Чтение онлайн

Мы миновали Торговый ряд и снова нырнули в переулки, не стоит светит такой добычей. Поддерживая шутливую перепалку я вглядывался в лица друзей, все были счастливы, и только у эльфа на лице застыла улыбчивая маска, что он чувствует я не знал, и даже не хотел задумываться. Настроение взлетело просто до небес, денег от продажи хватит на Академию, может у меня даже пара золотых останется, а это значит что совсем скоро я стану магом. Само слово "волшебство" манило меня не хуже чем огонь мотылька. Мда, сбываются детские мечты. Я уже рисовал в своем воображении, как буду вгрызаться в гранит науки, постигая мистическое таинство. Ну и конечно куда ж без студенческих вечеринок, думается мне студиозусы всех миров очень похожи, а значит, впереди меня ждут пять веселых лет. И по сравнению с войной, их точно можно назвать беззаботными. Правда придется каждое лето искать способ добыть очередные пять сотен, но, надеюсь, банк не откажет в кредите будущему магу. В случае чего, наймусь телохранителем, благо теперь, когда у меня на плече красуется наемническая татушка и двухзначная циферка под ней, никто в моей компетентности сомневаться не станет.

Вдруг по ушам резанул дикий свист, будто пуля пролетела в сантиметре от виска, или комар размером с овчарку, резвиться неподалеку.

– Не потеряй кулон, - еле слышно прозвучал шепот эльфа.
– Однажды он решит твою судьбу.

– Что ты...
– обернулся я к Ушастому и время застыло.

Я медленно опускал взгляд с сильно постаревшего лица, испещренный морщинами, на его грудь, где из сердца торчало каменное копье.

– Ушастый!
– крикнул я и схватил немощного старика, некогда бывшего мне другом.

На мой крик обернулись и другие, по улице прогремел звон от упавших на мостовую мешков полных железа.

– Демоны!

– Твою мать, Ройс доставай зелье, Самбер давай бинты. Руст не стой столбом, выставь щит, маг стрелял с крыши.

– Нет зелий все разбиты!

– Б..! Вытаскиваете все из мешков, будем вязать носилки, - Руст и Принц не колеблясь ни секунды бросились выполнять приказание, на землю посыпались доспехи и оружие, шлемы и поножи. Пило подошел к мне и вместе мы аккуратно уложили постаревшего друга.
– Ты главное глаза не закрывай, мы еще поборемся, слышишь, поборемся, демоны всех задери!

Голос Младшего предательски дрожал, а я отказывался принимать происходящее. Эльф старел на глазах, его кожа серела, взгляд туманился, руки истончались, а кожа морщилась и покрывалась морщинами.

– Не... хочу ..так, - прохрипело друг.
– Позови их, хочу... увидеть лица...

– Щуплый, Принц, идите сюда, - безжизненным голос приказал Пило.

Ребята подошли и опустились на колени перед умирающим другом. Руст побледнел, а по щекам Константина катились слезы. Он единственный плакал лицом, и все мы рыдали душой.

– Да...
– вздохнул Ушастый, превратившийся в сморщенного старика.
– Так лучше... Вы не забывайте... Еще свидимся... Надеюсь... не скоро.

Эльф погиб у меня на руках, он обратился в изумрудное пламя, которое не обжигало, а согревало. Огонь спиралью поднимался в небо и когда пламя почти исчезло, то на миг осветило юного маша, распластавшегося на крыше. Его застекленевшие глаза смотрели прямо на нас, а изо рта текла тонкая струйка крови. Нимиец из последних сил запустил базовое боевое заклинание школы земли и забрал с собой одного из нас. Подул ветер, принеся с собой далекий шепот.

– Падет святая крепость сжигаемая пламенем войны, а умирающий герой каменною стрелой пронзит прогнившее сердце пронзающего время.

С этим наступила тишина, и лишь что-то со звоном оборвалось в глубине души.

*(п.а.
– Шоудаун - стадия в покере, когда игроки открывают свои "руки")

Звезды мерцали, миллиарды небесных огней, похожие на рождественскую гирлянду. Далекие, таинственные ночные светила, разбросанные в хаосе по всему небосклону. Но разумным не родно чувство беспорядка, они не видят изящности в хаосе, не видят красоты за шорами несоответствия, разумные стремятся упорядочить всё с чем имеют дело. Звезды они объединяют в созвездия, системы в галактики, галактики во вселенную, и так до бесконечности, пока не кончиться матрешка, а как снимут последнюю куклу, пару тысячелетий поломают голову и снова продолжат все систематизировать.

Мерно трещало пламя костра, освещая храпящего в обнимку с бутылкой Принца. Руст, с повязкой на глазу, прислонившись к дереву, что-то бормотал. Старший, не в пример остальным, где-то раздобыл одеяло и теперь посапывает в позе эмбриона. На ногах остались лишь я да Пило. Младший сидел с деревянной кружкой, в которой плескалось крепленое вино, настойка у нас кончилась сегодня утром, или вчера. Пьем мы, вернее отмечаем, уже второй день.

Когда вернулись в лагерь, то сразу отправили Вестника за Старшим, он примчался уже через час, оставив за главного одно из своих генералов. Сперва распределили добычу, долю Ушастого отправили в общак. В общем, по деньгам выходило прилично, и у меня на счету теперь четыреста восемьдесят золотых. И все было бы просто замечательно, если бы не смерть друга. Нет, я не винил ни себя, за то что не среагировал на выпущенное заклинание, хотя если бы оставался на стороже, смог бы его отбить. Не винил я и того мага, который уже стоя на грани забрал с собой врага, это поистине достойный поступок. Не винил и Ушастого, оказавшегося прорицателем. На Ангадоре существует поверье, быль, а может и легенда, что при рождении пронзающий время видит свою смерть, и это становиться его первым предсказанием, но оно не предназначено для ушей смертных, ведь младенец не умеет говорить. Прорицание просто вплетается в полотно судьбы и формирует жизнь провидца, а после смерти предсказание выпадает из русла времени, его мы и услышали.

Эльф не знал когда он умрет, но чувствовал, не мог не чувствовать, хоть и продолжал улыбаться и строить из себя невесть что. Почему он так поступил? Может устал жить, может не хотел вмешиваться в естественный ход событий, а может и знал что-то что уже не узнает никто из ныне живущих, да и после тоже.

– А ты знаешь, глупо оно все вышло, - протянул Пило.

Я запрокинул голову и уставился на огромный полумесяц. Наверно он прав. Действительно глупо. Сначала мы помянули павших, потом праздновали победу, но ведь победа не наша. Победили имперцы, проиграли нимийцы, а мы просто наемники, без долга, без чести, без веры и принципов, нам платят мы убиваем, нам не платят, но мы все равно убиваем, потому что всегда найдется тот, кто заплатит. Я убегал от участи Тени, от Шрама и Плаща, убегал и от Добряка, но в сухом остатке я метался по кругу, цепляясь за тускнеющие с каждым днем учения Земли.

Убеждая себя, что война это не бездумное убийство за деньги, я забыл саму суть, закрыв её шорами предубеждений. Я поступил точно так же как и большинство разумных, прикрыв хаос иллюзией порядка.

– Наверно ты прав. Кстати, а сколько ему лет-то то было?

Пило задумался. Ушастый никогда не распространялся о своем возрасте, но смерть расставила точки над i. Природа дает эльфам вечную молодость и почти бесконечную жизнь, они не стареет до двух тысяч лет, а если верить в молве то в Предвечной Роще, сидят Владыки, седые старцы которым уже больше десяти, а то и пятнадцати тысяч. У меня в голове не укладываются такие сроки, что же за существами они должны быть если за плечами столько жизненного опыта. Какие мысли занимает их голову, о чем они мечтают и чего желают, или они уже настолько сильно породнились с миром, что не отделят себя от него, живут как живется, наблюдая за тем как день сменяет неделя, месяц, год. Впрочем, так живут многие из тех чья жизнь ограничена веком, а то и меньше.

Но жнец, несущий за спиной мешок душ, не терпит обмана, он раскрывает хитрость природы и обнажает истинное лицо всех "бессмертных". Ушастый обернулся глубоким старцем, а значит так оно и было.

– Не знаю, - покачал головой Пило.
– Может триста, а может и больше. Для нас, конечно, безумно много, но для древолюбов только-только из подросткового возраста вышел.

Надо же, а я думал поменьше будет, но озвучивать это мнение я не стал. За спиной раздался шорох приминаемой травы, но ни один из нас не обернулся, вряд ли это враг.

– Господин Ройс?
– прозвучал чуть хрипящий голос.

Пришлось оборачиваться. На поляне стоял некто с широкополой шляпой и длинным плащом, скрывающим все тело.

– Я слушаю вас, - кивнул я.

– Мы отправляемся через час. Начальник попросил вас не задерживаться, ждать не будем.

Вестник откланялся и исчез во тьме. Еще вчера я договорился с их главным, и тот за пять золотых согласился принять меня в свой отряд и сопроводить до границ Империи. Все же возвращаться одному не хотелось, да и опасно это. А так буду праздно валяться в дилижансе и ждать пока не прибудем к Борсу. Понятное дело через Харпуд мы не попремся, а поедем в обход, но если слухи о Вестниках правдивы хотя бы на половину, то до цели мы доберемся максимум дней через десять.