Когда взойдёт солнце
Шрифт:
«О, помянешь чёрта! Лёгок на помине!»
Наёмник стоял у одной из дверей, что-то обсуждая с Барнеусом, но едва заметили нас, тут же прекратили дискуссию. Сана успела заметить, как лаух сгонял с лица недовольство и натягивал доброжелательность. Передёрнуло.
— Вы прибыли раньше? — едва сумела различить хорошо скрываемое удивление, — Что ж, это похвально.
— Пунктуальность — одна из моих главных черт. Даже если я не спала всю ночь, занимаясь делами, буду точно в срок или раньше.
У Влада дёрнулся глаз и, тем самым, убедил девушку — не такой уж он и непроницаемый. Потом можно будет придумать, как использовать информацию против него, а пока нужно сосредоточиться на предстоящем опыте. Как бы ей эта “информация” боком не вышла…
Одарив мужчин в меру очаровательной улыбкой, я вопросительно посмотрела на дверь рядом. Широкий створки дерева украшали ряды вырезанных алхимических символов, даже выстраивались в единую картину — Дань Жизни. Старая-престарая пектакля, которую могли применять истинные профессионалы своего дела.
—Я бы хотела осмотреться перед началом, если вы не против.
—Да-да, — Барнеус кивнул, — Я, собственно, потому и прибыл раньше — желал убедиться, что все подготовлено…
— Да кому ты чешешь! — раздосадованно простонал мужчина в белом камзоле, стараясь не дышать над заполняемой колбой, — Хотя, с другой стороны—не врёт даже..
…— Его Величество прибудет через полчаса. Прошу вас, миледи, зах... — он будто запнулся о слова, взгляд на мгновение помутился, — Выслушать меня. Редмин может производить впечатление молодого мужчины, но настоятельно рекомендую вести себя рядом с ним, как подобает.
Касандра растерянно захлопала глазами. Что за бред только что сморозил герцог? Какая разница сколько ему лет? Хоть семь, хоть семьдесят — он остаётся, в первую очередь, королём! А лаух, тем временем, был, кажется, сам в шоке от своих слов. Сане захотелось в комнату, исколоть все руки, пока будет гладить ежа, раскачиваясь на кровати. Происходила какая-то жуть .
— Разумеется. Мне кажется, это даже не может обсуждаться,— подметила Кайнейро, — Его Величество в первую очередь — король.
Лаборатория была огромной. Раза в три больше, чем в Нихау — пустое пространство, единственный стол по центру, на котором ровно стояли колбы в декоративных ящиках. Некоторые пустые, некоторые — заполненные, с подписями. Посреди стола зелёная ткань с явными магическими свойствами. Намертво прикреплена к самой столешнице, на таких мелом рисовали дополнительные символы для завершений реакций, а потом всё той же магией их стирали. Больше ничего необычного в глаза не бросалось. Место явно было создано для показательных представлений — иными словами такое количество лишнего места, ничем не занятого, Сана объяснить не могла.
— Здесь всё, — прошёл в помещение Барнеус, оставив Владу претворять дверь. Теод так и оставался рядом, заложив руки за спину, — Нужные семена, загрязненная почва в требуемом Вами количестве. Мы рассчитали пропорции, она в точно таком же ключе заражает дерево, как и отравленный воздух. Все реактивы подписаны — не ошибётесь.
Кажется, кто-то хочет её завалить косвенным путём. В каком это смысле “рассчитали пропорции”?! Это же совершенно другой разговор, другие реакции, процессы...
Потолки высотой метров в пять, в стене напротив стола имелось большое окно. За стеклом можно было разглядеть стол с сервировкой, несколько стульев, чуть дальше — диван. Место для наблюдателей, а стекло наверняка мощнейше защищено. Умно, ничего не скажешь. Касандра подошла к столу, с деловым видом принимаясь проверять слова лауха. Тут было даже больше, чем нужно, всего в избытке, а не её скромные запасы. При всей доступности нужных веществ они всё ещё оставались смертельно дорогими и драть карман матери лишний раз никогда не хотелось. Женщина не была против, но что-то каждый раз внутри грызло. Наверное, желание быть самодостаточной.
— Замечательно, — я нервно улыбнулась, — Считайте, что ответ — у вас в кармане.
Всё это время Касандра старалась не думать о том, что придётся сейчас сделать. Старалась отсрочить неизбежное, заталкивала мысли подальше, но в этот самый момент до начала оставалось около получаса. Девушке предстояло решить: пойти на поводу у угроз Барнеуса или вытащит всё имеющиеся бесстрашие, завершив опыт успехом. На одной чаше весов была Лимпак старшая и её здоровье, возможно — даже жизнь, расположение короля, но довольно скоротечная гибель. Меня уберут сразу же, как представиться возможность. С другой — осмотрительное поражение, тактическое отступление и возможность нормально поразмыслить на всю эту тематику. Узнать правила игры, тёмных лошадок, вытащить по поверхность козыри противников.
Больше всего в этой ситуации меня поражало положение Редмина. Король ведь символ власти, перед которым все должны трепетать, а что мы получим на деле, если мужчина узнает о заговоре за спиной и начнёт действовать? Только смерть. Больше претендентов на престол нет, начнётся нешуточная грызня… Сплошь мрак и ужас. Или он знает и просто включил мозги, не высовываясь амбициями? При его отце ситуацию ведь пытались повернуть в хорошее русло гораздо ленивее. Цитадель сильно связывала руки при всех, даже самых благоприятных вариантах развития событий.
Мужчины удалились, оставив алхимика в одиночестве, но уютнее не стало. Стены будто бы давили, напирали и глубоко в душе зарождалась паника. Ладони вспотели, Касандра наворачивала круги, перебирала по десять раз ингредиенты, выкладывала нужное поближе, передвигала, меняла местами...
— Леди Лимпак! — объявил механический динамик и я мгновенно вскинула голову, устремляя взгляд на окно, — Рад увидеть вас воочию.
От туда смотрел статного вида мужчина, едва старше самой Саны. Его даже можно было бы назвать юношей, но уж слишком он был… королём. Бордовый мундир облегал крепкую фигуру, золотой аксельбаль спускался от плеча к середине груди. Большего разглядеть не удалось из-за расстояния. Кайнейро учтиво поклонилась, поприветствовав коротко:
— Ваше Высочество.
Каким-то неимоверным усилием девушка сумела выпрямиться, расправить плечи и твёрдо взглянуть на него. Позади Редмина стоял ненавистный Барнеус со своим Стражем, ещё трое незнакомых мне мужчин. На диване, обмахиваясь шикарным веером, сидела единственная дама. Остальные алхимики так же не остались без сопровождения, но, что примечательно, подле дамы так же стояла тонкая женская фигура с прикрытым лицом.
— Начинайте, миледи, — Редмин Милкорн чуть склонил голову.
На негнущихся ногах Касандра вплотную подошла к столу, мгновенно забыв где что стояло, но в то же мгновение и собралась.
Дама, сидящая на диване, улыбнулась, подвинув по удобнее трость. Теперь игра действительно начиналась.
“Всё же просто — как два пальца” — мысленно подбадривала себя Касандра набором из мыслей прошедших дней, — Всё просто… Главное лимонад, а не кислоту… но как?”