Чтение онлайн

Похоже, ему представился случай шлепнуть для коллекции еще одного "оборотня". Но для начала следует выслушать его, может, с испугу выболтает какую-нибудь ин формацию.

Из груди Сотника вырвался нервный смешок.

– Ну и влип я в историю! Дур-рацкое положение… Пойми, не могу я показать тебе свои корочки. Расклад такой выдался… И назваться не могу. Впрочем, можешь звать меня Филином.

Кличку себе Сотник придумал на ходу, среди его агентурных прозвищ такой не встречалось.

– Вот что, "пташка", - строго взглянул на него Бушмин.
– Я вижу, придется-таки пристрелить тебя.

– Не дави на психику!
– огрызнулся Сотник.
– Я твой союзник, понимаешь?! Может, и не союзник, хрен знает, что ты навалял за последние сутки, но уж точно не враг…

Бушмин сместился чуть в сторону, чтобы держать под контролем оба прохода. Любопытный у них завязался разговор. Может, хитрит? Надеется, к примеру, выиграть время, пока кореша не подоспеют. Да нет, один он "хвостом" шел, хоть и не сразу, но Бушмин заметил его. И "уоки-токи" при нем не обнаружилось. Хотя мог, конечно, и по мобильнику с остальными переговариваться.

И все же интуиция подсказывала Бушмину, что перед ним совершенно иной типаж, нежели преследующие его по пятам "оборотни".

– Значит, так, Филин… Давай по порядку. Если на горизонте вдруг возникнут твои дружки, первая пуля достанется тебе. Считай, что ты у меня в заложниках…

– Да один я, один…

– Не перебивай!
– строго оборвал Бушмин.
– Ствол, как ты заметил, я тебе оставил, так что веди себя аккуратно, не нервируй меня. И откуда ты только на мою голову свалился? Кстати, где ты меня зацепил? Возле базарчика? Или еще раньше?

– Я тебя еще на Некрасова заприметил.
– На этот раз Сотник решил сказать правду.
– Ты туда на частнике подкатил, верно? Кстати, тебя там гэбисты пасли. Это тебе информация к размышлению.

– Гэбисты, говоришь?
– Бушмин призадумался.
– А ты сам-то кто будешь? Ангел небесный? И что ты делал на Некрасова?

– Я работаю в системе МВД, - уклончиво сказал Сотник.
– Убрал бы ты свой пистолетик, а? Еще пальнешь ненароком… Да и со стороны кто-нибудь может увидеть. Еще подумают, что у нас здесь разборка, и звякнут куда надо. Зачем тебе лишние хлопоты? Да и мне рядом с тобой светиться вовсе не с руки…

Как бы в подтверждение его слов, с Краснокаменной в арочный проход шумно вломилась компания подростков.

Было их человек семь, в возрасте от четырнадцати до шестнадцати. Один стучал по земле баскетбольным мячом.

Бушмин мгновенно переместил пистолет за спину. Малолетки, приметив в подворотне двух рослых мужиков, застывших в напряженных позах, разом притихли и мимо них прошмыгнули во двор. Бушмину отчасти было любопытно, что предпримет сейчас "топтун". Он мог воспользоваться случаем и, прикрываясь компанией подростков, выскользнуть из подворотни. Вскоре шум шагов затих. Филин остался.

– У тебя был шанс, Филин, - хмуро сказал Бушмин.
– Признаться, ты меня озадачил. Даже не знаю, что мне с тобой делать…

– Можно я закурю?
– спросил Сотник.

– Валяй, - милостиво разрешил Бушмин.
– Только не вздумай лапать ствол, договорились?

Глядя исподлобья на Бушмина, Сотник прикурил сигарету. Морпех по-прежнему держал его на мушке, с той лишь разницей, что руку с "ПСС" он просунул в расстегнутую сумку, болтавшуюся у него на плече. Теперь, если кто и увидит их со стороны, вряд ли заподозрит что-нибудь неладное.

– Я участвую в расследовании вчерашнего налета на автостоянку. Уверен, ты понимаешь, о чем речь.
– Сотник поперхнулся табачным дымом.
– Черт бы тебя побрал, Бушмин! Ты даже не представляешь, в какую историю вляпался! Откуда у тебя "винторез"? Не ты ли, случаем, подстрелил человека на проспекте Мира?

Бушмин отрицательно покачал головой:

– Я поспел только к шапочному разбору. О чем искренне сожалею…

– Может, скажешь, где ты разжился спецназовским стволом? Ну не на барахолке же ты его прикупил?

– Это военный трофей.

– А что в таком разе сталось с прежним владельцем?

Бушмин многозначительно хмыкнул.

– Сразу видно, что ты мент, Филин. Замашки у тебя ментовские. Да еще и большой наглец вдобавок. Здесь я задаю вопросы, понял? И хватит крутить хвостом! Ты мне начинаешь действовать на нервы! Насколько я понял, ты участвуешь в расследовании гибели Демченко? Выкладывай, что там произошло!

– Хочешь знать, как погиб твой приятель?

– Именно этого от тебя я добиваюсь уже битый час!

Сотник принялся излагать известные ему факты. Напряжение заметно спало, худо-бедно, но разговор между ними наладился. Бушмин воспринял сообщение хмуро и сосредоточенно. Хотя он явно не собирался пускать в ход оружие без веского повода, ледок отчуждения между ними не таял. Эти двое мало что знали друг о друге, никто из них не планировал этих переговоров; как это часто бывает, все случилось нежданно-негаданно, поэтому диалог выдался нервный и отличался повышенным давлением. Причем если Бушмин давил на своего нежданного пленника с позиции силы, надеясь разжиться ценной информацией, то его визави избрал путь психологического давления, одновременно пытаясь наладить с зкс-морпехом доверительный контакт.

Сотник прекрасно осознавал, что затеял рискованную игру. Без санкции руководства он не имеет права раскрывать перед Бушминым все карты, вот и приходится трепыхаться, как карась на раскаленной сковороде. Ни на секунду нельзя забывать, в каком положении находится нынче Бушмин. "Вервольфы" могут добраться до него в любой момент. Мужик он с виду стойкий, вдобавок ко всему и вооружен, но всякое может случиться. Неизвестно еще, как он себя покажет под пытками. Поэтому делиться с ним информацией следует крайне осторожно, ибо она может попасть в чужие уши.

Да и сам Сотник ходит нынче по лезвию бритвы. Ни на миг нельзя забывать о том, что его жизнь находится на кончике указательного пальца Андрея Бушмина.

– Короче говоря, как минимум одного из сволочей Демченко прихватил на тот свет с собой.
– Бросив под ноги окурок, Сотник тщательно растоптал его подошвой.
– Всего было их пять или шесть человек, в качестве транспорта они использовали темно-синий микроавтобус. Экипированы как спецназовцы. Труп погибшего боевика прихватили с собой.