Чтение онлайн

В ушах шумело, и все мысли разлетались в разные стороны со скоростью бабочек, за которыми я так любила наблюдать в детстве. Перед глазами запестрело от разноцветных крыльев, мельтешащих с огромной быстротой, потом они и вовсе слились в одно разноцветное пятно, которое вскоре почернело и расползлось на все поле моего зрения.

В носу противно засвербело. Я чихнула и открыла глаза. Увиденная картина вовсе не радовала глаз своим великолепием и обилием красок. Наоборот, все было скучно, однообразно и уныло, если не считать парня, спящего в локте от меня с блаженной улыбкой на лице. В его серебристо-серых волосах запутались сухие травинки, а щека была чем-то измазана, но выглядел Арт до неприличия счастливым, я даже умилилась, разглядывая его лицо. Спустя пару щепок пушистые ресницы затрепетали, я поспешно повернула голову и повнимательнее осмотрела помещение, в котором мы находились. Определенно, это был какой-то амбар. С покосившейся крышей и наполовину заполненный сеном. М-да, это вам не городской постоялый двор. Но все же лучше, чем ночевать в лесу. Я попробовала сесть и вытряхнуть из одежды засохшую траву. Потом попыталась освободить от нее свою шевелюру. Но сколько я ни проводила пятерней по волосам, в ней неизменно оказывались травинки. Раздался тихий смех. Я опустила глаза на копошащегося в соломе Арта. Он сел, потянулся и полез в свою сумку. Отломил от краюхи два куска, один протянул мне, а второй принялся жевать сам. Я хотела было попросить попить, но вспомнила, что выхлюпала вчера весь отвар. Стало слегка стыдно. Парень довольно быстро прикончил свою порцию и запил какой-то жидкостью из фляги.

— Что там? — подозрительно поинтересовалась я.

— Снег с вечера напихал, фляжку под бок положил, вот он и растаял, — насмешливо растолковал парень, — а ты что подумала? Будто там кровь невинно убиенных хозяев этого замечательного строения?

— Я полагаю, хозяева этого замечательного строения даже не в курсе, что на их территории кто-то ночевал и попортил заготовленное на зиму сено, — потом до меня дошел полный смысл произнесенной парнем фразы, — ты что, вампир? — изогнула бровь я, стараясь, чтобы реплика прозвучала как можно беспечнее. Все-таки, столько лет выслушивания различных ужастиков не прошли бесследно.

— Нет, — коротко ответил он.

Я не без труда подавила облегченное «фух» и спросила:

— А кто?

Он в упор уставился на меня своими глазищами, и я словно провалилась в расплавленное золото.

— Не маг, — констатировала я, когда не почувствовала никакого, даже самого слабого воздействия с его стороны. Значит, кто-то иной расы. Вариантов не так уж много, а если брать в расчет цвет глаз и жесты, то вывод напрашивается сам собой. Будем надеяться, что слухи, ходившие об этих существах были ни чем иным, как просто выдумками.

— Ты как, восстановилась? — сменил тему он.

Я неуверенно кивнула, прислушиваясь к своим ощущениям. Чувствовала я себя вполне сносно, нигде ничего не болело и слабости не было. Довольно странно после довольно большой нагрузки, но надо двигаться, пока есть такая возможность. Поэтому, решительно тряхнув волосами, я взяла протянутый мне «посох», вернула ему первоначальный вид, и мы вылезли на задний двор. Взлетели без эксцессов. Надеюсь, сыграло роль совершенствование моих навыков, а не банальное везение. Во второй раз перелет был раза в два длиннее и дался мне ненамного, но все же легче. Думаю, такими темпами мы доберемся даже быстрее, чем рассчитывали. Время близилось к вечеру, когда впереди замаячила деревенька, и я послала метлу на снижение.

— Нам надо достать еды, — озвучил очевидное Арт, встряхиваясь после долгого сидения у меня за спиной.

— Есть идеи? — поинтересовалась я, выглядывая из-за толстой сосны, росшей рядом с домиком на окраине деревушки.

— Ты же у нас магичка, откуда я знаю, что ты умеешь? — хитро прищурился он, окидывая меня оценивающим взглядом.

— Вообще-то, добыча еды — сугубо мужская обязанность, — парировала я, складывая руки на груди.

По дороге мы довольно часто перебрасывались колкими и не очень фразами, оттачивая свое остроумие. Не то, чтобы мне нравилось постоянно отбивать язвительные выпады своего попутчика, но на все попытки поговорить нормально он ехидничал или отмалчивался. Понять, какого лешего парень это делает, я не могла, но Арт упорно не хотел вылезать из панциря отчуждения, хоть мне и удавалось временами проделать в нем мелкие трещинки. Вот и сейчас я уже примерно прочла по его лицу довольно красноречивый ответ и даже успела набросать в голове кое-какие контраргументы, но внезапно мой нос уловил запах жареного мяса, а желудок предвкушающе заурчал.

— Кажется, мы сейчас будем совершать мелкую кражу, — поделилась я своими соображениями с парнем, — если ты такой правильный, можешь просто постоять на стреме.

— Можно подумать, у меня есть другие варианты, — проворчал он, но согласно кивнул.

Уже стемнело, и окна деревенских домиков зажглись желтыми огоньками. Тот, откуда доносился дурманящий аромат, видимо, являлся чем-то вроде харчевни. Мы с Артом подобрались к каменной ограде, парень подсадил меня, а потом ловко вспрыгнул на забор сам. Я не без помощи Арта влезла на крышу и прошла к трубе, оставляя в снегу свои следы. Леший, придется заметать. А парень остался в тени, слившись со стеной. Я пробормотала заклинание, и участок крыши подо мной приобрел нечеткие очертания, через некоторое время став полностью прозрачным. В печах что-то жарилось, огромный стол ломился от простой, но сытной еды, а по комнате туда-сюда сновали люди.

«Не обеднеют», — решила я и стала дожидаться, пока в помещении никого не останется. Ждать пришлось долго, и когда я уже готова была подавиться слюной, какой-то пацаненок затушил огонь в одной из печей и куда-то вышел. Посчитав, что медлить больше нельзя, я примерно представила себе местонахождение куска мяса, сделала хватательный жест рукой и медленно потянула ее на себя. Почувствовала головокружение и ускорилась, крышу пришлось вернуть в первоначальное состояние. Блин, а ведь труба покрыта сажей! И судя по тому, как быстро исчезают крохи магии, я тащу что-то тяжелое. Я вздохнула и наколдовала щит вокруг своей добычи. Так, еще чуть-чуть… Протащить мясо в трубу мне удалось далеко не сразу, и тянуть было довольно тяжело. Я переступила ногами, оступилась и почувствовала, что теряю равновесие. Можно было бы схватиться за трубу, но тогда мне бы пришлось прервать заклинание, а потому я ухнула вниз, не разжимая пальцев и упала прямо в руки Арта. А из трубы с негромким чпоком вылетело что-то большое и черное. Парень, не обращая внимания на доносящиеся из избы возгласы, рванул к ограде, одним прыжком перемахнул через нее, сунул мне метлу и приказал сматываться. Я взялась за древко, забыв о своей добыче. А она, оказывается, была над нами и упала бы на наши головы, если бы Арт не снес меня в сторону.

— Это называется «мелкая кража в особо крупных размерах», — потрясенно пробормотал он, оглядывая огромный окорок, который я умудрилась стянуть вместе с вертелом.

Высказать свое мнение по поводу добычи я не успела: послышалось хлопанье двери и топот ног. Я поскорее оседлала метлу, подождала, пока сзади пристроится Арт с окороком, с которого я испарила щит вместе с сажей, и мы взлетели как раз на глазах выскочивших наружу селян.

***

Следующая деревушка, в которой я рискнула приземлиться, находилась на приличном расстоянии от той, где мы так глупо прокололись. После случая с окороком действовали мы очень аккуратно. Не хватало еще попасть в руки Инквизиции, когда долгожданная безопасность так близко! Первые полдня я то и дело бросала взгляды на свой браслет, опасаясь, что он сожмется, предупреждая о приближении Ловца, но то ли мы слишком далеко улетели, то ли мужикам, заявившим о том, что двое неизвестных чудесным образом сперли из харчевни окорок и скрылись верхом на метле в неизвестном направлении, не очень поверили, и погони за нами так и не обнаружилось, так что я послепенно успокоилась.

Через некоторое время деревни с сараями, полными сена, закончились, и ночевать пришлось в лесу. И если первые несколько ночевок в снегу среди вековых сосен я перенесла относительно безболезненно, то на четвертое утро еле заставила себя разлепить глаза, и то только после того, как Арт довольно долго тряс меня за плечи.

— Давай, поднимайся, нам чуть-чуть осталось. Ну же, Элис!

Я нехотя села, поддерживаемая крепкими ладонями. Мы спали на позаимствованном в одной из деревень шерстяном одеяле. Кто-то беспечно оставил его сушиться во дворе, воспользовавшись тем, что мороз не особо зверствует, за что и поплатился. И несмотря на то, что я довольно долго подбивала Арта на авантюру с хищением чужого имущества, убеждая его в том, что иначе мы замерзнем, в глубине души все противилось тому, чтобы я воровала. Так нельзя, но другого выхода нет.

— Пей, — мне под нос сунули нашу фляжку, и я послушно сделала несколько глотков, зажевав все остатками мяса.

Мы шли пешком, так как управлять метлой я была не в состоянии, несмотря на то, что через пару лучин после того, как мы тронулись в путь, ощутила неожиданный прилив сил. Ближе к полудню перед нами выросла каменная стена гор, и я приуныла, оценив масштабы предстоящего пути. Но Арт, вопреки здравому смыслу, направился не к расщелине между глыбами, а в обход, внимательно оглядывая камни. Я молча шла за ним. Шагать становилось все тяжелее, на меня опять накатило головокружение и тошнота. А еще становилось холодно. Сначала я гордо сносила тяготы пути, опираясь на метлу, но вскоре не выдержала и вцепилась в рукав впереди идущего парня.

— Что, уже устала? — не оборачиваясь, поинтересовался он, — а говорят, особы знатных кровей неженки. Да любая из них тебе фору да… — Арт все-таки обернулся, так как за время этого монолога я его ни разу не перебила, что случалось крайне редко.

Видимо, Арту очень не понравилось мое состояние, так как он сквозь зубы прошипел какое-то ругательство и без лишних слов перекинул меня через плечо. Палка выпала из ослабевших пальцев, но я даже не попыталась развернуть своего напарника. Все тело ныло и ломало, как во время сильной болезни. Да что же такое? Почему мне ТАК плохо, а? Я в который раз проверила фляжку, надеясь, что в ней чудесным образом материализовалась вода, которая всегда придавала мне сил. Точно! Вода. Парень постоянно поил меня, когда становилось совсем уж плохо, а сам при этом почти не пил, только ел снег.