Чтение онлайн

«Договорились».

Я подумала, что мой свежесочиненный кофе должен идеально подойти к прянику. Удачно получилось.

Сонька, не вздумай живодера своего сюда приглашать! Милуйтесь в другом месте.

Пикс стоял на пороге и злобно пырился на меня голубым глазом, зажмурив зеленый.

— Вот тебя еще не спросила! Переживешь.

Зар-р-раза! Ну ладно, ладно. В конце концов, не босиком же он сюда придет.

Задрав хвост, кот ушел громко копать лоток, что означало высшую степень негодования.

Не босиком? Хорошо, что предупредил. Не забыть бы ботинки в шкафчик убрать.

Сергей вернулся, но наша вечерняя переписка продолжилась. И все дни до субботы я старательно притворялась, будто мне вообще все равно, что получится дальше. Получится — хорошо, нет — ну и ладно.

А вот и не ладно. Иначе с чего вдруг я застукала себя за обгрызанием кожи у ногтя? Спохватилась и села делать маникюр.

Для сбора в субботу был все тот же получасовой люфт — с шести до полседьмого. С Сергеем мы договорились, что к шести он приедет ко мне, но уже с пяти я нервно бродила по квартире туда-сюда и поглядывала в окно на проезд у парадной.

Почему все бабы такие дуры?

— Потому что заводят котов, цепляют от них микоплазму, и та выжирает им мозг.

Это я процитировала маму, которая была категорически против котов в квартире. Да и против собак тоже. Я все детство уговаривала ее купить какую-нибудь зверюшку, но не смогла выпросить даже хомячка.

Хотела добавить, что и коты не все мужики, но это было бы слишком жирно, поэтому промолчала.

Зеленый «Ниссан» въехал под арку без пяти шесть, и я невольно вспомнила, как ждала у «Комода» Юру. Припарковаться во дворе в субботу вечером было тем еще квестом, но Сергей справился. Выйдя из машины с пакетом в руках, он направился к парадной.

Интересно, что это там тащит? Пряники? Магниты? Сменную обувь?

Сейчас узнаем.

— Привет, — сказал Сергей, когда я открыла дверь. — Мы сразу туда идем?

— Да. Раздевайся здесь. Ботинки не снимай, там никто не разувается.

— Хорошо, — положив пакет на тумбочку, он снял куртку и повесил на вешалку. — Потом заодно Пикселя посмотрю, как там его хозяйство зажило.

Из-за угла блеснуло льдисто-голубым.

— Это если он еще позволит, — хмыкнула я. — Занычется куда-нибудь, фиг достанешь.

— Это пряник, — Сергей достал из пакета здоровенного пряничного кота в целлофане. — С повидлом.

— Класс! — я хищно облизнулась. — Как раз к кофе. Спасибо!

— Это магнит. Нижегородский кремль. А это… — он вытащил пакетик с магнитом и маленькую картонную коробочку. — У нас там есть войлочная фабрика, валенки всякие делают, тапки и прочие штуки. Я подумал, тебе понравится.

— Для валенок маловато что-то, — я открыла коробочку и чуть не завизжала от восторга.

В деревянном резном креслице сидела войлочная мышка, одетая в розовое платье и серую вязаную шаль. Мордаха у нее была настолько шкодно-умилительная, что я невольно заулыбалась. И… чмокнула Сергея в щеку.

— Спасибо, Сереж, такая классная! Только придумать надо, куда ее поселить, чтобы Пикс не добрался. У него есть две мышки игрушечные, подумает, что и эта тоже ему.

Временно поселив мышь за стеклянной дверцей буфета, мы поднялись к Юре. Народ только начал собираться. Я представила Сергея, и тут пришли Енотаевы.

— Ну и где твой ветеринар, Соня? — спросила Наташа, входя в комнату.

Тут она увидела Сергея, завизжала и с воплем «Покровский!!!» повисла у него на шее.

— Интересное кино, — хмыкнул Антон и вопросительно посмотрел на меня.

Я пожала плечами: мол, ничего не знаю.

— Мы в ветеринарке вместе учились, — пояснила Наташа, отлипнув от Сергея. — Только Серега на два курса старше. И в клинике учебной все вместе работали. Я, Оля, Толик, Светка, Серега и Марьяна.

Тут она запнулась и покосилась на меня.

— Наташ, с Марьяной мы развелись, — спокойно сказал Сергей. — Очень рад тебя видеть. Ты все в карантинке?

— Нет, давно ушла. Ольга переманила в клинику, где сама работала. И Светку с Толиком. А потом меня выперли оттуда, там начальница была совершенно неадекватная баба. Ну мы все ушли и свою открыли. «Лапы и хвост», на Комендантском. Не слышал?

— Так это вы? Мы еще над названием постебались маленько.

— Зато глаз цепляет, — махнула рукой Наташа. — Клиент идет. А с вашей как?

— С нашей сложно, — поморщился Сергей. — Ничего, разберемся.

— Как все-таки тесен мир, — патетически всплеснула руками Марина.

— Да нет, не особенно, — возразила Наташа. — Просто все питерские ветеринары, если не понаехавшие, учились в ветеринарной академии. Сейчас она уже университет. Есть еще зоотехники всякие, но это не то. А если ветеринары примерно одного возраста, то наверняка хотя бы шапочно, но знакомы. Если что и тесно, так это то, что мы встретились именно здесь.

— Але, народ, мы играть-то будем? — Юра надел ковбойский стетсон, и все начали рассаживаться.

Мы с Сергеем попали в мафию, и мафия опять выиграла. Правда, меня на этот раз повесили по итогам первого дня, и мне пришлось разносить пиццу и пиво.

— А обыватели когда-нибудь вообще выигрывают? — спросила я Марину, собирая после игры пластиковые тарелки и стаканы.

— Ну… — задумалась она. — На моей памяти раза два было. Или три. А я играю третий год.

Народ потихоньку расходился, Сергей разговаривал с Юрой и Пашей. Он действительно вписался, чему я была страшно рада.

— Ну как, будешь с нами играть? — спросил Юра, когда мы вышли в прихожую.

— С удовольствием, — ответил Сергей, пожав ему руку.

— Тогда пусть Сонька тебя в чат добавит, мы там все обсуждаем. Приходи.

— Ну что, кофе с пряником? — спросила я, когда мы спустились ко мне.

— Тот самый особый кофе? — Сергей наклонился расшнуровать ботинки, и из-за угла снова полыхнуло голубым. — Тапки дашь?

Я достала гостевые тапки, а ботинки спрятала в шкафчик, да еще воткнула в дверцу обрывок газеты, чтобы Пикс не смог поддеть лапой.

— Сурово, — заметил Сергей.

— По законам военного времени. Пойдем на кухню.

Первым делом я проверила мышку — с ней все было в порядке. Потом занялась кофейным колдовством, а Сергей сел на диванчик — туда, где обычно сидела я, глядя во двор. Только он смотрел на меня, я чувствовала спиной. Аж зачесалось между лопатками.

— Пиксель где-то в норе? — спросил он.

— В норе. И не выйдет. Если под кроватью, то разве что шваброй вытащить.

— Ладно, не надо. Хотя я бы, конечно, глянул, что там у него. На всякий случай.