Чтение онлайн

Сколько было дорог и отелей, И постелей, и мерзких простынь, Сколько я разномастных Офелий Навсегда отослал в монастырь !

Вот -- придворные пятятся задом, Сыпят пудру с фальшивых седин. Вот -- уходят статисты,и с залом Остаюсь я один на один.

Я один ! И пустые подмостки. Мне судьбу этой драмы решать... И уже на галерке подростки Забывают на время дышать.

Цепенея от старческой астмы, Я стою в перекрестье огня. Захудалые, вялые астры Ждут в актерской уборной меня. Много было их, нежных и сирых, Знавших славу мою и позор. Я стою и собраться не в силах, Я не слышу, что шепчет суфлер. Но в насмешку над немощным телом Вдруг по коже волненья озноб. Снова слово становится делом И грозит потрясеньем основ. И уже не по тексту Шекспира (Я и помнить его не хочу), -Гражданин полоумного мира, Я одними губами кричу : -- РАСПАЛАСЬ СВЯЗЬ ВРЕМЕН... И морозец, морозец по коже, И дрожит занесенный кулак, И шипят возмущенные ложи : -- Он наврал, у Шекспира не так ! Но галерка простит оговорки, Сопричастна греху моему... А в эсминце трещат переборки, И волна накрывает корму.

(75)

– 24

* * *

Когда-нибудь дошлый историк Возьмет и напишет про нас, И будет насмешливо горек Его непоспешный рассказ.

Напишет он с чувством и толком, Ошибки учтет наперед, И все он расставит по полкам, И всех по костям разберет.

И вылезет сразу всередку Та главная, наглая кость, Как будто, окурок в селедку Засунет упившийся гость.

Чего уж, казалось бы, проще Отбросить ее и забыть ? Но в горле застрявшие мощи Забвенья вином не запить.

А далее кости поплоше Пойдут по сравнению с той, -Поплоше, но странно похожи Бесстыдной своей наготой.

Обмылки, огрызки, обноски, Ошметки чужого огня : А в сноске -

вот именно, в сноске -Помянет историк меня.

Так, значит, за эту вот строчку, За жалкую каплю чернил, Воздвиг я себе одиночку И крест свой на плечи взвалил. Так,значит, за строчку вот эту, Что бросит мне время на чай, Веселому, щедрому свету Сказал я однажлы :"Прощай !" И милых до срока состарил, И с песней шагнул за предел, И любящих плакать заставил, И слышать их плач не хотел. Но будут мои подголоски Звенеть и до Судного дня... И даже неважно, что в сноске Историк не вспомнит меня !

15 января 1972 года

(77)

– 25

ОБЛАКА ПЛЫВУТ В АБАКАН

ОБЛАКА

Облака плывут, облака, Не спеша плывут, как в кино. А я цыпленка ем табака, Я коньячку принял полкило.

Облака плывут в Абакан, Не спеша плывут облака. Им тепло, небось, облакам, А я продрог насквозь, на века !

Я подковой вмерз в санный след, В лед, что я кайлом ковырял ! Ведь недаром я двадцать лет Протрубил по тем лагерям.

До сих пор в глазах снега наст ! До сих пор в ушах шмона гам !.. Эй, подайте ж мне ананас И коньячку еще двести грамм !

Облака плывут, облака, В милый край плывут, в Колыму, И не нужен им адвокат, Им амнистия -- ни к чему.

Я и сам живу -- первый сорт ! Двадцать лет,как день,разменял ! Я в пивной сижу, словно лорд, И даже зубы есть у меня !

Облака плывут на восход, Им ни пенсии, ни хлопот... А мне четвертого -- перевод, И двадцать третьего -- перевод. И по этим дням, как и я, Полстраны сидит в кабаках ! И нашей памятью в те края Облака плывут, облака... И нашей памятью в те края Облака плывут, облака...

(80)

– 26

ПЕСНЯ О СИНЕЙ ПТИЦЕ

Был я глупый тогда и сильный, Все мечтал я о птице синей, А нашел ее синий след -Заработал пятнадцать лет : Было время -- за синий цвет Получали пятнадцать лет !

Не солдатами -- номерами, Помирали мы, помирали. От Караганды по Нарым -Вся земля, как один нарыв ! Воркута, Инта, Магадан ! Кто вам жребий тот нагадал ?! То вас шмон трясет, а то цинга ! И чуть не зэка из ЦК. Было время -- за красный цвет Добавляли по десять лет !

А когда пошли миром грозы -Мужики -- на фронт, бабы -- в слезы ! В желтом мареве горизонт, А нас из лагеря, да на фронт ! Севастополь, Курск, город Брест... Нам слепил глаза желтый блеск. А как желтый блеск стал белеть, Стали глазоньки столбенеть ! Ох, сгубил ты нас, желтый цвет ! Мы на свет глядим, а света нет !

Покалечены наши жизни ! А, может, дело все в дальтонизме ?! Может, цвету цвет не чета, А мы не смыслим в том ни черта ?! Так, подчаливай, друг, за столик, Ты дальтоник, и я дальтоник... Разберемся ж на склоне лет, За какой мы погибли цвет !

(82)

– 27

ЛЕВЫЙ МАРШ

Левой, левой, левой, Левою, шагом марш !

Нет, еще не кончены войны, Голос чести еще невнятен, И на свете, наверно, вольно Дышат йоги, и то навряд ли !

Наши малые войны были Ежедневными чудесами В мутном облаке книжной пыли Государственных предписаний.

Левой, левой, левой, Левою, шагом марш !

Помнишь, сонные понятые Стали к притолоке головой, Как мечтающие о тыле Рядовые с передовой ?!

Помнишь, вспоротая перина, В летней комнате -- зимний снег ?! Молча шел, не держась за перила, Обесчещенный человек.

Левой, левой, левой, Левою, шагом марш !

И не пули, не штык, не камень, -Нас терзала иная боль ! Мы бессрочными штрафниками Начинали свой малый бой !

По детдомам, как по штрафбатам -Что ни сделаем -- все вина ! Под запрятанным шла штандартом Необъявленная война. Левой, левой, левой, Левою, шагом марш ! Наши малые войны были Рукопашными зла и чести, В том проклятом военном быте, О котором не скажешь в песне. Сколько раз нам ломали ребра, Этот -- помер, а тот -- ослеп, Но дороже, чем ребра -- вобла, И соленый мякинный хлеб. Левой, левой, левой, Левою, шагом марш ! И не странно ли, братья серые, Что по-волчьи мы, на лету, Рвали горло -- за милосердье, Били морду -- за доброту! И ничто нам не мило, кроме Поля боя при луннном свете! Говорили -- до первой крови, Оказалось -- до самой смерти... Левой, левой, левой, Левою, шагом марш!

(85)

– 28

ЧЕХАРДА С БУКВАМИ

В Петрограде, в Петербурге, в Ленинграде,

на Неве, В Колокольном переулке жили-были А, И, Б. А служило, Б служило, И играло на трубе, И играло на трубе, говорят, что так себе, Но его любили очень и ценили А и Б.

Как-то в вечер неспокойный Тяжко пенилась река, И явились в Колокольный Три сотрудника ЧК, А забрали, Б забрали, И не тронули пока.

Через год домой к себе Возвратились А и Б, И по случаю такому И играло на трубе.

Но прошел слушок окольный, Что, мол, снова быть беде. И явились в Колокольный Трое из НКВД, А забрали, Б забрали, И забрали и т.д.

Через десять лет зимой А и Б пришли домой, И домой вернулось тоже, Все сказали: "Боже мой!"

Пару лет в покое шатком Проживали А, И, Б. Но явились трое в штатском На машине КГБ -А, И, Б они забрали, обозвали всех на "б".

А -- пропало навсегда, Б -- пропало навсегда, И -- пропало навсегда, Навсегда и без следа! Вот, понимаете, какая у этих букв вышла

в жизни ерунда!

(87)

– 29

ВСЕ НЕ ВОВРЕМЯ

Посвящается В.Т.Шаламову

А ты стучи, стучи, а тебе бог простит, А начальнички тебе, Леха, срок скостят! А за Окой сейчас, небось, коростель свистит, А у нас на Тайшете ветра свистят. А месяц май уже, все снега белы, А вертухаевы на снегу следы, А что полнормы, тьфу, это полбеды, А что песню спел -- полторы беды!

А над Окой летят гуси-лебеди, А за Окой свистит коростель, А тут по наледи курвы-нелюди Двух зэка ведут на расстрел!