Чтение онлайн

А потом я слышу ее.

Чарли всхлипывает, и мне приходится приложить все усилия, чтобы не броситься вперед. Прислушиваясь, я замечаю, что ее голос звучит приглушенно, как, будто ей что-то засунули в рот. Продолжаю красться, убедившись, что остался позади коллектора передо мной. Каждые несколько секунд оглядываюсь по сторонам. Я все еще не уверен, что здесь есть только один коллектор, и не хочу быть застигнутым врасплох. Когда наконец вижу Чарли, то замираю.

Она стоит ко мне спиной, а ее руки связаны за деревом. Она все еще одета в свое красное платье, но ее ангельские крылья отсутствуют. Все во мне хочет броситься к ней, развязать ей руки и заключить ее в свои объятия. Ярость горит в моих венах.

Подхожу ближе, вынимая пистолет из-за пояса. Незнание того, кто сделал это с ней, сводит меня с ума. Мне нужно увидеть его лицо, нужно знать, кого я уничтожу сегодня ночью. И тогда я наконец вижу.

Один из моих коллекторов, Кинкейд, скидывает свою тень и оглядывается. Ему все еще кажется, что он что-то слышал.

«Это я, придурок. И я наблюдаю за тобой. Прямо. Сейчас».

Кинкейд — новенький коллектор. Младше меня и тот, кого я тренировал всего несколько месяцев назад. Из всех коллекторов он был самым наивным, наиболее склонным к подобным трюкам. Могу только представить, как он думает, как легко было бы превзойти меня, когда я учил его, как запечатать душу. Держу пари, что в ту же секунду, как он услышал о моем назначении, он обслюнявился. Придурок просто знал, что я все испорчу, и он ждал, когда это произойдет.

Самоуверенный ублюдок.

Он не знает, с кем связался.

Я готовлюсь броситься к нему, но останавливаюсь, когда вижу блеск хрома между его ремнем и темными джинсами. Неважно. Я все равно возьму этого парня, просто это произойдет в подходящий момент.

Кинкейд, наконец, решает, что за ним никто не наблюдает, и присаживается на корточки рядом с Чарли. Он вытаскивает тряпку из ее рта и быстро кладет ее на место.

— Я знаю, ты хочешь кричать, тыковка, — воркует он. — И я тебе это позволю. Знаешь почему? — он делает паузу, словно давая Чарли время подумать. — Потому что если твой парень где-то там прячется, он прибежит, как только услышит твой крик. И это именно то, чего я хочу.

Кинкейд сидит на корточках, так что я могу видеть его профиль. Мне просто нужно, чтобы он еще немного повернулся к Чарли и отвернулся от меня. Это все, что мне нужно. Один момент неожиданности для атаки. Он медленно убирает пальцы ото рта Чарли.

Встает.

— Давай, — говорит он. — Кричи.

Но Чарли этого не делает. Она не сводит с него глаз, стиснув зубы.

Кинкейд снова наклоняется.

— Думаешь, что спасаешь его? Не-а. Даже если он не придет сюда сегодня вечером, я найду его. И я убью его, — он улыбается и проводит рукой по подбородку. — Видишь ли, Данте считает себя крутым говнюком. Но один на один у него нет никакого шанса.

Последнее утверждение мне на руку. Он здесь один. Он так уверен в своей способности разрушить меня и мое задание. Но что еще он знает? Он знает о Трельваторе? И если он пройдет через меня, попытается ли он забрать душу Чарли? И что еще хуже, убьет ли он ее?

Кинкейд отдергивает ногу и сильно пинает Чарли в ребра.

— Я сказал, кричи!

Кинкейд, вероятно, планирует спрятаться теперь, когда она закричала, чтобы подождать и посмотреть, не приближусь ли я. Но этого не произойдет, потому что я уже здесь. Я подумываю над тем, чтобы надрать ему задницу, но он слишком близко к Чарли. Слишком близко. Ярость переполняет мое тело…

И я бегу.

Бегу быстро, двигаясь так, как никогда раньше. Я как животное, мчащееся к нему. Услышав, как Чарли кричит от боли, я теряю голову, как будто щелкают выключателем, который удаляет все рациональные мысли. Когда я приближаюсь к Кинкейду, мне кажется, что я даже не внутри своего собственного тела, как будто я контролирую свои движения с помощью джойстика в видеоигре.

Кинкейд оборачивается, чтобы посмотреть на меня, но я подпрыгиваю прежде, чем он успевает среагировать. Мое тело врезается в его, и мы тяжело приземляемся на землю. Пистолет вылетает из моей руки, но это не имеет значения. У меня есть коечто другое. Я отвожу кулак назад и врезаю ему по носу. Он кричит и нащупывает свой пистолет. Я хватаю его за плечи и толкаю обратно вниз, нанося еще один удар в почку.

Каким-то образом он вылезает из-под меня и вскакивает на ноги. Мы кружим друг вокруг друга, как звери, как демоны. Кинкейд притворяется, будто собирается броситься на меня справа, потом поворачивается и бьет слева. Мы снова падаем на землю, и я снова бью его кулаками по лицу. И в живот. И его плечо. И поскольку я вдруг вспоминаю, как он пинал Чарли, как собака, я отступаю назад и посылаю удар, врезающийся в его ребра. Он стонет, но не прекращает бороться.

Руки Кинкейда взлетают вверх, и он обхватывает ими мое горло. Это хороший ход, потому что у меня нет другого выбора, кроме как перестать бить его и начать защищаться. Я хватаю его за запястья и дергаю изо всех сил, но он полон решимости задушить меня до смерти. Мои легкие горят, и я чувствую, что если немедленно не вдохну, то потеряю сознание. Я не могу понять, как это случилось. Как будто несмотря на то, что я на вершине, он какимто образом выигрывает этот бой. Перед глазами все расплывается, и я украдкой бросаю взгляд на Чарли. Она чтото кричит, но я не могу разобрать, что именно, потому что думаю только о том, что не могу дышать.

«Я не могу дышать!»

Вскакиваю на ноги, пытаясь оторвать руки Кинкейда от своего горла. Но он повторяет мои движения, как долбанная анаконда. Наконец я выпрямляюсь, и мои колени начинают подгибаться подо мной.

«Мне просто нужно убрать его руки с моего горла, — думаю я. — Только убрать их!»

И тут, хотя мои мысли уже начинают путаться, я кое-что понимаю. У меня есть выбор. Удушье заставляет меня думать, что единственное, что я могу сделать, это играть в обороне. Это ложное предположение.

Отпускаю его запястья и бью коленом в пах. Он сворачивается калачиком и стонет. Рывком перевернув его на бок, выхватываю пистолет из его штанов и направляю его ему в грудь.

Кинкейд пытается заговорить, но его слова звучат слишком тихо, и я не слышу его. Я слышу, как Чарли выкрикивает мое имя. Понимаю, что она кричала все это время, и я никогда не слышал этого. Держа Кинкейда на прицеле, бегу к Чарли. Когда начинаю развязывать ее, то слышу, как Кинкейд бормочет что-то снова и снова.

Чарли освобождается и ныряет в мои объятия.

— Ты в порядке. Все будет в порядке. Я с тобой. Я никогда больше не позволю, чтобы с тобой случилось что-то плохое, — Чарли молчит и просто прижимается ко мне, и я обнимаю ее. — Тебе больно?

Она качает головой, и я провожу свободной рукой по ее волосам. Потом снова смотрю на Кинкейда. Нужно решить, что с ним делать. Оторвать ему манжету? Всадить в него пулю, чтобы мы успели убежать? Я знаю, что не могу оставить его здесь, чтобы он следовал за нами, но я не хочу принимать поспешное решение. Я должен просчитать каждый свой шаг с тем временем, которое у меня осталось, дать Валери шанс спрятать Чарли.

Кинкейд ползает по земле, как жук, и наблюдает за нами. Он без остановки бормочет что то, но уже громче.

— Ты хочешь что-то сказать? — рявкаю я, вставая и таща Чарли за собой. — Давай, — кричу я, подпитываясь адреналином. — Теперь с тобой покончено. Так или иначе, ты мертв. Так что вперед. Хочешь что-нибудь сказать? Скажи это!

Он улыбается мне, его зубы насквозь пропитаны кровью.

— Я сказал, — он облизывает губы и набирает полную грудь воздуха, словно собирается закричать. — Он здесь! Он здесь!