Чтение онлайн

– Что ж, спасибо за честность, - усмехнулась я, однако от этой новости не впала в панику, и даже аппетит не пропал – наоборот, я задалась целью любой ценой выжить, выучиться на кого бы там ни получилось выучиться, чтобы вернуться домой пусть даже не на совсем. И, видя эту решимость в моём взгляде, мужчина передо мной лишь удовлетворённо кивнул, как будто иного от меня и не ждал.

Больше я не задавала вопросов – усталость давала о себе знать, поэтому уже с большим трудом допивала свой напиток, а после ард проводил меня на второй этаж.

– Устраивайся, - сказал мой будущий ректор, сам сперва осмотрев комнатушку, щёлкнув выключателем на стене. Под самым потолком зажглись не очень яркие светильники, природа которых тоже, кажется, была магической.
–  Я повешу на дверь сигналку, вдруг кто-то посторонний явится, и если что, моя комната – соседняя справа. В ванной свет включается так же, горячая вода в кране в твоём распоряжении.

– Ладно, - зевнула я.
–  Спасибо. За всё.

Хороший он всё-таки мужик… Но всё равно какой-то подозрительный.

– Выспись, как следует, - посоветовал он, закрывая за собой деревянную дверь, а я бегло осмотрелась. Если внизу заведение было шумным, то сюда не проникали никакие звуки, и вполне уютное помещение представляло собой этакий островок спокойствия. Всё выдержано в деревянном стиле, и запах стоял одуряющий – будто ты гостишь в лесном домике, – а из окна виднелась часть вокзала, освещаемая уже появившимися лунами и уличными фонарями. Этот вид напомнил о доме, и я поспешила задёрнуть лёгкую шторку, дабы не тревожить душу пустыми переживаниями, а вместо этого решила всё же умыться с дороги.

Достала из рюкзака сменное бельё, отправилась в ванную, и, включив освещение, обнаружила вполне вместительную чугунную бадью с краном и даже душем. У меня глаза от счастья заслезились, особенно при виде белого фаянсового друга, столь величественно возвышающегося в углу, а ещё очень порадовали приготовленные мягкие и явно большие полотенца. Наверное, это и есть то, что называется балансом – сначала я претерпела неприятности, а потом они обернулись неожиданными приятностями.

Я нашла в себе силы набрать воду и отмыться найденным здесь же мылом и пахнущим яблоками шампунем. Обнаруживая песок в очень интересных местах, я пыталась понять, как он туда попал, но не преуспела, а на большее мыслей уже не осталось – я очень хотела спать, и ещё отчего-то жутко чесалась лодыжка.

Кое-как я завершила водные процедуры, сожалея, что не могу подольше ими насладиться и, быстро вытеревшись, облачилась в сменные вещи, тут же покрываясь мурашками от ворвавшегося сквозняка. Оказавшись в комнате, обнаружила, что окно приоткрыто, хотя не помнила, чтобы вообще трогала его. Странно…

– Эй, пс-с!
–  позвали меня чистым таким баском, и я сперва дёрнулась от неожиданности, но после обратила внимание на странного паучка, зависнувшего над подоконником.
–  Деваха, есть сообщение.

Когда паук, медленно спускающийся к тебе на красивой серебристой паутине – у меня в голове даже музыка из фильма «Миссия невыполнима» прозвучала, – предлагает тебе что-то, не стоит опрометчиво соглашаться. Возможно, он считает тебя доверчивой глупой бабочкой.

– Я ничего не покупаю, - открестилась я, будто паучишка являлся представителем «Орифлейма».

– Ну так а я не продаю!
–  возразил обиженный почтальон со стальными наконечниками на лапках, которыми он щёлкал.
–  Слухать бушь?

– И что там?

Паук прокашлялся, и сперва пафосно произнёс:

– Отправитель Шшарг передаёт получателю Упрямый Цветок… Ну и погоняла у вас нынче!

Чёрт, как этот рогатый мачо меня обнаружил? Неужто по песку, который из меня недавно сыпался?

А посланец тем временем изменил голос, в точности копируя тон краснокожего демона, от чего у меня волосы по всему телу дыбом встали.

– «Я же тебя найду, человечка. И когда найду, мой кнут покажется тебе щекоткой по сравнению с рукой …» - насекомое резко умолкло, а потом и вовсе с гневным воплем: «Шакал!» испарилось в закрутившей его красной воронке, угрожающе потрясая одной конечностью.

Мне не нужно было оборачиваться, чтобы почувствовать за спиной чужое присутствие, но я всё-таки крутанулась на ещё влажных пятках, и позорно поскользнулась, чтобы тут же угодить в знакомые крепкие руки Шакала – всё такого же загадочного и скрывающего свою личность. Боялась ли я его? Никому никогда не узнать насколько. Но именно когда он вот так удерживал меня уже в который раз, испуг вдруг перерастал в нечто гораздо более пугающее, а я даже не знала, что вообще может быть сильнее страха. То чувство, от которого пальчики на ногах сами собой поджимаются, то ощущение, когда сердце отчего-то заходится в сумасшедшем ритме… Никогда прежде я такого не испытывала.

– Д-доброй ночи, - поздоровалась я, и меня тут же вернули в вертикальное положение.

Я чувствовала, что меня разглядывают с любопытством и наверняка гадают, откуда я такая свалилась на его голову, и следующие слова ясно дали понять его ко мне отношение.

– Глупый волчонок… - произнёс глубокий голос с весьма снисходительными нотками.
–  Запомни, этот мир сожрёт тебя и не подавится, если не будешь осторожной, так что не связывайся больше с такими опасными людьми. Даже через насекомых.

Сказал опасный… людь и развернулся к выходу. Опасный, но спасший мне жизнь своим появлением, и я не могла этого забыть, поэтому окликнула его.

– Стойте!

Он застыл, будто не ожидал, что я вообще стану с ним разговаривать, и вопросительно полуобернулся. Это «стойте» и стало в последствие роковым, но если бы я в тот момент об этом знала, век молчала бы…

– Я знаю, что это Ваша работа и всё такое, но спасибо, что вытащили меня оттуда. Я Ваша должница.

Судя по образовавшейся тишине, моя фраза прозвучала так, как если бы я призналась, что являюсь вечной должницей мафии. Вот прям пожизненной, и внуки мои тоже будут им должны проценты выплатить.

– Да?
–  заинтересованный, уже более заинтересованный полуоборот в мою сторону, и я вдруг вспоминаю, что стою перед ним в одном белье, с мокрыми волосами, а его взгляд чувствую всей кожей.
–  И что же ты можешь мне дать в обмен на спасение, волчонок?

Любому другому я могла бы дать только в морду после такого, но сомневаюсь, что Шакал этот жест оценит.

Пока я раздумывала над ответом, он как-то незаметно оказался совсем близко, заставив меня отступить к стене, а потом поднял руку в перчатке, касаясь ей сперва моей щеки, очертил линию челюсти и двинулся вниз по телу. Жар прилип к щекам, я почему-то не могла даже двинуться, пока мужская рука путешествовала всё ниже, и когда остановилась на серёжке пирсинга, чуть оттянув его, мне показалось, что трогает он меня ничем не прикрытыми пальцами. Раскалёнными, как угли.