Чтение онлайн

— Понял. Выходите, капитан, — сказал я официально. — Работаем.

— Есть!

Зорин топнул по башне, спрыгнул на землю и с видимым сожалением вернулся в свою командную машину.

Бронетехника выходила на свои позиции. А остальные продолжали готовиться. Я выдал всем задачи. Панику насчёт крепости не наводил, но просто отдал приказ захватить базу как можно скорее.

Лишь бы всё сработало как надо. А войска продвигались…

— Ты чего это снимаешь? — сурово спросил Кеннет.

— Ну, господин офицер-инспектор! — журналист Кен Райджо опустил камеру и показал рукой в то место, которое снимал. — Это же нарушение правил и обычаев ведения войны! Почему они это делают?

Кеннет посмотрел туда, куда журналист указывал. На земле, в грязи, лежало несколько тел в гражданской одежде. Но под ней угадывались бронежилеты, а вооружены все были новейшими винтовками М-52 из Дискрема. Да и шейные платки убитых говорили, что это была Чёрная Стража.

Один из них застонал и открыл глаза. Но имперский десантник вскинул винтовку и выстрелил ему в голову. Затем подумал и выстрелил в его соседа, который не двигался.

— Вы разве не должны вмешаться, господин офицер-инспектор? — с возмущением воскликнул Райджо. — Они убивают раненых! Стреляют по тем, кто сдаётся в плен. Я этого так…

Журналист поднял камеру, но Кеннет отодвинул её в сторону.

— Выруби, — потребовал он. — Ты как здесь оказался, сынок?

— Не понимаю, — журналист выпучил глаза. — Просто услышал о боях и попросился сюда, на передовую…

— Ты здесь впервые, да? Так вот, парень, чтобы ты понимал. Здесь дело такое, что…

— Смотрите! — раздался крик.

Один из десантников склонился над убитым и полез в его вещи. Оттуда он что-то вытащил, небольшой и красный предмет.

— Смотрите, кукла какая-то! — парень усмехнулся. — Детская.

— Я кому говорил?! — заорал на него сержант. — Не подходи, пока сапёр не проверит!

— Ложись! — закричал Кеннет, когда увидел, как в свете фонаря заблестела тонкая проволока от куклы до рюкзака.

Бах! Тело бойца откинуло в сторону, стоящий неподалёку десантник, которому попала в живот, очень пронзительно завопил и упал в грязь. Захрипел другой, моментально бледнея, ведь из раненого горла ударил целый фонтан крови.

Кеннет выругался и побежал к нему. Другой боец, которому осколком срезало кусок уха, тоже бросился к раненому в горло.

— Санитара сюда! — орал Кеннет. — И сапёров, мать вашу!

— Есть, господин офицер-инспектор!

Журналист Кен Райджо побледнел, но достал камеру и начал снимать, как Кеннет и другие пытаются остановить кровь у раненого в шею бойца.

Счёт шёл на секунды, но им удалось его спасти. Райджо отвернулся и снял, как другой санитар, матёрый боец со шрамом на скуле, спасает раненого в живот, и убитого взрывом, но потом его замутило, и он упал на колени.

Через несколько минут раненых утащили туда, где была площадка для посадки вертолётов. Кеннет, морща лоб, вытирал красные от крови руки.

— Видал? — он посмотрел на журналиста, побледневшего ещё больше. — Накамура минируют всех: мёртвых, раненых, гражданских, животных — всех! И что хуже, их раненые сами ждут подходящего момента и подрываются. Фанатики хреновы.

— Это же нарушение… — пробормотал журналист. — Нельзя так просто их стрелять… это не по правилам.

— Накамура на эти правила срали, — грубо оборвал Кеннет. — И это ещё наши деды знали, что с муриками церемониться нельзя. А ты, если не хочешь быть вредным мелким рыжим гвоздём в жопе, думай, что снимаешь и что потом с этим будет.

— А это тоже связано с этим? — Райджо показал в другую сторону.

Широкоплечий морпех, посмеиваясь, присел у раненого местного ополченца, ещё стонущего, и замахнулся рукояткой ножа, чтобы выбить золотой зуб.

— А вот это уже нарушение, — Кеннет поправил фуражку и рявкнул: — Боец!

— Всё хорошо, Борис? — тихо спросил я.

— Пока всё отлично, продвигаемся, — отозвался Бронин спокойно, как всегда.

— Понял, — я смотрел, как вторая рота из его батальона продвигается дальше. — Я бы на твоём месте присмотрел за теми пацанами из третьего взвода. Кого-нибудь опытного им поставь.

— Они и так хорошо действуют, — он с недоумением посмотрел на меня.

— Я не спорю. Но я уже видел такое. Переживут несколько первых схваток, потом решают, что они бессмертные, и в раж входят, рискуют почём зря. Хорошие ребята часто так гибнут.

— Понял, Дмитрий. Прослежу. Есть у меня кто их снимет с небес на землю.

На первый батальон ляжет вся основная тяжесть атаки, пока не прибудет второй. Впрочем, враг тоже не собирался проигрывать. Я посмотрел в небо. Темно, но гул нарастал. И шёл он совсем не с той стороны, откуда мы ждали авиацию.

Мне это не понравилось. Я переглянулся с Брониным.

— Капитан, развернуть зенитку и переносные ракеты!

— Есть…

Но там, вдали, уже начались взрывы, один за другим.

— Нарушения, говоришь? — злился Кеннет. — Вот это тогда сними. Это что, не нарушение с их стороны?

Но журналист оказался со слабым желудком. А когда он понял, что взятый в плен морпех ещё жив, ему совсем стало плохо.

Но бойцы и санитары действовали, чтобы спасти пленного. Кто-то из Накамура или местных приколотили бойца к дереву, и санитары пытались сделать всё, чтобы его спасти, а не покалечить ещё больше.

Морпехи как раз выбили врага из этой позиции, но один попался им в плен ещё раньше, и ему совсем не повезло.

Кеннет покачал головой.

— Привыкай, раз уж выбрал такую профессию, — сказал он Райджо. — Сам не захотел сидеть в тылу. Мог бы сидеть себе в городе, с девочками знакомиться, пафосные заметки писать или снимать раненых в госпитале. Не работа, а мечта. Но раз уж полез…

Райджо вытер вспотевшее лицо.

— Навидался я таких, — Кеннет сплюнул. — Вечно думаете, что приехали на прогулку, снять героических бойцов. А на деле…

Мимо проезжала колонна бронетехники, которую облепили морпехи. Один уставился на Кеннета.

— Это же он! — заорал парень восторженным голосом. — Это который про гранаты тогда рассказывал, в том фильме. Это же инспектор Кеннет!

Другие бойцы тоже его узнали и радостно закричали. Кеннет поправил фуражку и гордо встал перед ними, будто позировал для снимка. Но выражение его лица вдруг поменялось.

— Рассыпаться! — рявкнул он.

А летящие в небе самолёты вдруг направились вниз.