Когда деревья станут большими
Шрифт:
Он внимательно и как-то исподлобья посмотрел ей в глаза и продолжил:
— У меня к тебе несколько вопросов. Потом я выслушаю твои. Мне необходимо знать, полностью ли ты управляешь своим даром?
— Нет, господин Радьен, — стараясь не встречаться с императором взглядом, ответила Дилия.
— Просто Радьен, — поправил он. — Следующий вопрос: что за эмоция направляет и множит твои силы?
Дилия покраснела. Император кинул взгляд на вновь приобретенную дочь и, увидев её румянец, поспешил сменить тему:
— Так, об этом поговорим позже. Как быстро твой дар набирает силу?
— В первый раз я ощутила его где-то год назад и только сейчас случайно использовала. Я не была уверенна, что это особый дар, — пробормотала она, оправдываясь.
— Понятно, это мой недосмотр, полностью мой. До недавнего времени я вообще не знал, что ты существуешь. А ты похожа на меня, Дилия. Очень похожа! Ладно, твои вопросы.
Дилия на миг задумалась, и первый вопрос сорвался с её губ стремительней, чем она ожидала:
— Радьен, вы не обладаете даром?
— Не в полной мере. Я не обладаю активным даром, я тоже могу использовать эмоцию для увеличения силы, но это все. И на «ты», пожалуйста.
— Что ты планируешь в отношении меня?
— Пока не знаю, но одно точно - не пускать тебя никуда из замка без своего отряда.
— Моего отряда, это как?
— Я приставлю к тебе лучших из лучших магов; если у тебя есть кто на примете, твоё право его пригласить, найти помогу. Отряд тебе нужен не только для защиты. Необходимо в кратчайшие сроки развить свой дар, у нас очень мало времени. Так что завтра утром тебя познакомят с отрядом. Они о тебе позаботятся. И очень прошу, не красней, я же сказал, мы очень похожи.
Он, слегка улыбнувшись, посмотрел ей в глаза и продолжил:
— Глаза мои, но цвет океана и его глубин, как и сказано в пророчестве, — задумчиво изрёк император и задал вопрос, — так как его имя?
— Эйрик Глатз.
— Если жив, завтра он будет здесь. А теперь спать, ты должна набраться сил. От тебя зависит судьба империи.
Дилию проводили в комнату, приготовленную для нее, хотя, скорее, их было много: ванная, гостиная, спальня, гардеробная и еще какое-то помещение, похожее на оружеиную.
В шкафу висели отличные мантии, пояса, плащи. А внизу стояли сапоги, много превосходных сапог.
Приняв ванну и перекусив, Дилия поняла, что смертельно устала и тут же отправилась спать. К огромной радости, в её сны больше никто не вторгался, и она отлично выспалась. Утром встала очень рано, выбрала что надеть, и принялась ждать провожатого: дворец ей был незнаком, а заблудиться не хотелось. Вскоре новообретённую дочь императора проводили к месту встречи. Немного растерявшись от множества глаз, которые смотрели на неё, она окинула всех взглядом в поисках Эйрика, но его не было.
Вспомнилось «если он жив», сказанное императором, и она побледнела. Взяв волю в кулак, и не желая испытывать терпение собравшихся, поздоровалась:
— Приветствую вас, господа! Меня зовут Дилия. Как мне стало известно, среди вас есть опытные маги, которые могут мне помочь. Я заранее благодарна вам. А теперь давайте лично познакомимся и приступим к подготовке нашего отряда к боевым действиям.
Спиной она почувствовала чей-то взгляд и обернулась. За ней стоял император и улыбался. Потом подошёл ближе и шепнул на ухо:
— Слова настоящего императора, вот что кровь-то делает. Горжусь! — император хитро улыбнулся и продолжил, — У меня припасён для тебя подарок.
Дилия просияла от счастья — к ней шёл Эйрик.
— Жив, — прошептала она и еле удержалась, чтобы не броситься ему на шею.
Заметив этот усмирённый порыв, император посмотрел на неё одобряющим взглядом.
Закончили они вечером. Кое-что стало проясняться, один из самых умудрённых опытом боевых магов помог ей определить, что её дар хоть и носит стихийный характер, но всё же исходит из двух источников — эмоций и управления разумом. Благодаря эмоциям запускается дар, а потом он может быть использован как для стихийных заклинаний, так и для активации управления разумом, который, в свою очередь, на основе желания управляет их выполнением. Однако, групповое воздействие пока не получалось, хотя стихийные по площади стали выходить с обнадёживающим постоянством.
Когда пришло время расходиться, наставник Дилии отправился с докладом к императору, а она и Эйрик поспешили в её апартаменты.
Когда дверь за ними закрылась, Эйрик прошептал:
— Я так боялся, что тебя уже нет в этом мире… Я места себе не находил. И вдруг узнаю, что ты уже побывала в плену у императора Свирии, а потом ещё оказалась дочерью нашего императора, к тому же с божественным даром. Всё это в голове не укладывается.
— Если честно, у меня тоже, — улыбнулась она и добавила: — Но сейчас самое главное, чтобы я справилась, необходимо восстановить равновесие, иначе нам не победить. Но зачем я тебе это говорю, ты и сам всё понимаешь, — она обвила его шею руками и крепко поцеловала.
Дилия так изголодалась по его прикосновениям, словно годы прошли с тех пор, как Эйрик ласкал её. В отчаянной попытке хоть ненадолго выкинуть из головы все тревоги и страхи, она запустила пальцы в его волосы и прижала к себе, открываясь навстречу трепетному предвкушению. Дилию пронзили умопомрачительные ощущения, как только губы Эйрика потянулись к её губам. Страстный поцелуй запустил цепную реакцию, поступательно захватывая в сладкий плен. Не в силах больше бороться с нахлынувшими эмоциями Дилия опустилась на кровать. Она чувствовала себя особенной и поэтому была великолепна. Волосы рассыпались по подушке кружевным веером, глаза сверкали, на приоткрытых влажных губах играла обворожительная улыбка. Эйрик пытался удержаться на расстоянии, желая вобрать, впечатать образ любимой в свою память. Но стоило им встретиться взглядами, как глубины океана затянули его. Он вбивался в неё со всё возрастающей силой и неистовством зверя, заполнив её всю. Наслаждение разливалось внутри, как вода по горлу после долгой и мучительной жажды. Никогда раньше Дилии не было так хорошо, казалось в этом жарком соитии переплелись не только тела. Кожа покрылась капельками пота, мышцы подрагивали, сердце билось так, словно вот-вот вырвется наружу. Лицо Эйрика выражало блаженство, подчеркивая его природную красоту, а его дикий напор доказывал искренность желания. Всё вокруг перестало существовать.
— Люблю тебя и больше не отпущу, — прошептал он ей на ухо.
Дилия прильнула к нему, обняла ногами за талию и стала направлять его с такой силой и страстью, что Эйрик замер от неожиданности. Дилия двигалась так, будто хотела доказать что-то… Внезапно она перекатилась и оказалась сверху, сжав его бёдра железной хваткой. Волны дрожи проносились по всему позвоночнику, и спазмы удовольствия сжимали его пульсирующую плоть. Эйрик обхватил её ягодицы, и они вновь поменялись местами — он подмял Дилию под себя, осыпая поцелуями, как одержимый проникая во влажные, жаркие глубины.
— Я люблю тебя, — вновь прошептал он.
От его слов, подкреплённых резкими толчками внутри неё, она оказалась на пике блаженства.
Глава 32
Спустя несколько дней, которые нельзя было назвать непродуктивными, Дилию позвал к себе Радьен.
Император ждал дочь в небольшой уютной комнате в одной из башен замка. Но скрип массивной двери не заставил его обернуться.
Дилия слегка кашлянула в попытке привлечь внимание.
Радьен обернулся к ней, предложил присесть, и, подождав пару мгновений, произнёс: