Чтение онлайн

– Катя, не неси ерунду. И возьми деньги.

Я резко отвернулся, но тут Катя догнала меня, обхватила руками и прижалась лицом к моей груди.

– Мне эти деньги твои не помогут.

– Что ты наделала?.. Ты что, просрочила страховку?
– Собственный голос казался мне каким-то далеким и растерянным.
– Да? Просрочила?

– Данечка, я так боюсь. Я не могла без него, мне было плохо. Я пыталась закончить фреску… ту, возле нашего кафе… Я думала, что лучше умереть, а деньги тратились… А теперь меня убьют. Я не хочу. Попроси за меня, сделай что-нибудь, прошу тебя.

Только сейчас вся тоска по Чернышу, ужас перед жизнью и жажда жизни вылились в полной силе, окатили меня будто водой, ледяной и горячей одновременно. Я замер на мгновение, прошитый этой болью… и в то же время понимая, что понятия не имею, что чувствует она сама.

– Все уладится, - сказал я неубедительно.

Утренняя песня проела мне мозги, отделяясь фразами, похожими на заклинание. …Кто мы и что мы - все не решим, все ищем в газетах пророчества… светлая память всем выжившим, светлое вам одиночество… Да, им память, а мне - одиночество, только очень вряд ли светлое. Я отпустил Катю, и она нырнула во мрак, то ли поглощенная им, то ли сама будучи его частью. Я искал ее присутствие, пока мог, и даже когда она исчезла, смутно ощущал, что она недалеко. Может, отошла на несколько шагов и снова легла на сырую холодную землю, чтобы видеть небо. Или ушла далеко-далеко, как только можно, рискуя попасться тем, кто контролирует границы города и убивает без предупреждения.

Да, слишком много желающих, да, слишком жесткие правила… только желающих почему-то меньше не становится.

…Пусть повезет и вам хватит сил, или земля станет ватою тем, кто давно уже выучил эту науку проклятую - как жить, замерзая от холода, жить, не любя и не веря, в пасти огромного города…

Я взял мобильник и вызвонил мою любимую машину.

*

Этот джип мне нравился больше других машин - хотя он и был великоват, но ездил мягко и беззвучно, как метель. Я сел вперед, рядом с водителем.

– Все в порядке?
– спросил он.

– Будет, если ты по-быстрому подберешь труп, который валяется за углом.

Он исчез буквально на несколько секунд и легко, как перышко, забросил мертвое Чернышово творение назад.

– В офис, Валь, - сказал я, поудобнее устраиваясь.
– Сделай Шумахера.

– Сделаю, - пообещал он, и машина неслышно рванула с места. Я смотрел в окно на темную слабо освещенную ночь. Ни свет в салоне, ни фары мы не включали - мне лучше думалось в темноте, а моему водителю они были нисколько не нужны.

Мы объехали планетарий и остановились перед нашим входом. Водитель открыл передо мной дверь.

– Закинь его в крематорий и возвращайся, - бросил я и вошел в холл. Уборщица как раз заканчивала мыть полы, она увидела меня и заулыбалась.

– Здравствуй, Данилушка!

– Здравствуйте, Анна Андревна, - улыбнулся я ей навстречу, - как ваше ничего?

– Да понемножку, спасибо, сыночка.
– Старуха подняла ведро и поволокла в подсобку, я едва подавил желание помочь ей. Она мне нравилась, в конце концов, ночью мы с ней были единственными людьми на все эти этажи. И только она так со мной разговаривала, а иногда даже я испытывал в этом потребность.

– Бросайте вы ваши тряпки, сейчас Валентин по делам сгоняет и отвезет вас домой.

Я вошел в лифт, не вслушиваясь в ее благодарности. Мне сейчас просто хотелось что-то такое сделать.

Секретарша Анжела прилежно вкалывала на рабочем месте за компьютером - судя по выражению лица, пасьянс благополучно сходился. Конечно, блондинка, конечно, длинноногая, конечно, умерла еще до моего рождения. Суперинтеллектом не хвастает, но расторопна и с безупречной памятью - ходячая база данных, иначе я давно пустил бы ее в расход. А так плачу достаточно, чтобы хватало на настоящий донорский продукт, а не суррогат, и прощаю разные мелочи типа пасьянса и легкого перебора в макияже.

В одном Катя была, несомненно, права - не все живут так, не всем нужно искать под землей камешки для других, чтобы выживать. Одни всегда равнее других. А что такого? Все как у людей. В конце концов, это действительно на пользу городу. Глядишь, к ноябрю и метро откроется.

Увидев меня, Анжела расцвела - будто если я человек, то не отличу сосредоточенную работу над документами от сосредоточенного сражения с “косынкой”. Пять лет в таком коллективе даром не проходят.

– Чем порадуешь?
– спросил я, опираясь о ее стол.

– Влада велела быть могилой. Если я расскажу, она с меня три шкуры снимет.

– Ясно. А кто твой начальник, напомни, Анжелочка?

– Вы!
– она подарила мне свою самую саблезубую улыбку. Это одна из мелочей, которую ей прощается - в конце концов, я давно привык, а у других своя не хуже. Да и люди с улицы заходят к нам не чаще, чем евреи-ортодоксы на собрание скинхэдов.

– Да ну. Однако меня ты не боишься?

– Боюсь!
– Анжела снова жизнерадостно улыбнулась.
– Но вы меня, если что, сами убивать не будете, это ж не барское дело. Все равно Владе поручите, а вот она…

С непривычки ее непосредственность с ног сбивает, хотя часто бывает чертовски полезна.

– Ладно, расслабься, не будем портить сюрприз.

Тем более что в случае Влады три шкуры - почти не метафора.

Только я успел упасть в кресло, как постучались. Кабинеты наши рядом - ясно, что она не могла меня не услышать, даже если бы заткнула уши.

– Заходи, Влада.

Она вошла и разместилась напротив меня, держа в одной руке папку, а в другой - подносик с кофе, абсолютно не балансируя. Моя правая рука, моя первая советница. Глядя на ее костюм, я понимал, что если бы не Влада и ее гардероб, то я никогда не узнал бы о существовании стольких оттенков синего цвета. Это притом, что большую часть мои глаза вообще не различают.

– Мэтр, я…

– У нас есть свободный народ?
– перебил я ее. Мне хотелось решить эту проблему как можно быстрее, она беспокоила меня, как заноза.

– Нет, все при деле, вы же знаете.

– Тогда набери Трофимыча, а потом все обсудим. По частному номеру.

Через секунду она протянула мне мобильник.

– Генерал-майор Колесник.

– Добрый вечер, Николай Трофимович, это Воронцов беспокоит.

– Я слушаю.

Голос его изменился, будто горло смерзлось от одного упоминания моей фамилии. Как же он боится меня, прямо странно - мужику за пятьдесят, старый вояка, и такой безотчетный страх. Думаю, даже будь я вампиром, он бы так не дергался. Люди часто боятся того, чего не понимают, а в этом смысле я порой пугаю сам себя.

– Мне нужна ваша помощь. Обеспечьте прямо сейчас патрулирование 4-14, это Буденовский район, кажется. Ночи на две, не больше.

– Будет сделано. Еще что-то?

– Нет, благодарю.

Он отключился раньше, чем я. Наверное, отбросил трубку от себя, как заразную.

После звонка я сразу успокоился и отпил кофе с коньяком. В этом смысле Влада Анжеле не доверяет - она сама молниеносно готовит мне кофе с коньяком именно в той пропорции, в которой надо. Это большое искусство, учитывая, что она даже вкуса его не знает.