Чтение онлайн

Я вскидываю голову в поисках того, кого он зовет. Когда он снова кричит, я поднимаю пистолет в его сторону.

— Заткнись. Хватит орать, — я подумываю нажать на курок, но теперь боюсь, что мне могут понадобиться шесть патронов, которые есть в этом пистолете. Обыскав землю, я нахожу свой Глок и хватаю его тоже. Двенадцать раундов. Теперь у меня, возможно, есть лишний для этого придурка.

— Данте, смотри, — кричит Чарли.

Кинкейд оборачивается и оглядывается. Когда он снова поворачивается ко мне, то уже отрывается от земли.

— А ты думал, что я один? — он смеется, потом кашляет. Мой палец дергается на спусковом крючке. — Ты ведь так и думал, верно? Чувак, как ты думаешь, насколько я глуп? Я был всего лишь приманкой, детка.

Я встаю перед Чарли, когда вижу, что последние три коллектора, Патрик, Зак и Энтони подходят к нам сзади. Зак и Патрик держатся позади, но Энтони наставляет пистолет на Макса и Валери. Два моих товарища идут перед огромным телом Энтони, как два заключенных. Когда Макс подходит ближе, я замечаю глубокую рану на его щеке, вероятно, полученную от борьбы, чтобы они не трогали Валери.

Моя кровь стынет в жилах, когда я протягиваю руку за спину и нащупываю Чарли. Хреново.

Кинкейд кивает в сторону Энтони, но обращается ко мне.

— Можешь убрать оружие, — говорит он. — Если только ты не хочешь, чтобы мы проделали дыры в твоих друзьях.

— Я убью его, — говорю я Энтони, тыча пистолетом в правую руку в направлении Кинкейда. Но я уже знаю, что он скажет.

Энтони пожимает плечами, словно читает мои мысли.

— Так сделай это.

Кинкейд кланяется.

— Если понадобится, я буду жертвенным агнцем, — говорит он, снова выпрямляясь. — Но это же круто. Ты не убьешь меня. Мы бессмертны, придурок. Но как только ты нажмешь на курок, Энтони нажмет на свой, — он вытирает кровь из-под носа. — Бросай пистолеты и пинай их сюда, или мы убьем девочек.

Я знаю, что они блефуют. Они не могут знать, что Валери — освободитель, не с таким количеством других наручников поблизости, и они не рискнут убить человека. И я не уверен, что они причинят вред Чарли. По крайней мере, не забрав сначала ее душу. И все же я не могу рисковать. Поэтому я делаю то, что он просит.

«У меня будет еще один шанс вытащить всех отсюда», — говорю я себе.

— Отлично, мы все здесь, — говорю я, когда Кинкейд берет один пистолет и засовывает его за пояс, затем хватает другой и направляет его в мою сторону. — Так какой у нас план? — продолжаю я. — Ты следишь за мной уже несколько дней. Так какого черта ты хочешь?

— Я не следил за тобой, — выплевывает Кинкейд. — С какой стати мне следовать за тобой?

Я прищуриваюсь и смотрю на него.

— Но я чувствовал тебя, — я бросаю взгляд на всех четверых. — Или, по крайней мере, одного из вас.

— Я уже говорил тебе, красавчик. Это был не я, — он бросает взгляд на остальных трех коллекторов. — Неужели это были вы, ребята?

Три осла качают головами и ухмыляются, как злодеи в ковбойском фильме.

Кинкейд снова поворачивается ко мне.

— Знаешь, если подумать, я знаю того, кто следил за тобой.

Коллекторы смеются и отходят назад, как будто приближается что-то большое. Я сужаю глаза, вглядываясь в глубину леса через их плечи, и задыхаюсь, когда вижу того, кто выходит из тени.

К нам приближается мужчина с высоко поднятой головой и расправленными плечами. Его темные волосы коротко подстрижены, а одежда свежая и чистая. Каждое его движение, каждый наклон головы кричат о военном положении.

— Ты! — я бросаюсь к мужчине, но Кинкейд опережает меня и бьет пистолетом по лицу.

Ослепляющая боль пронзает мое тело, когда Чарли вскрикивает. Зрение затуманивается, но когда я поднимаю взгляд от Земли, он все еще там.

Парень моей матери.

Глава 51

Тишина

Ублюдок останавливается в нескольких футах от меня. Он роется в кармане, достает монету, подбрасывает ее в воздух и ловит. Затем держит ее между указательным и большим пальцами.

— Тебе нравится моя монета? — спрашивает он.

Его голос глубокий, и каждое слово, которое он произносит, отрывисто, как будто его самый большой страх — это говорить невнятно.

Я подтягиваюсь, стискивая зубы от боли, и пристальнее смотрю на монету, которую он держит. Сжимаю кулаки, когда вижу, что это мой пенни, который дал мне отец. Тот, который я оставил в доме моей матери.

— А как насчет этого? — он поворачивает ногу в сторону, и я замечаю свои красные кроссовки на его узловатых ступнях. — Они немного великоваты, но ничего страшного, — мужчина медленно вращается по кругу, широко раскинув руки. — Я собирался устроить грандиозный выход. Как думаешь, я справился? — он кладет руку себе на грудь. — Меня зовут Ректор, и я здесь, чтобы закончить твое задание.

— Ты — ублюдок, — рычу я.

— Нет, — говорит он, поднимая палец. — Пока нет, но я вернусь за твоей мамой позже, — он улыбается и опускает голову на бок. — Только подумай, однажды я мог бы стать твоим папой.

Я бросаюсь на него, но Макс хватает меня и удерживает. Он с трудом удерживает меня на месте, пока Чарли и Валери не хватаются за меня тоже. Я отмахиваюсь от них и замираю. Равномерно, как только могу, я говорю.

— Слушай меня внимательно, Ректор. Я убью тебя. Я покончу с твоей жизнью.

Он снова подбрасывает монету моего отца и холодно говорит.

— Сомневаюсь. У меня так много дел, что я просто не успеваю умереть, — он засовывает мою монету в карман. — Ты знаешь, что я умер всего несколько недель назад? — Ректор смотрит на меня, ища ответ на моем лице. — Нет, конечно, не знаешь. Так много демонов внизу сражаются за то, чтобы стать коллектором.

Чувствую, как мои глаза расширяются, и у меня перехватывает дыхание.

— Этого не может быть.

— О, может, — Ректор поднимает штанину и обнажает золотую манжету.

— Седьмая манжета.

— Лжец, — рычу я. — Их всего шесть.

Он отрицательно качает головой.

— Боюсь, тебя ввели в заблуждение. Шесть предназначены для коллекторов. Но последняя, седьмая, предназначена для самого Босса.

Мое сердце перестает биться. Седьмая манжета? Это невозможно. Я бы знал. Босс сказал бы мне об этом. Я был его правой рукой. Он никогда ничего от меня не скрывал.