Чтение онлайн

– Да я что услышала от баб на рынке, то и рассказываю, давай-ка, пихни эту стерву, чтобы копытами шевелила.

Громко ругаясь на козу и переговариваясь с женщиной, называя её "мамашей", Юкас приблизился к городским воротам. Козе очень кстати приспичило облегчиться, и тот, делая вид, что не замечает акта дефекации, продолжил толкать её, намеренно испачкав руки в козьем навозе, растерев его. Сокрушаясь и по этому поводу тоже, остановился возле стражей, демонстративно вытер руки о штаны и встал перед ними, готовый к обыску.

– Проходи, не задерживай! – брезгливо сказали ему.

Тот пожал плечами, а коза вдруг резво побежала вперёд, потянув за собой хозяйку. Он догнал её, пристроился рядом и, вновь заведя разговор, выяснил, что и её город тоже заключил союз с седыми. Не поняв, как дама к этому относится – многие просто боялись высказывать своё мнение, он мило попрощался с ней и с её ценным рогатым приобретением, незаметно отстал и затерялся в лесу.

Недалеко уйдя от того дома, где только что чуть не распрощалась с жизнью, Айна судорожно думала, как бы ей заглянуть в казармы, но, ничего не придумав, обречённо повернула к торговой площади, не узнав ровным счётом ничего. Признав, что она совершенно бесполезна, девушка остановилась, присела на корточки и начала понуро трепать за ухо небольшую лохматую собаку, дружелюбно вилявщую ей хвостом.

К закрытым воротам гарнизона не спеша следовала телега, ведомая мулом, нагруженная большими корзинами. Айна проводила её глазами, но сзади на телеге сидел молодой юноша, мигом оборвав все мысли девушки об этой возможности попасть внутрь.

"Ну, попадёшь ты туда! И что? Пойдёшь считать медведей? Там тупые вояки и их прекрасные животные. Прекрасные? О, Айна! Что ты такое говоришь? Они гнусные убийцы – и мишки, и их хозяева!"

Собачонка уже перевернулась на спину, подставляя ей пузо для почёсываний, когда из дома, где в миске с водой покоилась голова старой гадалки, раздался крик. Это вернувшаяся с улицы в дом хозяйка обнаружила свою пожилую родственницу мёртвой. Женский голос пронзительно просил о помощи. Мужик, управляющий телегой, и парень, сидевший позади, оставили свой груз и бросились на зов. С разных концов улицы потянулись ещё люди, и Айна, не долго думая, залезла в телегу и притаилась между корзинами. Собачонка ходила вокруг, поскуливая и требуя обратить на себя внимание. Запряжённый мул повернул голову и фыркнул, нервничая.

"Плохая затея! Я у всех на виду!" – не успела подумать она, как извозчик вернулся, крикнул, что приведёт подмогу, и, не замечая тревоги своего мула и путающийся под колёсами собаки, направил телегу к большим казарменным воротам. Достигнув цели, слез с повозки, постучал в ворота, представился, продолжая нетерпеливо стучать. Когда массивные двери открылись, мужчина эмоционально рассказал, что гадалка их предводителя убита. Вслед за этим известием последовала суматоха, телега въехала внутрь, но разгружать её не спешили, многим хотелось узнать подробности дерзкого нападения и задержать убийцу. Отогнав повозку под навес, к зданию, где, судя по всему, готовили пищу, извозчик и сам убежал хвастать, что именно они с напарником первые оказались на месте.

Айна вылезла из телеги, прячась за ней, осмотрелась. Амбары с запасами пищи для медведей и солдат были забиты и изобиловали многообразием, но её волновало не это. Она и сама не знала, что именно хочет узнать, но ей страстно хотелось к медведям. Пробираясь мимо добротных просторных зданий, искала способ заглянуть хоть в одно из них, а услышав неподалёку рёв медведей, отправилась в ту сторону, откуда он доносился. Она осторожно вошла в приоткрытую дверь одного из сараев и увидела медвежат. Все, как один, крупные и ухоженные. Они ещё явно нуждались в материнском молоке, но медведиц рядом не было. Наверное, медвежат кормили в определенное время. Один из малышей посмотрел на неё и попытался издать рёв. Откуда-то сбоку послышался рык взрослого медведя. Айна подумала, что это мать услышала своего медвежонка, огляделась в поисках медведицы, но как только она сделала шаг, медвежонок снова зарычал. На этот раз его поддержали ещё несколько других голосов, подключились и взрослые медведи, устроив шум. Айна запаниковала. Крадучись, вышла из помещения, увидела, как к нему бегут несколько человек. Не зная, была ли она ими замечена, юркнула за постройку, осматриваясь в поисках водосточной канавы.

Где-то здесь должен быть сток, через который вымываются продукты жизнедеятельности стольких животных. Она это знала точно, в позапрошлом году даже обследовала его, но старый Юм категорически запретил ей пользоваться подобным способом проникновения в город.

– Пролезешь туда и окажешься в ловушке. Медведи тебя учуют и позовут людей, – увещевал он девушку, а той идея настолько нравилась, что мысль воспользоваться этим лазом никак не давала покоя, несмотря на то, что попасть в город через центральный вход было доступно абсолютно каждому, и необходимость пачкаться и выдавать себя ещё и мокрой одеждой отсутствовала. Но юношеский максимализм требовал приключений и риска.

Сейчас же выбора у неё не было, нужно убираться отсюда. Добежать до ворот военного городка теми окольными путями, какими она пробралась сюда, было невозможно – обитатели казарм, немного успокоившись после происшествия с гадалкой, стали проявлять бдительность, а ворота давно уже были закрыты. Да и телегу, в которую она, очертя голову, забралась, чтобы попасть сюда, начали разгружать. Девушка кралась вдоль стены, за медвежьими сараями, и, наконец, увидела сток в виде канала, шириной около метра, заточённый с обеих сторон в камень. Дно его было почти сухое, но чем дальше он под наклоном удалялся к стене города, тем больше становился объём неприятно пахнущей жижи в нём. В стене он оканчивался невысоким сводом арки, а под ней – поросшее травой зловонное болото. Айна не раздумывая полезла туда, стараясь не тревожить растения, а когда глубина позволила, опустилась с головой почти до самого дна, раздвигая их стебли. Задержав дыхание, проползла короткое расстояние, надеясь миновать стену и оказаться в лесу, по ту сторону города. Надежды её рухнули, когда она упёрлась в решётку из тонких, но крепких палок. Девушка впала было в отчаяние и показалась из воды, вдохнув воздух. В рот ей попала грязная жижа, она стала отплёвываться, пыталась протереть глаза. Услышала приближающиеся голоса, беззвучно скрылась под водой снова, поняла, что заострённые края бревен не доходят до дна, стала аккуратно, не создавая волн и шума, выгребать руками ил, расширяя себе лаз. Снова, снова и снова, ломая ногти и задыхаясь. Выныривать нельзя, можно себя выдать, но силы уже на исходе. И вот, дыра под решёткой уже достаточно большая. Она пролезет, не может не пролезть! Айна подлезла под решётку и непременно пролезла бы довольно легко, если бы не была беременна. Застряв, она стала извиваться, пытаясь освободиться от плена, затем вдруг решила вернуться назад, всплыть на поверхность, сдаться. Нет! Только не сдаваться! Девушка ещё раз с силой дёрнулась, развернув корпус, почувствовала острую боль, сама не поняла, в какой именно части тела, затем ощутила лёгкость и свободу, оттолкнулась ногами от решётки, насколько могла сильно. После канал стал гораздо шире и глубже, она проплыв в вязкой воде несколько метров, на секунду вынырнула, хапнув кислорода, снова скрылась под водой. Адреналин немного заглушил боль, которую она испытывала, и она всё плыла, изредка всплывая, чтобы отдышаться, пока не почувствовала, что вода становится чище, а пространство вокруг неё – обширнее. Уже смелее подняв голову над водой, она увидела крутые берега лесного водоёма. Она была ослаблена, от ледяной воды судорогой сводило ноги, но Айна, в который раз за день, собрав силы, стала пытаться выбраться на берег.

***

Юкас, вернувшийся к медведям, примостился спиной к дереву и закемарил. С закрытыми глазами он прислушивался ко всем лесным звукам, не позволяя себе провалиться в сон. Ещё было немного времени до того крайнего момента, о котором они условились с Айной, и он не слишком волновался за неё. Гораздо больше в данный момент его беспокоили собственные руки, испачканные козьими испражнениями, он мечтал их помыть. Ручей здесь был, но довольно далеко – он преградит им путь, когда они с Айной пустятся в обратную дорогу. Нужно только её дождаться.

День уже подходил к концу, и девушке давно пора было появиться. Её медведь то и дело смотрел на Юкаса вопросительно, а затем вставал, нетерпеливо переступая с лапы на лапу, стремясь двинуться в ту сторону, куда ещё утром ушла хозяйка. Юкас пытался казаться спокойным, но таковым не являлся. Он очень хотел двинуться в обратный путь. Вообще-то, он никуда не торопился, но что-то подсказывало ему, что безвременная смерть прорицательницы и долгое отсутствие Айны связаны между собой. А ум упорно подсовывал ему мысли, от которых по спине пробежали неприятные мурашки.

Место их стоянки располагалось достаточно близко к городу, и возможно, кто-то из бравых воинов возымеет намерение до наступления темноты прогуляться со своим медведем или просто обследовать местность. Маловероятно, конечно, зачем им бродить по лесу, когда вокруг простираются прекрасные весенние луга, подходящие для прогулок даже в вечернее время. Они ещё никогда так надолго не задерживались здесь, придётся топать к своему городу всю ночь.

Юкас размышлял о том, что если Айна не пришла вовремя, значит, случилось то, что помешало ей это сделать. Городские ворота открыты круглосуточно, девушка легко могла бы выйти. Одинокая беременная девушка, возможно, привлекла бы к себе внимание охраны, но не настолько пристальное, чтобы решить остаться в городе на ночь.