Чтение онлайн

Губ министра коснулась улыбка, и вместе с тем звякнул её браслет, оповещая о пришедшем сообщении. Она виновато глянула на Рея, но тот лишь выпустил её из своих объятий, и первым поднялся на ноги, протянув ей руку.

— Я буду ждать вас, госпожа, — прошептал тот, а Лотта хотела возразить, мол, вылетать-то ей только через неделю. Но потом она пробежалась по первым строками сообщения от господина Рика. Парламент перенёс дату её вылета на… завтра.

Грэг как-то упоминал, что нинханцы обладают великолепной интуицией, и Лотта не раз в этом убедилась за эти восемь лет, поэтому ничуть не удивилась тому, почему Рей простился с ней так рано. Они не увидятся еще четыре месяца, был повод.

Леди вскинула взгляд на наложника и протяжно вздохнула, прикоснувшись рукой к его щеке.

— Мне пора, — сообщила, едва разлепив губы, и была такова. Времени осталось в обрез, а дел ещё очень много.

Рей бесшумно запахнулся в свою кандуру и направился в другую сторону.

Ну как же так…?

***

Господин Рик сказал, что заявку в Ратушу он отправил ещё вчера вечером, а сегодня пришёл ответ о том, что Коурга готова принять министра и троих ее омег. Домоуправленец так же отметил, что это Тейка пришёл к нему и попросил провернуть это дело, чтобы Лотта уже всем этим не озадачивалась. И как никогда вовремя — до отлёта осталось шестнадцать часов, и заниматься всем этим просто бы не осталось ни сил, ни времени.

Министр покинула кабинет секретаря и протяжно выдохнула, взглянув на вызванную голограмму часов. Секунды неумолимо бежали вперёд, и леди побежала вместе с ними, намереваясь во что бы то ни стало навестить Олли, последнего из своих омег, которого она не проведала по прилёту. Какая ирония — сейчас она спешит вновь с ним проститься. Губ коснулась печальная улыбка, а по боку захлопала кожаная сумка-чехол с привезенными из командировки кистями. Лотта иногда думала о том, что эти подарки являются своеобразным извинением за ее слишком высокие амбиции, ради которых приходится жертвовать временем, предназначенным для ее омег. Но кто ее в этом упрекнет? Каждый в доме Арканы прекрасно понимает, откуда берется еда и одежда, деньги на обучение и обустройство поместья. А сама Лотта хорошо знала, откуда она выцарапает свободу для своих возлюбленных. Ничего сложного, просто нужно уметь расставлять приоритеты.

А пока министр должна наведаться к однорогому рабу с планеты Саха и отдать его воле все свои мысли и чувства. Будучи эмпатом, Олли без труда распознает гнев, клокочущий в Лотте, ее раздражение и негодование, но вместе с тем — безграничную любовь, которую она несла для него одного, она плескалась через край горячей лавой. Леди никогда не занималась с ним сексом, она просто приносила ему свои эмоции, и этого было более чем достаточно. Были касания, были поцелуи, были объятия до самого утра, но грань никогда никто из них не переходил. Лотта знала, что в этом не было ничего сверхстранного, ведь любовь не всегда должна быть совокуплена со стонами и хрипами, шлепающимися друг о друга телами и пьяными от страсти взглядами. В случае с Олли достаточно было эмоций, горячих и глубоких, как пустыни Сахи. И это было еще одним чудом дома Арканы.

Альфа остановилась у запертых створок, потопталась немного, а потом нажала на сенсорную панель, давая знать о своем приходе, и двери бесшумно разъехались в сторону. Сразу запахло краской, тканью и лаком. Лотта вдохнула в себя эти ароматы, на мгновение прикрыв глаза, а потом глянула на ряды холстов, прикрытые легкой тканью, на разбросанные тут и там баночки с красками, немытые палитры, замоченные в растворителе кисти. Подняв взгляд, заметила и самого хозяина кавардака, колдующего над очередной картиной. Рука так и летала над поверхностью будущего шедевра, а сердце Лотты наполнилось теплотой, которую тут же приметил сахарец, подняв однорогую голову.

— Госпожа, — одними губами прошептал он, а потом широко улыбнулся, порываясь к ней подойти, на что министр мотнула головой и так же почти беззвучно произнесла: «Не отвлекайся», и приткнулась в углу, где ворохом были накидано великое множество подушек. Она подождет, видит же, что отрываться от своего занятия наложник не слишком-то и хотел. Сосредоточилась на собственном мысленном посыле, кода вложила всю свою любовь, тягость разлуки и радость от встречи. Министр прислонилась головой к стене и широко улыбнулась, закрыв глаза.

Уже к вечеру, скоро начнет темнеть, а ей бы еще позаботиться о завтрашнем вылете, проведать Арти и попросить доктора Неццу, чтоб сопроводил атлантина на борт и проследил за состоянием его здоровья. Не напрягать бы его в намечающуюся течку, но по-другому никак, уж лучше быть рядом с ним, нежели думать во время заседаний о том, как омега жаждет ее тепла. Коул и Нико взрослые, привыкшие, а вот Самарт до сих пор никак не привыкнет к циклам без нее. В этот раз все будет иначе, уж Лотта позаботится. Ее сердце зажглось пламенем, а Олли чуть поводил плечами — почувствовал, заулыбался.

Аркана запрещала себе думать о том, насколько тяжело ему было тогда, на его родной планете, когда беспарные альфы насиловали его каждый день. Олли ощущал их похоть, их злобу, их жажду искалечить податливое тело, и это приносило ему двойную боль, схожую только с пронзенным тело насквозь ударом молнии. Лотта каждый раз закусывала губу и отгоняла подобные мысли, ведь знала, что вместе с этим и ее драгоценный омега чувствует ее страх, который пробуждает пагубные воспоминания. Поэтому леди перевела взгляд на окно, задумавшись над тем, что Олли последний из омег на сегодня, не считая Тэйки, которого нужно хорошенько отблагодарить за его старания. Она фыркнула, и Олли вместе с ней расслабился, продолжая рисовать. Еще она хотела заглянуть в лазарет и решить вопрос с Тэммой, ведь если его течка совпадет с ее командировкой, министр возьмет его с собой. Не за тем, чтобы совокупиться, а за тем, чтобы показать ему новые горизонты. Цикл — только повод, вот и вся штука.

— Вы опечалены чем-то, госпожа? — вдруг спросил Олли, не отрываясь от своего занятия.

— Все-таки приметил? — хмыкнула Лотта. Она ведь так хотела замаскировать свое негодование по поводу перенесенного вылета. — Я улетаю на Коургу, — министр дернула плечом, чуть отвернувшись. — И Парламент перенес отбытие на завтра. Плазмопровод, что б его, — вздохнула Аркана и вновь посмотрела на невольника. На сей раз и он обратил на нее свой единственный глаз. — Но я решила, что возьму с собой кое-кого, чтобы не пропускать периоды течки, — проговорила Лотта, чуть зачарованно глядя в сияющий серый глаз. Он отливал нагретым на солнце серебром.

— Поэтому вы так счастливы, — кивнул Олли, отложив кисть и сцепив руки в замок. — Дом неспокоен, — вдруг произнес он и тяжко вздохнул, а леди нахмурилась.

— В каком это смысле?

— Я слышу не только ваши опасения, — печально сообщил омега, сделав шаг навстречу. — Все чем-то обеспокоены. Не сознательно — интуитивно. Будто бы что-то надвигается, что-то большое и важное.

— Ты тоже думаешь, что мне лучше остаться? — нервно усмехнулась Лотта, припоминая недавний разговор с Реем. Невольник буквально молил о том, чтобы она никуда завтра не летела.

— Нет, — помотал головой Олли. — Я просто хочу, чтобы вы были осторожней.

— Говоришь прямо как Тэйка, — проворчала Лотта, лениво наблюдая за тем, как невольник движется в ее сторону, медленно, будто чего-то страшился. Тяжко вздохнула, но все-таки заставила себя улыбнуться, и сердце ее расцвело красками чувств. Что бы там ни надвигалось, но это время сейчас только их, поэтому тратить его на предостережения она не хотела.

Олли, безошибочно угадав ее настроение, неодобрительно покачал головой, но тоже заулыбался, опустившись перед ней на колени. Первым потянулся рукой к ее лицу и ласково огладил щеку, на которой красовались черные пятна опознавательных тату. Лотта зажмурилась, ласкаясь об его ладонь, и вслушивалась в мерное дыхание невольника.