Кодекс Практика. Тетралогия
Шрифт:
Рядом громоздились бамбуковые корзины, накрытые влажной марлей, и из-под неё доносился аромат, от которого у меня заурчало в животе с новой силой. Я указал пальцем на чуть приплюснутые пирожки с золотистой корочкой, посыпанные сверху сахарной пудрой и улыбнулся.
Удивительно, но от них ностальгически пахло домом. Настоящим домом, с Земли. Первая моя собственная квартира, полученная от государства при выпуске в спальном квартале.
Жила в соседнем доме одна милая старушка, которая каждое утро пекла свежие пирожки и выносила их продавать прямо у подъезда. Стоит ли говорить, что скупали их практически моментально. Первым набегала ребятня. Старушка не продавала им больше одного пирожка на руки не потому, что жадничала, а чтобы на неё затем не ворчали родители этих детей.
Сами же взрослые не были исключением. Многие из них бухтели, что сладкое вредно для здоровья, но нет, нет, а по пути на работу схомячат тройку другую. Я же успевал практически под конец, но старушка всегда оставляла для меня два пирожка: один с клубничным вареньем, посыпанным сахарной пудрой, а другой был наполнен мясом с яйцом.
Эти воспоминания пронеслись дымкой в моем сознании и улетучились так же быстро, как и появлялись. Я почти затерялся среди них и на мгновение показалось, что они принадлежали совершенному чужому человеку, который жил когда-то давно и в совершенно другом мире.
Женщина заметила мой взгляд, улыбнулась в ответ беззубой улыбкой и протянула один пирожок на пробу, даже не спрашивая с меня денег. Я взял, надкусил, и на меня словно свалилась огромная пуховая подушка, отсекая всё лишнее, начиная со звуков и заканчивая ощущениями твёрдой почвы под ногами. Настоящая магия.
Хрустящее тонкое тесто с малиновой начинкой таяло на языке, взрывая одновременно все вкусовые рецепторы. Я закрыл глаза и на мгновение перенёсся туда, где не было ни погони, ни тёмных культиваторов, ни проклятий. Только улица родного двора, залитого утренним солнцем и морщинистые руки старушки, протягивающие мне пирожки в целлофановом пакете.
– Хорошо, – сказал я, открывая глаза, – Беру десяток.
Лан смотрела на меня с удивлением. Наверное, моё лицо в тот момент выглядело действительно забавным, как у ребёнка, впервые попробовавшего шоколад. Я повернулся, увидел её выражение и протянул ей половину пирожка. Девушка взяла угощение, слизала стекающее по ребру ладони варенье, и поднявшись языком выше, откусила.
– И правда вкусно, – Сказала она и тепло улыбнулась, как старая знакомая, понимавшая меня без слов. – Почему я раньше это не пробовала?
Я забрал тряпичный кулёк, в котором лежало ровно десять свежих пирожков и протянул требуемые пятнадцать медяков. Старушка благодарно взяла монетки, бросила их в плетенную из бамбука тарелку за прилавком и поклонилась.
– Серьёзно? Ты раньше не пробовала пирожки? – Спросил я, поклонившись в ответ и медленно побрёл вдоль дороги города.
– А чему тут удивляться? – Ответила Лан, пожёвывая последний кусок. – город Чёрного дракона – это тебе не деревни вдоль тракта. Здесь живёт около двадцати миллионов человек, и это если не считать постоянный поток людей между на торговом пути с соседней провинцией. А с ними выйдет и все тридцать.
Я достал из кулька ещё один пирожок и протянул его Лан. Она жадно выхватила его двумя руками и принялась вгрызаться в него, словно маленький котенок. Так мы и шли по одной из дорог города, а я, периодически подкармливая спутницу пирожками, постепенно вливался в городскую жизнь.
Останавливаться было нельзя. Однажды я встал посреди людского потока, и меня чуть не унесло в сторону. Если бы не Лан, в тот момент схватившая меня за рукав, толпа бы пронесла меня по течению человеческой реки вплоть до дальних стен города. Запахи пота, табака, дешёвых духов и кулинарных шедевров, всё это мой разум не до конца понимал, как воспринимать, особенно учитывая, что вокруг меня высился настоящий средневековый город наполненной чуть ли не магическим миром.
На улице, по которой мы шли, слева направо тянулись двух и трёхэтажные дома с резными балконами, с которых свисали фонари трёх цветов: красные, жёлтые и, конечно же, традиционно чёрные. Надписи на вывесках, помимо иероглифов, красовались нарисованными чайниками, рыбой, мечами, доспехами и драконами.
Воздух был намного плотнее, нежели в лесу или на тракте. Причём здесь он не давил, как могло показаться на первый взгляд, как раз наоборот. От количества запахов жаренного лука, цветов, продуктов и благовоний создавалась совершенно уникальная палитра ароматов, причём совершенно лёгкая и непринужденная.
Конечно же, в таком месте сосредоточения человеческой цивилизации, не обошлось и без них.
Практики.
Они не прятались, не скрывались, не носились по крышам, не восседали в горах и просто шли среди обычных людей. Мужчина в длинном зелёном халате с мечом на поясе пересёк дорогу, в трёх шагах от меня, даже не взглянув в мою сторону. Рядом с ним шла женщина в белом, с высоким шпилем из чёрных волос, а подле неё стоял обычный горожанин, торговавшийся с продавцом фруктов.
Удивительно, но простые люди относились к ним спокойно. Естественно, с уважением, но без страха, скорее как к данности существования сословия намного выше и сильнее, чем они, но всё же такой же частью города. Это объяснялось тем, что самим практикам было не до «муравьёв» и они, по весьма очевидным причинам, не требовали от каждого прохожего горожанина упасть перед ним на колени и распинаться в ликовании и извинении.
Город Чёрного дракона был огромен. Я даже не мог вообразить себе его границы. В центре возвышались настоящие башни, уходящие в небо на десяток этажей, с черепичными крышами, загнутыми вверх, точно кончики императорских туфель. На ними реяли штандарты и флаги с драконьими мордами и изображением золотых имперских нашивок.
Я шёл и крутил головой, как обычный деревенский дурачок, впервые попавший на ярмарку. Лан шла рядом, периодически касаясь меня локтем и, требуя очередную добавку горячих пирожков. Правда порою девушка поднимала голову, чтобы посмотреть на выражение моего лица, которое могло быть только у того человека, который оказался в таком городе впервые.
Здесь я по-настоящему мог затеряться. Стать одним из миллионов лиц, где никто не знал моего имени, никто не искал и уж тем более, никто не ждал. Здесь, я мог начать всё сначала…
– Я сейчас лопну. – Натужно выдохнула Лан, хлопая себя по плоском животику.
– Неудивительно, – Я ухмыльнулся в ответ. – Шесть штук схомячила, даже глазом не моргнула.
– Сам виноват! Нечего было знакомить меня с пирожками и, вообще, в следующий раз бери нормально на двоих! – Выпалила Лан, скрестив руки на груди.
– В следующий раз? Мы едва в городе оказались, а ты уже следующий раз планируешь?
– Город, точно! – Хлопнула в ладоши девушка, словно внезапно вспомнила затерявшуюся мысль, – Ты же здесь новенький, у тебя поди и жилья своего нет? Где планируешь приткнуться?
Я пожал плечами, осматривая окрестности. – Да я особо не привередливый, мне и угла хватит. Знаешь, у настоящего воина должен быть только меч и припасы на сутки – всё остальное лишь бессмысленный и бесполезный изыск.
Лан закинула руки за голову, сладко потянулась и, посмотрев высоко в небо, задумчиво сказала. – Ишь какой практичный нашёлся, хотя чему я удивляюсь, ты же из Хромого хребта.