Чтение онлайн

После того, как я закупаю достаточно одежды для своего пребывания в Лондоне, мы останавливаемся пообедать. Я случайно спрашиваю, как они познакомились, и Хейзел отвечает прежде, чем Майя успевает ответить.

— Я подумала, что она милая, и пригласил её на свидание, но Майя не согласилась.

Майя прищуривается.

— Это неправда, Хейз. Тебе нужно перестать говорить это людям.

— Но правда такая скучная! — Хейзел ворчит со смехом. Выражение её лица полно озорного коварства.

— Всё равно расскажи, — тихо настаивает Майя.

Не желая сдаваться так быстро, Хейзел съедает две огромные ложки мороженого. Майя медленно пережевывает лосося. Я наслаждаюсь своей курицей и пастой песто.

Они как пожилая супружеская пара. Интересно, случается ли это со всеми, кто пишет вместе.

Хейзел ссутулилась на стуле и скрестила руки на груди.

— Мы были соседками по комнате на первом курсе Нью-Йоркского университета, — её голос лишен жизни. — Ну вот, довольна?

— Да, — Майя улыбается, её тонкие губы изгибаются вверх, когда она поправляет очки на переносице.

— Это не скучно, — вмешиваюсь я.

Хейзел бросает на меня сердитый взгляд.

— Как единственный человек здесь, одетый в спортивную форму, твоё мнение не имеет значения.

Я хихикаю, но Майя ахает.

— Хейзел!

— Что? Это шутка!

Не находя это забавным, Майя больше ничего не говорит. Опущенный уголок её рта — это всё, что нужно, чтобы заставить Хейзел извиниться.

— Я пошутила. Ты же знаешь это, верно? Я не хотела тебя оскорбить или что-то в этом роде.

Я киваю.

— Я знаю, всё в порядке.

— Видишь, — Хейзел обнимает меня за плечи. — У нас всё в порядке.

На некоторое время воцаряется тишина. Хейзел забывает о своём мороженом и вместо этого сидит в своём телефоне.

— Знаете, я на днях была там, — говорю я, потому что долгое молчание начинает казаться неловким. — Я имею в виду Нью-Йоркский университет.

Лицо Майи озаряется.

— Правда? Когда?

— Вчера.

— Серьёзно?

— Да, — я киваю, доедая остатки пасты.

— Чем занималась? — Хейзел спрашивает одновременно с Майей.

— С кем?

— С коек-каким парнем, — отвечаю я, потому что на вопрос Майи есть самый простой ответ.

— Ты трахалась с каким-то парнем? — Хейзел хлопает ладонью по столу и смеется до тех пор, пока в её серых глазах не появляются слезы.

Майя бросает на меня сочувственный взгляд.

— Я знаю, что ты отвечала на мой вопрос, но я могу понять, почему Хейзел ведет себя так глупо.

— Да, я была прямо там, — я пожимаю плечами, делая вид, что это не имеет большого значения. — Для протокола, я не трахалась с каким-то парнем, — заявляю я со всей серьёзностью. — Но это не значит, что я не пыталась.

От этого Хейзел хихикает, и даже Майя.

— Луна, ты меня удивляешь! — Хейзел ухмыляется. — Итак, кто этот парень?

— Он твой парень? — Майя спрашивает более тактично.

Перед моим мысленным взором вспыхивает прекрасное лицо Генри.

— Боже мой, ты вздохнула! — Хейзел давится.

— О, это мило, — Майя краснеет нежно-розовым оттенком, игнорируя звуки рвоты Хейзел. — Это серьёзно?

Я качаю головой. Возможно, мне не стоило упоминать об этом. Хотя, честно говоря, мне действительно приятно рассказать кому-нибудь о том, что произошло. Я проигнорировала сообщения своей сестры, когда она спрашивала.

— Я встретила его в самолете.

Обе пары глаз устремлены на меня. Я вообще не упоминаю Оклахома-Сити, но чувствую, как мои щеки заливаются краской. Майя улыбается, и Хейзел с отвращением откидывает голову назад. Я говорю им, что он спросил, не хочу ли я поужинать в городе.

— Итак, что произошло?

Он поцеловал меня на Таймс-Сквер, а я поцеловала его возле Нью-Йоркского университета. Мы выпили кофе и сделали селфи посреди Манхэттена, а потом нас выгнали из парка Вашингтон-сквер, потому что оказалось, что он был актером со своим собственным телешоу, от которого я фактически сбежала, потому что он мне нравился.

— Не очень много, — вру я. — Ничего не вышло, поэтому я вернулась в аэропорт. О, но я правда проходила через Нью-Йоркский университет.

Хейзел обхватывает голову руками.

— Итак, позволь мне прояснить. Этот парень заставил тебя сойти с самолета…

— Он не заставлял меня.

— Ты не успела на рейс? — недоверчиво спрашивает Хейзел.

— Нет!

— Но ты потеряла свой багаж? — обвиняет Майя, довольно быстро складывая два и два.

— Я не думаю, что произошло именно это…

— И этот маленький засранец даже не пригласил тебя на ужин?

— Не было времени.

— Не защищай его! — рявкает Хейзел.

Я понимаю, почему может показаться, что это вина Генри, но это не так.

Хейзел качает головой.

— Звучит как придурок. Ты давала ему денег?

— Что? Нет, — я хмурюсь.

— Мне так жаль, Луна, — легкая извиняющаяся улыбка, которой одаривает меня Майя, бьет не в ту сторону, и я чувствую слёзы на глазах.

— Бро, ты ведь не плачешь?! — Хейзел практически кричит, пугая других посетителей.

Смущение заглушает любую временную сердечную боль.

— Чувиха, прекрати орать, — бормочу я сквозь стиснутые зубы, пытаясь игнорировать взгляды, которые, как я чувствую, сверлят мне спину.

— Тогда не плачь из-за какого-то идиота, который не заслуживает твоих слёз!

— Нам нужно идти, — шепчет Майя себе под нос.

Уже разделив счет, мы встаем и выходим. Мы с Майей выходим первыми, в то время как Хейзел бормочет непристойности позади нас.

Глава 11

ЛУНА

Снимать фильм намного сложнее, чем я когда-либо представляла. Насколько я знаю, кто-то пишет сценарий, приходят актеры, чтобы сделать свое дело, и — бац! — вот и фильм.