Чтение онлайн

— Блин… — прошипела я.

Желание куда-то испарилось. То есть само по себе оно никуда не делось, но вот заниматься любовью в тандеме, под аккомпанемент посторонних стонов не хотелось. Тем более в первый раз.

К счастью, Сергею ничего объяснять не пришлось — еще один плюсик в его копилку.

— Паскудная квартирка, — хмыкнул он, убирая руки из моих стратегически важных мест, и мы прыжком перескочили на «Собачье сердце». Вспоминали известные цитаты из фильма, пока в соседней комнате не угомонились.

— Ладно, теперь можно спать, — вздохнула я.

— Спокойной ночи, — сдержанно поцеловав меня, Сергей перебрался обратно на матрас.

Как ни странно, уснуть все же удалось. Утром ко мне подошла Тоня, симпатичная миниатюрная блондинка.

— Прости, Соня, мы, наверно, вам спать мешали, — сказала она смущенно. — Сашку почему-то прет, когда мы не дома.

— Да ладно, — я пожала плечами. — Взрослые все люди. Чего не бывает, — и покосилась на Сергея, который уже сидел за столом и лепил бутерброд с ветчиной.

Поймав мой взгляд, он подмигнул и подвинулся, чтобы я села рядом.

— Будешь? — предложил мне бутер.

— Спасибо, я сыром.

— Запомню.

Едва мы позавтракали, Сергей поднялся.

— Лида, Валя, большое спасибо, нам пора.

— Уже? — удивился Валик. — Мы думали, вы хотя бы до обеда останетесь. К озеру бы сходили.

— Да нет, у нас… дела.

Лидка посмотрела на меня, приподняв брови. И показала два пальца: позвони.

Распрощавшись со всеми, мы сели в машину, снова попетляли по улицам и выбрались на шоссе.

— Ну что, — спросил Сергей с идиотски серьезным видом, хотя в глазах плясали черти, — ко мне поедем или к тебе?

— Лучше к тебе, — ответила я, кусая губы, чтобы не расхохотаться.

С Выборгского шоссе Сергей свернул на КАД.

— А так разве быстрее? — удивилась я. — Десять часов, пробки уже рассосались.

— Да ладно, в центре они никогда не рассасываются, — ответил он.

— А ты разве не на Гражданке? Ты тогда нас подвозил с Пиксом, сказал, что по пути.

— На Старорусской. А на Гражданку в автосервис ехал, оставлял машину на профилактику.

— Кстати, у Наташи муж директор автосервиса, если что.

— Антон? — Сергей посмотрел на меня и сразу перевел взгляд обратно на дорогу. — Удачно. Я как раз хотел менять, а то далеко и адски дорого. Мы жили на Руставели, почти рядом с тобой А теперь к клинике поближе перебрался. В хорошую погоду пешком хожу. Люблю центр. Я же понаехавший.

— А я хоть и коренная, но… дитя окраин. Центр для меня как другой город. Но тоже люблю, конечно. А бабушкина семья на Некрасова еще до революции жила. Тогда это Бассейная была. Ты снимаешь, да?

— Да. Маленькая квартирка, скорее, студия. Выгородка от большой. Комната-кухня со спальней на антресолях. И санузел. Вот интересно, узнаешь дом? Он не один раз в кино засветился.

— Заинтриговал.

Мы разговаривали так, словно я просто ехала к нему в гости. На чашечку кофе. Посмотреть на квартиру в историческом доме. И только когда встречались взглядами, на пересечении словно искры вспыхивали. И тогда начинало мелко потряхивать. Не от страха — от нетерпения.

Как все будет?..

Да хорошо будет. Отлично. Без сомнений.

Дом на пересечении Старорусской и Новгородской я не узнала. И даже знакомым не показался. Хотя красивый, чистый модерн. Кажется, Сергей был немного разочарован.

— «Мастер и Маргарита». Дом Воланда. Садовая, триста два — бис.

— Да ладно! — я вытаращила глаза. — Надеюсь, ты не в той нехорошей квартире живешь?

— Саму квартиру снимали где-то в другом месте. Хотели здесь, но собственники заломили такую сумму, что киношники не потянули. Сонь, тут нехороших квартир в доме… Сто шестьдесят всего, из них половина коммуналки, причем огромные. Десять двадцатикомнатных. Они в жутком состоянии, их невозможно расселить.

— Ни фига себе!

— Дом строился для очень богатых людей. Ну а в итоге… вышло то, что вышло.

Мы поднялись на второй этаж по обшарпанной лестнице. Новая металлическая дверь выглядела примерно как сверкающие виниры у древней старухи. А внутри оказалось неожиданно уютно. Из крохотной прихожей одна дверь вела в ванную, другая — в комнату с кухонным уголком, отделанную в белом и лиловом цветах. Деревянная лестница поднималась наверх — на антресоли, где помещались только двуспальная кровать, тумбочка и книжные полки.

— Симпатично, — оценила я. — Домик-пряник.

— Кофе?

Сереж, ты серьезно? Кофе?

— Ну должен же я был спросить? — рассмеялся он, правильно считав мое выражение.

— Все, спросил, переходи к следующему пункту программы, — я подошла к нему и положила руки на плечи.

Ночью мы были не особо трезвыми, да и вообще в угаре, но сейчас и на свежую голову как будто отжали кнопку паузы и продолжили с того же самого места.

Ой, мамочки, это правда я?

Кирилл говорил: ты, Соня, не тормоз, а медленный газ. Я подозревала, что кто-то делает что-то не то, но не озвучивала. Зато сейчас и делать ничего не надо было. Потянулась к пуговицам на рубашке Сергея, и никакого стеснения не было или мыслей: ой, а что он обо мне подумает.

Потому что все правильно подумает! Как надо.

— Сереж, а мы прямо здесь будем? — спросила я, расстегивая его джинсы. — Или какую-нибудь плоскость найдем?

— Диван опасный, — ответил он, стаскивая с меня футболку. — Может развалиться. Стол тоже хлипкий. Душ на десерт. Остается только наверху. Туда тебе придется самой подниматься. Я бы донес, но рискованно. Не хотелось бы погибнуть в такой момент.

— Ничего, дойду, — я подождала, пока Сергей вытряхнется из штанин, и потащила за трусы к лестнице.

Симпатичные такие, кстати, труселя, черные, вполне секси. Да и сам он просто супер. Так бы и смотрела. Но нет, потом посмотрю. Успеется.

Где-то в процессе подъема потерялся лифчик. Сам расстегнулся? Или кто-то расстегнул?

— Слушай, а кровать-то нормальная? — спросила я, сдернув покрывало. — А то диван опасный, стол хлипкий, лестница стремная. Не провалимся вниз?

— Ну… не знаю, — он подтолкнул меня под колени, и я с визгом плюхнулась на матрас. — Я на ней только спал. По стойке, то есть по лежке смирно.