Чтение онлайн

– Пошли домой! – приняв нелёгкое решение, отмахиваясь от собственных сомнений, скомандовал медведям, и взял сумку с одеждой Айны.

Её медведю это совсем не понравилось, он оскалил зубы, негромко рявкнув на Юкаса, и вцепился зубами в сумку хозяйки.

– Тихо, тихо! – притопнул ногой Юкас, но тут же понял, что этот медведь его никогда не послушается.

Тем не менее, он попытался ещё раз, убедительно сказав, глядя в глаза мишке:

– Она знала, до какого времени должна вернуться. Нам не стоит её ждать.

Медведь Айны категорически отказывался подчиняться. Старый медведь без возражений поднялся с земли и готов был опуститься на передние лапы, чтобы Юкас залез на его спину.

– Чёрт! – поморщился Юкас и сел на тонкое поваленное дерево, которое с треском сломалось под тяжестью его тела.

Он так и остался сидеть на земле, размышляя, стоит ли оставаться здесь еще на одну ночь, чтобы утром, когда вновь загудят торговые ряды и выпивохи набьются в таверны, вернуться и постараться найти хоть какой-то её след.

***

Выбравшись на берег, Айна сумела отползти в заросли кустов, ветви которых цеплялись за её мокрую одежду. Почувствовав себя в относительной безопасности, она смогла прислушаться к своему телу. Сумку она бросила недалеко того злосчастного дома, где судьба уготовила ей встречу со старухой, а вот момент, когда потеряла плащ, не отследила. Состыковывая события прошедшего дня, поняла, что произошло это тогда, когда она пыталась пролезть под решеткой сточной канавы. Шея нещадно болела и саднила, не столько от платка, который гадалка использовала в качестве удавки, сколько от пряжки плаща. Плащ зацепился за острые концы решётки и сковывал её движения, держа за шею, как поводок. А когда она настойчиво пробивалась наружу, всё же порвался, оставив красный порез на её коже. Пряжка вполне могла бы перерезать ей горло, если бы ткань была крепче. Плащ ей очень нравился, и она на секунду пожалела, что утратила его.

Это сущая ерунда, её пронесло! Она ничего ценного не выяснила, но она жива и она свободна! Сейчас чуть отдохнёт, встанет и побежит к Юкасу, он, наверняка, давно её дожидается. Айна ощупала руками свой живот, почувствовав, что одежда на боку разорвана и, ощутив при прикосновении острую боль, она, боясь посмотреть на свой бок, всё же опустила глаза. Увидев глубокую рваную рану, края которой топорщились, как лепестки отцветающей розы, Айна потеряла сознание.

Пришла в себя, вгляделась в вечернюю мглу, заставила себя не смотреть на рану, со стоном встала и, еле волоча ноги, пошла в сторону их с Юкасом стоянки, уже не уверенная в том, что он её дождался. Она бы, конечно, дождалась, и даже отправилась бы на его поиски, опять нарушив все договоренности и негласные уставы. Но она бы точно его не бросила.

Представляя, как воспримут его возвращение в одиночестве, без Айны, Юкас в очередной раз принял решение. На этот раз он всё же надумал остаться до утра. А утром уже покумекает.

«Как же плохо, когда нет того, кто точно знает, что делать. При старике Юме подобного произойти бы не могло. Сижу тут, не выяснив ровным счётом ничего такого, что стоило бы мне подобных переживаний. Чужие монеты, конечно, добавляют приятную тяжесть моей сумке, но они не окупят почти четырёх дней пути и жизни девчонки, которая возомнила себя умнее всех! А она точно залезла в какую-то задницу. Не удивлюсь, если она ту бабку и грохнула! Была бы здесь Джута, мне было бы легче. Я ни разу не расставался с ней так надолго», – Юкас перебирал в голове мысли, не чувствуя усталости, голода и жажды, он даже привык к мерзкому запаху своих ладоней. Впрочем, он их особо и не нюхал.

Мишка Айны своим видом выражал высшую степень уныния. Он смотрел по сторонам, нюхал воздух, и вдруг с коротким рыком рванул куда-то в сторону, совершенно не опасаясь быть обнаруженным, ломая своим телом ветки, наступая на поваленные трухлявые деревья, пугая птиц, которые уже устроились на ночлег.

– Стой! – тихо крикнул ему Юкас, и растерянно обратился к своему медведю:

– Что он творит?

Не зная, скрываться ли ему, уводя старого медведя, либо пытаться поймать молодого, он не успел опомниться, как его животное со спины беззвучно настигло медведя Айны и, вцепившись тому в холку, пыталось остановить, оттаскивая назад. Между животными завязалась драка, при этом старый двигался медленно и тихо, молодой же мишка вошел в раж. Зверь Юкаса был крупнее и опытнее, но Айнин был моложе. Опыт зачастую уступает молодости и силе, но, похоже, не в этот раз. Глядя, как старый повалил молодого на спину, на летящие клочки шерсти и на оскаленные зубы, мужчина вновь привалился спиной к дереву, даже не пытаясь их разнять. Ни тот, ни другой, его не послушаются.

– Юкас! – услышал он слабый голос.

Медведь Айны тут же потерял интерес к драке и, вывернувшись, с кровавыми пятнами на шерсти, побежал на голос. В несколько прыжков достигнув хозяйки, он обнюхал её и присел, чтобы она могла на него забраться. Юкас быстрым шагом подошел к девушке, радуясь, что ему не придётся её разыскивать. Увидев, в каком состоянии его напарница, радость тут же испарилась, Юкас застонал и замедлил шаг, как будто не желая к ней приближаться.

– Я всё же пролезла через сточную канаву, – прошептала она и ослабла, повиснув на шее медведя. – Но это была самая дурацкая идея, которую я когда-либо воплощала в жизнь!

Юкас покачал головой, помог Айне забраться на медведя, накинул на неё свой плащ.

– Сполоснёшься в ручье и переоденешься, – сказал он, стараясь не срываться на крик, хотя очень хотелось.

– Почему медведи в крови? – спросила она, ложась на шею мишке, стараясь не тревожить свой раненый бок.

– Потому что ты, малышка, очень глупая девочка, – со вздохом сказал Юкас. – Твоему зверю надоело тебя ждать, и он решил отправиться на поиски. Медведю старика это не понравилось.

– Что ты узнал, Юкас? – желая отвлечься, спросила Айна, они тут же пустились в обратный путь.

Он рассказал ей новости, которые узнал. Она восхитилась его умением заводить знакомства и снова позавидовала тому, что он так много всего выведал.

– Нам точно ничего не грозит. Ещё не все выплатили требуемое, но никому не было объявлено предупреждение.

– Они нападают без предупреждений, – тихо сказала Айна.

– Лишь на те жалкие сборища лачуг, жители которых считают, что организовали славное поселение. От них ничего никогда не получить. По большому счёту, Айна, малышка…

Юкас замолчал, увидев, что ей совсем плохо, и никакие разговоры её больше не увлекают.

– Потерпи, умоемся, переоденешься в сухое, и сразу станет легче.

Достигнув ручья, о котором грезил всё это время, Юкас с наслаждением помыл руки, снял маску, поплескал водой себе в лицо, темноте помог ей слезть с медведя, умыться.

– Отвернись! – требовательно сказала она, прежде, чем снять с себя одежду.

Он картинно вздохнул, мол, смотрите-ка, какая скромница, но отошёл и сел спиной к ручью. Снимая с себя грязные рваные тряпки, она застонала, он обернулся, но в темноте ничего не разглядел.

– Ты ранена? Что у тебя болит?

– Меня чуть не задушила эта старая стерва, а потом я чуть не утонула в медвежьем говне! – резко ответила она.

Юкас с большим интересом обернулся к ней, она выпучила глаза, дав понять, что ему не стоит смотреть на неё, пока она нагая.

– Что тебе гадалка-то сделала? Зачем ты к ней полезла? – стараясь казаться спокойным, задал он вопрос, отвернув голову.

– Откуда ты знаешь, что она гадалка?

– Весь город гудел, что убили советницу предводителя.