Чтение онлайн

Манфред и Рената покраснели, а фрау Хут укоризненно качнула головой.

Майор, словно не заметив этого, залпом выпил содержимое своего бокала и продолжал:

–  Ваше чувство ответственности кажется мне несколько неразвитым. У офицеров трудная служба. Рабочий день у них ненормированный, часто бывают учения, тревоги. Эти люди отвечают за многое.
– Голос его стал твердым, будто майору кто-то возражал.

–  Быть может, ты посмотришь, чем там дети занимаются?
– вмешалась в разговор фрау Хут.

Майор взглянул на часы. Не успел он дойти до лестницы, как раздался звонок у двери.

Рената испугалась. Все прислушивались, но никак не могли разобраться, о чем именно майор говорил с пришедшим. Затем раздались шаги, щелкнул замок. Манфред встал.

Майор вошел в комнату. Чувствовалось, что именно этого он ждал весь вечер. Теперь на его лице настороженность и нетерпение сменились спокойствием.

–  Тревога!
– коротко сказал он.

Сердце у Ренаты учащенно забилось. Она схватила Манфреда за руку.

–  Мне жаль, фрау Грапентин, - извиняющимся тоном начал майор. Так он еще не говорил.
– К сожалению, я должен забрать вашего мужа.

–  Я понимаю… я должна… а ваша жена…

–  Поторопитесь, товарищ унтер-лейтенант, вам еще нужно зайти в общежитие.

–  Слушаюсь!
– Манфред вытянулся.

Увидев своего Великана в положении «смирно», Рената побледнела и как-то зябко пожала плечами.

Манфред вывел ее из комнаты. В комнате Ренаты он вытащил из своего чемодана какие-то вещички и лишь потом притянул к себе Ренату.

–  Моя милая Тучка, я скоро вернусь.

–  Вам пора, унтер-лейтенант!
– раздался за дверью голос майора.

–  Иду!
– ответил Манфред, целуя Ренату.

–  Фрау Грапентин, помогите, пожалуйста, моей жене.

–  Слушаюсь, товарищ майор!

–  Выше голову, мы скоро вернемся, - улыбнулся майор.

Через минуту шаги офицеров стихли на улице…

Несколько секунд после ухода Манфреда Рената стояла не шевелясь. Кроме Манфреда, у нее в Бергхайде из близких никого не было. «Одна среди чужих людей, - думала она.
– Совсем-совсем одна».

Кто- то прошел по коридору. Рената выглянула из комнаты.

–  Хочу посмотреть на детей, - объяснила ей фрау Хут.
– Иногда они раскрываются во сне.
– Она стала спускаться по лестнице и вдруг застонала.

Рената подбежала к ней. Привела ее в комнату, уложила на диван и вытерла ей пот с лица.

Фрау Хут немного успокоилась и вымученно улыбнулась.

–  Что-то еще случилось?

Рената задумчиво покачала головой. Как хорошо, что она в случае необходимости сможет помочь женщине!

–  Сколько вот таких тревог пережила я за десять лет! Но привыкнуть к ним все равно никак не могу.
– Лицо у фрау Хут было виноватым, будто она за что-то просила прощения у Ренаты.
– Когда полк уходит на учения, я в классе никогда не закрываю окон: все прислушиваюсь, прислушиваюсь, а полностью успокаиваюсь только тогда, когда он, голодный и грязный, возвращается домой. После событий на Кубе я стала особенно беспокойной. Любой вызов по тревоге может быть прощанием навсегда.
– Она до боли сжала зубы.

–  Скажите, чем я могу вам помочь?
– спросила Рената.

–  Вы можете водить автомобиль?

–  Нет.

–  Тогда, если мне не станет лучше, вызовите по телефону скорую помощь из Пасевалка.

Лучше фрау Хут не стало. Начались предродовые схватки. Через полчаса после телефонного звонка приехала машина. В комнату вошла румяная акушерка. Завидным здоровьем так и веяло от нее.

–  Не беспокойтесь, фрау Хут, все будет в порядке, - успокаивала акушерка учительницу, помогая ей спуститься к машине.

Рената несла чемодан фрау Хут.

–  Я вас очень прошу, Рената, сходите вместо меня завтра в школу. В моем письменном столе, в ящике, лежат тетради с сочинениями. Я не все их проверила, а детям обещала принести их в понедельник. Мой Эльке знает, где что у меня лежит. Позаботьтесь, пожалуйста, о моих малышах и позвоните мужу.

–  Конечно, фрау Хут, я все сделаю, вы не беспокойтесь.

–  Спасибо вам.

–  Всего хорошего.
– Рената пожала слабую руку фрау Хут. Помахала вслед отъезжающей машине.

Тишина в доме удивила Ренату. Она прошла по коридору и закрыла все двери. Войдя в свою комнату, села и задумалась. Так из гостьи она на время превратилась в учительницу и мать четверых детей. «Иногда они раскрываются во сне», - вспомнила она слова фрау Хут. Рената вышла из комнаты и стала подниматься по лестнице. Поднялась на три ступеньки и остановилась, потом вошла в детскую. Самый маленький спал раскрытый, со сбитым в ногах одеялом.

«Одна, совсем одна, а Манфред сейчас под дождем мокнет. Успокоюсь я только тогда, когда он вернется домой и я увижу его в дверях. Будет стоять по стойке «смирно». Ах, да, майор Хут! Говорил мне о каком-то жеманстве. Ничего-то он не понимает. Да и откуда ему знать моих учеников! А вот я с ними великолепно нахожу общий язык. Все удивляются, как это мне удается, почему они во всем меня слушаются. Да я и сама-то, собственно, не знаю почему. Жеманство! Какая чепуха! Не правда ли, мой Великан? Ты там опять будешь курить, проголодавшийся, выпачканный в грязи. Тревога! А может, это совсем не простая учебная тревога? Тревога! Четверо детей… Кто знает. На дворе дождь… дождь…»

4

Дождь прошел стороной, но на землю упал густой туман. Погода была промозглой. Рената проснулась с трудом. Однако стоило ей вспомнить о детях, и сон как рукой сняло.

Она быстро одевалась, а сама в уме составила уже план действий: приготовить завтрак, помочь детям одеться, сходить в школу.

Она растворила окно, В комнате стало сыро, запахло влажной землей.

Стрелки на часах показывали семь. Вот-вот проснутся дети. Что она им скажет, когда они спросят о матери? Как они будут относиться к ней? Как они должны называть ее: «тетя» или «фрау Грапентин»? Без Манфреда любой день - потерянный день. Где-то он сегодня спал? В машине или на земле, прислонившись спиной к дереву? Ей так хотелось хоть на миг увидеть его.

Выше голову, мужчины скоро вернутся!

Рената тихо открыла дверь. На цыпочках прошла по коридору. Вошла в кухню. Но там почему-то горел свет. Пахло кофе, гуталином и теплом от плиты. Стол был накрыт. Эльке разливал кофе по чашкам, а младшие сидели на диване. Увидев растерянную Ренату, они хихикнули.

–  Ах, вы уже встали! Тогда садитесь за стол, я сейчас приду, - сказала Рената детям и пошла в ванную.

Когда она снова вошла в кухню, дети уже сидели на своих местах, но не ели, ожидая, когда она сядет на свободный стул, на стул их мамочки.