Чтение онлайн

— Клянусь, я взял вас с собой, девочки, чтобы немного развлечься… — читай: втянуть в неприятности. — А все, что вы делаете, это пьете спиртное и тусуетесь с придурками.

Аннабель прикрывает рот и хихикает, как сумасшедшая.

— Да, это смешно, — говорю я.

Мы проталкиваемся сквозь тела, пока я не вижу Блу. Там, где он танцует, еще больше людей, и нам троим будет трудно добраться до него. Поворачиваюсь лицом к девушкам.

— Не. Двигайтесь.

Аннабель обхватывает руками покачивающуюся Чарли, кивает с серьезным лицом, а потом разражается смехом.

Я закатываю глаза и смотрю в сторону Блу. Когда подхожу ближе, мне приходится закусить костяшки пальцев, чтобы не закричать. Блу так сильно прижимается к девушке, что я почти ожидаю увидеть одежду, лежащую у их ног. Однако меня бесит не это.

Люди жалуются, когда я отталкиваю их с дороги и оттаскиваю Валери от Блу.

— Иди, связывайся с кем-нибудь другим, Рыжая.

— Чувак — протягивает Блу.

Я поворачиваюсь и смотрю на него и его пьяное лицо.

— Серьезно, Блу? Ты был трезв минут пятнадцать назад.

— Меня это как-то задело, — смеется парень, а затем пытается пройти мимо меня к Валери, которая занята тем, что поправляет свой топ.

— Рыжая, проваливай, — говорю я. — Блу, пойдем со мной.

Полузакрытые глаза Блу широко распахиваются.

— Я знал, что ты так скажешь, — он показывает на Валери. — Ты — рыжая… а я — синий13. Мы оба на цветовом круге, — и он ревет от смеха.

— О'кей, замечательно. — Я хватаю его за плечи и толкаю к Аннабель и Чарли несмотря на то, что парень еле волочит ноги и зовет свою рыжую.

Выйдя из клуба, я ловлю такси и ухитряюсь затащить трех пьяниц внутрь. Они сидят плечом к плечу на заднем сиденье. Пока мы возвращаемся в отель, ребята то переговариваются друг с другом, то замолкают. И так продолжается без остановки.

— Чарли, Чарли, — бормочет Блу. — Прости, что толкнул того парня. Ты же знаешь, это только потому, что мне не все равно. Это потому что…

Аннабель наклоняется вперед.

— А как же я? Ты бы сделал это для меня? Тебе на меня наплевать. Тебе все равно.

— Я забочусь о тебе, — говорит Чарли, ее глаза полностью закрыты.

— Я забочусь о тебе, Аннабель, — кричит Блу. — Ты же знаешь. Это просто сносит крышу, — он изображает, как что-то взрывается у него в голове, и Аннабель со смехом падает к нему на колени. — Данте, — говорит Блу, как будто у него возникла блестящая идея, — давай возьмем картошку фри. У них здесь есть картошка фри?

— Картофель фри! — Чарли поднимает кулак в воздух и ударяется о крышу кабины.

Таксист обреченно смотрит на меня, как будто видел это миллион раз и наконец, смирился со своей судьбой.

— Все заткнулись, — говорю я.

Аннабель прикрывает рот рукой, чтобы не рассмеяться, и кладет голову на плечо Блу. Он, в свою очередь, прислоняется головой к окну, а Чарли кладет голову на плечо Аннабель. Они похожи на упавшие костяшки домино. Или павших солдат. А может, просто на пьяных ослов. В тандеме ребята закрывают глаза и засыпают.

Мы едем в тишине в течение шести милосердных минут, прежде чем Чарли просыпается.

— Где мы находимся?

Я поворачиваюсь к ней и прикладываю палец к губам, но уже слишком поздно. Аннабель поднимает голову.

— О, Боже мой! Огни такие красивые.

— По-моему, они уродливые, — говорит Блу, даже не открывая глаз.

Лицо Аннабель сморщивается, как будто она собирается заплакать, и Чарли заключает ее в объятия.

Я делаю глубокий вдох и смотрю на таксиста.

— Я заплачу вам вдвое больше, если вы доставите нас туда за две минуты.

Мужчина кивает и жмет на газ. Уверен, что он хочет, чтобы мы вышли из его такси так же сильно, как и я. Ровно через две минуты мы подъезжаем к отелю «Ви». Блу и Аннабель поют во все горло, пока едут на лифте и идут по коридору в свои номера. Другие постояльцы отеля высовывают головы в коридор и машут кулаками, хотя я понятия не имею почему. Это же Лас-Вегас, черт возьми. Поэтому я делаю великодушную вещь — показываю им два средних пальца. Мой скромный подарок в эту славную ночь.

После того как в сотый раз говорю Аннабель и Блу, что мы не собираемся устраивать вечеринку в казино и благополучно доставляю их в их номера, я переключаю свое внимание на Чарли. Она прислоняется к стене и наклоняет голову к зеркалу в черной раме.

— Я устала. Я не хочу вечеринку.

Прикусываю нижнюю губу, чтобы не рассмеяться, и иду к ней.

— Я знаю, что не хочешь, милая. Давай мы тебя доставим к твоей кровати.

Чарли кивает так, что ее шея кажется сделанной из желе, а не из кожи и костей. Я обнимаю ее за талию и поддерживаю, отпирая дверь. Как только дверь открывается, девушка вбегает внутрь и падает лицом вниз на кровать. Ее голова с глухим стуком падает на груду подушек.

— Чувствуется. Так. Хорошо, — говорит она в подушки приглушенным голосом.

Я пересекаю комнату и снимаю с нее туфли на высоких каблуках. Затем подхожу к кровати и снимаю с нее серьги, стараясь не причинить ей боли. Первый раз, когда раздеваю девушку без грязных мыслей.

— Чарли, тебе надо перевернуться.

— Но зачем? — она все еще лежит, уткнувшись лицом в подушки, и я с трудом понимаю ее.

— Потому что ты сейчас заснешь и задохнешься.

Просовываю руки под нее и баюкаю в своих объятиях. На мгновение прижимаю девушку к себе, ее голова покоится у меня на груди. Чарли стонет, и я укладываю ее на спину. Она сворачивается клубочком на боку. Хватаю пушистое белое одеяло с кровати и натягиваю на нее. Затем беру из ванной стакан воды и ставлю его на тумбочку, чтобы она могла до него дотянуться.

А потом я пристально смотрю на нее.

Я просто стою и смотрю на нее, как какой-то идиот.

Дыхание девушки уже замедлилось, и каждые несколько секунд ее губы шевелятся, как будто она говорит во сне. Зная Чарли, вероятно, так и есть. И у человека с кем она разговаривает нет ни малейшего шанса вставить хоть слово.

Прядь волос Чарли падает ей на лицо, и я пытаюсь откинуть ее назад. Когда моя рука касается ее недавно гладкой щеки, она резко открывает глаза. Девушка обхватывает пальцами мое запястье, и ее большие синие глаза не отрываются от моего лица.

— Данте? — она произносит мое имя так тихо, что я почти не узнаю его.

Я сажусь на край кровати и жду, когда она закончит.

Ее рот приоткрывается, но глаза крепко зажмурены.

— Можешь поцеловать меня, если хочешь.

Каждый мускул в моем теле напрягается. Я ошеломленно молчу. Не могу поверить в то, что Чарли только что сказала, но, возможно, должен. Не то чтобы девчонка отталкивала меня в последние дни, и она сказала мне в клубе, что думает, что у меня «доброе сердце». Но почему-то это по-прежнему кажется сюрреалистичным. Я должен был увидеть знаки. Должен был догадаться, что это произойдет. Глаза Чарли остаются закрытыми, и я не уверен, заснула ли она или ждет моего ответа.