Конор
Шрифт:
— Давай приведём тебя немного в порядок, — говорит Кроу. — Сейчас организуем тебе приватный танец, прежде чем вернешься вниз.
— Спасибо, — бормочу я. — Но у меня есть девушка.
Он странно смотрит на меня, почти так, будто не верит.
— Ну, её же здесь сейчас нет, верно? И ты не выглядишь так, будто сильно беспокоишься о том, что она будет скорбеть о твоей утрате.
Его слова больно бьют по мне, но я не удосуживаюсь упомянуть, что моя девушка умерла от передозировки в прошлом месяце, сразу после того, как закончила трахаться со своим дилером.
— Я бы предпочел просто закончить с этим, — говорю я. — Если вы не против.
Прежде чем Кроу успевает ответить, внизу лестницы появляется Рори в сопровождении пожилого мужчины. Лицо Кроу каменеет, когда он замечает этого человека, но он склоняет голову в знак уважения.
— Найл.
— Лахлан.
Наступает долгая пауза, пока все трое мужчин смотрят друг на друга, а затем Найл переводит внимание на меня.
— Это тот самый парень? — спрашивает он Рори.
— Ага, он самый, — отвечает Рори. — Это юный парень.
Кулаки Кроу сжимаются, он делает глубокий выдох.
— Парень заключил сделку. Он знал, на что идет, молод он или нет.
— Это правда? — Найл смотрит на меня. Он пожилой человек, и по тому, как они ждут, когда он заговорит, я догадываюсь, что именно он здесь главный.
И теперь Кроу сверлит меня взглядом, словно наполовину ожидая, что я окажусь змеей. Что сдам его или изменю свои показания.
— Это правда, — говорю я. — Он дал мне то, о чем я просил, и я готов выполнить свою часть сделки.
Найл не отвечает сразу, и все они молчат, пока он, по-видимому, обдумывает ситуацию в голове.
— Как тебя зовут, паренек?
— Конор О’Каллахан, — отвечаю я.
— О’Каллахан, — тихо повторяет Найл.
— Ирландец до мозга костей, — с гордостью говорит Рори.
Кроу качает головой.
— Ирландец или нет, мы заключили сделку. Парень принял её.
— Довольно. — Найл засовывает руки в карманы пальто и поворачивается к Кроу.
— Скажи мне, почему ты решил, что это лучший способ всё уладить, Лахлан.
Кроу вздыхает, и впервые с тех пор, как я его встретил, его фасад дает трещину, совсем чуть-чуть.
— Дело не в том, что мне не нравится парень. У меня нет ничего против него. Но у меня нет времени брать его под свою опеку, Найл. Ты знаешь, как сейчас напряженно из-за армян, которые подбираются ближе.
— Ага, — пожимает плечами Найл. — Знаю.
Затем он смотрит на Рори.
— Кроу прав. У него нет времени брать его под свою опеку. Значит, это сделаешь ты.
Рори на секунду запинается, а Кроу ухмыляется.
— Проблема решена.
Найл смотрит на меня и пожимает плечами.
— Проблема решена.
По дороге домой Конор снова молчит. Он не упоминает, что произошло между ним и Кроу после того, как я вышла из кабинета, но он не выглядит обеспокоенным. Он погружен в свои мысли, но его плечи расслаблены, и время от времени он поворачивается, чтобы посмотреть на меня, позволяя мне на мгновение заглянуть в его глаза. Он гораздо спокойнее, чем я сейчас. Я пытаюсь держаться непринужденно, как он, но не перестаю думать об Арчере, отчаянно нуждаясь в заверении, что всё будет хорошо.
— Должно быть, ты устала, — говорит Конор, когда мы заходим в дверь. — Можешь снова спать в кровати. Я лягу на диван.
— Хорошо. — Я киваю, но мне не хочется выходить из комнаты, и я не могу точно понять почему. Я должна быть благодарна за то, что он уважает мои границы. Но, если честно, я была бы не против, если бы он спал рядом. Я была бы более чем не против, потому что знаю, рядом с ним я буду в безопасности. После всего, что произошло сегодня, я эмоционально выжата, и в кои-то веки мне хочется, чтобы кто-то другой взял на себя тяжелую ношу. Мне хочется, чтобы парень, который рискнул своей жизнью, спасая мою, спал рядом и сказал, что всё будет в порядке. Разве это так плохо?
Страшно даже признаться в этом. Всего за несколько коротких дней Конор доказал мне, что он человек чести. Мне остается только надеяться, что я не окажусь в дураках, позволив себе втянуться в это.
— Я хочу навестить Арчера завтра, — выпаливаю я.
Глаза Конора скользят по моему лицу, мягкие и наполненные пониманием, которое заставляет биться сердце, которое, как я была уверена, уже мертво.
— Конечно, мы можем это сделать.
Мы?
Я не спорю. Я пока не уверена, как далеко могу заходить за границы дозволенного с ним, а самое главное, это увидеть Арчера. Облегчение разливается внутри меня, и я дарю ему слабую улыбку.
— Спасибо. Думаю, я тогда пойду спать.
Он опускается на диван, сбрасывая ботинки.
— Спокойной ночи, жёнушка.
Это слово застает меня врасплох, и я смотрю на него на целую минуту дольше, чем следовало бы. Когда он поднимает взгляд и наши глаза встречаются, наступает момент, когда всё остальное перестает существовать. Его взгляд опускается на мои губы, и моё тело содрогается, когда я вспоминаю, каково это, целовать его.
Я хочу этого снова. Я хочу этого так сильно, что, должно быть, схожу с ума. Я едва его знаю. Он из мафии. Убийца. Я бы не смогла выбрать для себя худшего парня из всех возможных. Но я не могу отрицать, чем дольше я нахожусь рядом с ним, тем больше он притягивает меня на свою орбиту. Это невозможное желание. Всё равно что луна гналась бы за солнцем.
Я не могу позволить Конору узнать, как сильно меня уже мучает эта договоренность. Он и так сделал мне одолжение, спася жизнь. Он больше ничего мне не должен. И в конце концов, зачем бы я ему понадобилась?
Я проглатываю горечь своего существования в этом мире, которому не принадлежу.
— Спокойной ночи, Конор.
Тень заслоняет выход, и внутри меня разворачивается ледяной холод. Переулок пуст, и я ещё никогда не была так одинока. Пронзительный смех Муэрто эхом отражается от городских стен, а нож в его кулаке блестит в лунном свете. Сегодня это лезвие вопьется в мою плоть и вытянет из меня жизнь, как он всегда и угрожал.