Чтение онлайн

– Я-я-ян? – Послышался за спиной голос девушки. – Т-т-ты в порядке?

Медленно развернулся, стирая с лица капли крови противника и посмотрел на обнимающих друг друга девушек. Я не мог поверить, что ещё мгновение назад собирался пустить сначала одну, а затем и другую на пилюли и не испытывал при этом ничего кроме какого-то извращённого наслаждения.

Не знаю, что со мной происходит, но настала пора в этом разобраться.

– Ян? – Повторила Фей, пытаясь привлечь моё внимание.

– Ступайте домой, закройте двери и не выходите до утра. – Произнёс я холодным голосом, поглядывая на уползающего ублюдка, а затем специально повысил голос, чтобы тот услышал и добавил. – А если кто сунется, в следующий раз убью.

Фей быстро закивала, насильно запихала подружку в хибару, а затем крепко меня обняла, поцеловала в щёку и на прощание сказала:

– Спасибо, Ян, большое тебе спасибо.

– Не за что. – Ответил я

Но про себя добавил то, что не решился произнести вслух. Не за что благодарить того, кто собирался превратить тебя в кровавую пилюлю.

Утром я вернулся к Фей, нарушив данное себе же обещание. Вот только я не знал, тянуло меня к ней, потому что хотел убедиться, что всё с ними в порядке или причина моего интереса крылась в чём-то более загадочном. Однако, как бы то ни было, я не смог усидеть этим утром в убежище и вместо того, чтобы сконцентрироваться на культивации, о чём себе обещал, постоянно думал только о ней.

При свете дня трущобы вновь отличались от той унылой картины, которая предстала передо мной прошлым вечером, будто это действительно были совершенно разные миры. Люди, ещё не успевшие впасть в серую хмарь депрессии лениво выбирались на улочки и тянули своё бессмысленное существование. Мне даже показалось, будто на пути к дому Фей встретил одну случайно брошенную улыбку, так что может быть не так всё и ужасно. Или просто на моё восприятие влияло настроение.

Однако реальность ударила в лицо тогда, когда меньше её ожидал. Ещё на подходе повстречал несколько местных обитателей, которые то и дело указывали в сторону хибары Фей и о чём-то перешёптывались. Я перешёл на быстрый шаг, ощущая, как в груди просыпается тревога и спешно добрался до её дома лишь для того, чтобы увидеть перед собой распахнутую дверь.

Учитывая, что в трущобах жители не отличались особым гостеприимством и, если имели возможность, всегда закрывали двери на замок, то знак тревожный.

На пороге в нос сразу ударил металлический запах крови. Она пролилась здесь совсем недавно, судя по тому, как среагировали мои рецепторы. Я медленно выдохнул, приготовился к худшему и зашёл в хибару.

Внутри она казалась ещё меньше. Одна комната, разделённая на зоны лишь условно занавеской, кривой натянутой верёвкой и парой старых сундуков. В углу стоял низкий столик с чашками, одна из которых была опрокинута, оставив тёмное пятно на полу. Вместо кроватей рядом находились лежанки, застеленные тонкими одеялами, которые в свою очередь были неаккуратно сбиты в комки. Всё было перевёрнуто вверх дном и сдвинуто с места, словно почившие Лун и Вэй наведались сюда для визита с того света, для отомщения.

Я остановился.

Следы были слишком очевидными, чтобы их не заметить и слишком понятными, чтобы остались хоть какие-то сомнения. К тому же, в помещении находились все три девушки. Они сидели на полу, почти вплотную друг к другу, словно пытались удержаться в реальности, хватаясь за знакомые плечи и руки.

Фей я узнал не сразу. Она держала голову девушки на коленях, которая на первый взгляд просто спала и расчёсывала гребешком её смоляные волосы. Медленно, осторожно, будто боялась, что случайно наткнётся на катышек и придётся начинать заново. Её движения были плавными, повторяющимися, как у человека, который знает, чем занимался. Вот только взгляд девушки был абсолютно пуст. Она смотрела перед собой куда-то в бездну и кажется вообще не соображала, что происходило вокруг.

Рядом с ней сидела вторая, та самая, которую прошлой ночью спас от неминуемых побоев. В её руках была тряпка, и она снова и снова проводила по ногам убитой, стараясь стереть кровь и то, о чём мне даже не хотелось думать.

Прежде чем заговорить я внимательно осмотрел третью девушку, чьё лицо мне не было известно. Если бы не побледневшая кожа и медленный ручеек крови, засохший на её правом виске, можно было подумать, что она попросту спит. Однако руки девушки безвольно свисали, пальцы чуть подогнуты, как у куклы, а лицо… Лицо не выражало ничего кроме спокойствия, если не считать той застывшей, странной пустоты в глазах, которая появляется, когда на этом свете остается лишь пустая оболочка.

Я закрыл глаза и глубоко вдохнул воздух, что позволило составить картинку случившегося. Платье девушек были порваны на бёдрах, ноги покрывали множественные синяки и порезы, а то, как они сидели, стараясь перенести весь вес на одну сторону, не оставляло места для интерпретации.

Их изнасиловали… а одну, судя по всему, случайно убили в процессе.

– Фей. – Произнёс я почти шёпотом, стараясь привлечь внимание девушки.

Она мне не ответила и продолжила качаться на месте, смотреть куда в пустоту и расчёсывать волосы. Движение за движением. Я подошёл ближе, стараясь не испугать её, когда она очнётся и увидит, что на пороге очередной незнакомец, но этого не понадобилось. Она медленно подняла голову, посмотрела на меня большими карими глазами и едва заметно выдохнула:

– Ян, а что ты здесь делаешь?

Я присел перед ней на корточки и попытался взять её за руку. Вдруг Фей подпрыгнула на месте, отдёрнула от меня ладонь, словно боялась обжечься и вжала шею, будто маленький котёнок. Точно изнасиловали, теперь ещё долго не позволит к себе притронуться даже близким людям, которых у неё не осталось. Я отошёл на шаг назад, дав ей пространство и коротко спросил:

– Кто это сделал?

Она ответила не сразу. Фей опустила голову, провела кончиками пальцев по лицу убитой девушки и некоторое время смотрела на неё, словно ждала, что та проснётся. Когда этого не произошло, она взяла свою тряпочку и, смочив в ведре, принялась вытирать кровь с виска. Её губы были разбиты, под левым глазом назревал свежий синяк, а в моём присутствии Фей прижимала к себе бёдра, будто боялась, что с ней так же поступят и ещё раз.

– Где они? – Прошипел сквозь стиснутые зубы, догадываясь о ком шла речь.

– Где?! – Вдруг раздался голос её подруги. – Там где обычно. Пьют за десять дворов вдоль по дороге. Это бандиты из гильдии. Очень опасные люди.

– Да мне плевать кто они. Оставайтесь здесь. Я попрошу, чтобы кто-нибудь за вами присмотрел.

Это всё, что мне требовалось знать. Значит пройти десять дворов вдоль дороги. Чтож… Значит сейчас снова прольётся кровь.

Я вышел на улицу, схватил любопытную женщину, которая всё пыталась заглянуть внутрь и вложил ей в ладонь десять монет.

– Пригляди за девочками и сделай всё, что попросят. Если справишься, дам ещё двадцать, когда вернусь.

Она посмотрела на монеты в ладони, удивлённо приподняла брови такому заработку, за который надо было горбатиться сутки на тяжёлых работах и молча кивнула.

Сколько ублюдков было на самом деле я не знал. Явно больше одного, сразу исключая того, которому вчера слома руку и ногу. Эта мразота ещё долго, не то, что ходить не сможет, он стянуть штаны без чужой помощи не будет в состоянии. Однако он-то скорее всего и стал причиной произошедшего.

Ещё до всей этой катавасии мне много раз приходилось иметь дела с подобными выродками. Побочная сторона проживания в детдоме. Так вот у этих людей имелось странное чувство дуги собственной чести. Стоило лишь сделать и малейший намёк на её оскорбление, как каждый из них пыжился, что твой петух и норовил доказать всему миру, что он король королей и не позволит с собой так разговаривать.

Вот только дело в том, что миру, как правило, абсолютно плевать, но только не им.

Эти одноклеточные были готовы пойти на всё что угодно, включая даже на убийство, чтобы потешить собственное самолюбие и восстановить справедливость в своём идиотском замкнутом мире, которые те называли понятиями. В их мире применять силу могли только они.