого подонка. Ну, может ещё десяток прибудет, если повезёт. А у него их как минимум пятьдесят, да ещё и такой стимул, чтобы сюда явится. Если он убьёт нас, то не просто отомстит, но заодно получит шахту и вознаграждение в придачу.
— Пожалуйста, тише. Блекджек нужно поспать. Она потеряла много крови, — озабоченно произнесла Глори. Я закрыла глаза.
— Блекджек надо уходить, Глори. Каждый, кто узнает, что она здесь, придёт сюда. Каждый! Для них она просто куча крышек, которую можно получить. Как скоро мы сможем её перевозить? — Голос П-21 доносился уже со стороны лестницы.
Я никогда не думала, что Глори может говорить так резко и напряжённо.
— Ты хочешь, чтобы она умерла, П-21? Её нельзя никуда перевозить! Я не ожидала, что она вообще выживет после операции. У неё повреждён спинной мозг… если её сдвинуть с места, она погибнет или останется парализованной. Если бы только у меня были кое-какие анклавовские медикаменты…
— Так добудь их! — рявкнул П-21. — У тебя же есть крылья! Лети туда и достань всё, что нужно, Глори.
— Я же сказала, что не могу!
— Да какого чёрта?! Почему не можешь? Назови хоть одну достойную причину.
— Потому что меня убьют, как тебе такая?! — Голос Глори срывался на плач. — Ты не подумал, что у Анклава есть защита на такой случай? Если что-нибудь… пегас, воздушный шар, летательный аппарат, что угодно… поднимется слишком высоко, защитные системы уничтожат это. На Циклоне больше молниевых разрядников, чем в любом другом месте на небесах. Мы создали систему молниевых разрядников! Так что мне всё равно, лететь туда или сразу застрелиться здесь.
— Тогда достань их где-нибудь ещё! — потребовал П-21. — Говоришь, что хочешь помогать нам, так помогай!
— Где, чёрт тебя дери?! Покажи, где небесный порт, и я сейчас же туда отправлюсь! Скажи, где база Анклава, и я полечу туда! Но я понятия не имею, где в этом проклятом городе найти анклавовцев! — Глори бессильно всхлипнула. — Лучше бы я не прилетала. Лучше бы я оставалась на облаках!
Они умолкли ненадолго, затем П-21 мягко произнёс:
— Не говори так. Пожалуйста. Если бы тебя здесь не было, Глори, она никогда не смогла бы пройти через всё это.
Я закрыла глаза.
«Прости, Глори. Тебе надо было оставаться на облаках. Тебе надо было оставаться там, откуда видны звёзды. Они такие красивые… звёзды…»
Я люблю играть в карты. Вот как сейчас. Мы с Пекос режемся в покер с обменом. У меня в животе разливается тепло от выпитого виски, рядом миска с Засахаренными Яблочными Бомбочками — жизнь хороша.
— Делайте ставки… — говорит Крупье.
Карты у меня не очень, поэтому я кидаю на стол всего одну фишку. Бирюзовая кобылка взволнованно смотрит на меня. Неудачная партия. Крупье выиграл. Кишки вываливаются на землю.
Новая раздача. Неплохо. Я выиграла и добавила к своим фишкам милую пегаску.
— Делайте ставки.
Отличная раздача. Выигрыш обеспечен. Я двигаю в центр стола сорок жеребят. Он поддерживает.
— О-о-о, какая жалость. Никогда не задумывалась, что если…
— Заткнись и сдавай карты.
Ненавижу этого крупье. С его лица не сходит улыбка, пока он тасует колоду.
— Делайте ставки.
Я бросаю свои фишки в кучу. Повезло. Выиграла ещё несколько.
— Делайте ставки.
Паршивая комбинация. Просто паршивая. Плохи дела. Я лишилась тринадцати зебр.
— Делай ставку, — обращается ко мне Крупье.
— Обналичь мне фишки, — бормочу я в ответ.
Он не перестаёт ухмыляться, пока его копыта тасуют передо мной карты.
— О, ты хочешь выйти из игры? Оставайся поблизости, Блекджек. Ты получишь то, что тебе причитается совсем скоро, — отвечает он и начинает сдавать карты. — В противном случае, делай свою ставку.
— Нашёл что-нибудь про Сангвина? — тихо спросила я. Он подскочил от неожиданности, выглядя виновато. Такой вид определённо был ему не к лицу.