ЖАНРЫ

Комедии. Сказки для театра. Трагедии
Шрифт:

(Освещает Калафа и смотрит на него.)

Спит Возлюбленный. О, успокойся, сердце, Не трепещи. Любимые ресницы, Как жаль мне вас тревожить! Но нельзя Терять мгновенья.

(Ставит светильник, затем говорит громко.)

Незнакомец, встань.
Калаф

(проснувшись и испуганно вскочив)

Кто здесь? Кто ты? Чего еще ты хочешь? Ты, новый беспокойный призрак… Дайте Хоть миг покоя мне.
Адельма
Но почему Ты сердишься? Чего боишься? Я Лишь женщина несчастная. И я Не имена выпытывать пришла. Ты хочешь знать, кто я? Садись и слушай.
Калаф
Зачем ты здесь? Предупреждаю: ты Пытаешься предать меня напрасно,
Адельма

(нежно)

Неблагодарный. Я — предать? Скажи, Скирина здесь была? Письмо просила?
Калаф
Была.
Адельма

(быстро)

Но ты, конечно, не дал?
Калаф
Нет, Не так я глуп.
Адельма
Благодари же небо. А хитрая рабыня здесь была? Просила имена ей сообщить?
Калаф
Была и эта. Но она ушла Ни с чем. И ты пришла напрасно тоже.
Адельма
Напрасны подозренья. Ты меня Еще не знаешь. Сядь, послушай прежде; А после, если хочешь, называй Меня предательницей.

(Сидится на софу.)

Калаф

(садится рядом)

Хорошо; Скажи, чего ты хочешь от меня.
Адельма
Хочу, чтоб ты сначала посмотрел Мои одежды и сказал мне, кто я,
Калаф

(рассматривает ее)

По виду, по осанке, по речам Ты кажешься мне высокорожденной, Но по одежде — скромная рабыня, И вряд ли ошибусь, сказав, что ты Была в Диване. Я тебя жалею.
Адельма
Пять лет назад тебя жалела я, Когда ты был прислужником несчастным. Сегодня, увидав тебя в Диване, Жалела много больше. Было время, Мне подсказало сердце, что рожден Ты не для низкой службы. Знаю также, Что для тебя я делала всегда Все, что могла, когда я не была Сама беспомощной. И что глазами Я все сказала сердцу твоему, Что девушке доступно молодой И царской крови.

(Сбрасывает покрывало с лица.)

Видишь? Говори; Меня ты знаешь?
Калаф

(поражен)

Небо! Ты Адельма? Принцесса Хорасан? Ты та Адельма, Которую считали все умершей?
Адельма
В цепях презренных рабства пред тобой Дочь хорасанского царя Адельма, Рожденная для царства, а теперь Несчастная, ничтожная служанка.

(Плачет.)

Калаф
Все смерть твою оплакали. И вот, Дочь Хейкобада вновь передо мною, В цепях, раба, служанка…
Адельма
Да, в цепях! Позволь, я расскажу тебе теперь Моих несчастий роковую тайну. Мой брат, как ты, влюбился до безумья В надменную принцессу Турандот И для нее предстал перзд Диваном.

(Плачет.)

Среди голов на городских воротах Ты можешь видеть голову его. Мой бедный брат! Ужасная картина! Я плакать никогда не перестану.

(Рыдает.)

Калаф
Бедняжка! Я слыхал об этом раньше, Но плохо верил. А теперь я знаю.
Адельма
Царь Хейкобад, отец мой, храбрый воин, Был возмущен концом ужасным сына. Собрав войска, желая отомстить За смерть его, он осадил пределы Пекинского царя. Но изменила Ему судьба: он был разбит и пал. Один из царедворцев Альтоума Решил искоренить семейство наше. Три брата были варварски убиты, А мать мою, моих сестер, меня, Чтоб с нами кончить, бросили всех вместе В бушующую реку. Милосердный Хан Альтоум стоял на берегу И, увидав, жестоко рассердился На царедворца и велел спасти нас Во что бы то ни стало. Мать моя Была уже мертва и сестры также. Я, более несчастная, была Еще полуживой, меня спасли, Вернули к жизни, и потом меня Хан Альтоум с великим торжеством Жестокой Турандот в рабыни отдал. Коль ты не чужд, о неизвестный принц, Чувств человечности, — оплачь мой жребий. Подумай, каково, какой ценой Досталось мне быть низкою служанкой У той, которая была причиной Всех наших страшных бед, — у Турандот.

(Плачет.)

Калаф

(тронут)

О да, принцесса, горестям твоим Я глубоко сочувствую. Однако Их первою причиной был твой брат, Затем отец неосторожный твой. Но чем же мог бы я тебе помочь, Я, сам несчастный? Если я достигну Венца моих стремлений, — ожидай От сердца, что сочувствует тебе, Свободу и поддержку. А теперь Рассказ об этих бедах лишь умножил Мою печаль еще одной печалью,
Адельма
Вот я тебе призналась и лицо Тебе открыла: ты узнал, кто я, Ты знаешь все мои несчастья. Я Хочу одно: чтоб легче ты поверил Мне, движимой глубоким состраданьем, — Раз о любви не должно говорить, — Мне, дочери царя. Пускай же небо Поможет мне внушить доверье сердцу, Смущенному принцессой Турандот, Слепому от любви; и пусть оно Проникнется правдивыми словами О замыслах принцессы.
Поделиться с друзьями: