Чтение онлайн

Пинаев молча свернул видеосвязь.

Калашников с трудом дождался прихода Захарова, проявлявшего, как и в молодые годы, завидную активность и выносливость.

– Все сходится Один из них - Мухаммед бин Салих. Составили фоторобот псевдо-Косачев-ского?

Захаров вытер красное лицо, потом лысину, не торопясь отвечать.

– Это Суннимур Кхеммат, сомнений нет.

– Где он сейчас?

– На втором Дайсоне, на базе археонавтов. Ищет транспорт.

– Держите его в поле зрения, близится операция захвата. Надеюсь, получится не так, как на полигоне в Австралии.

– У нас все готово. Где Пересвет?

– Должен выйти на связь, но задерживается Правда, он подстрахован, пора бы ему объявиться

– Парни Дориашвили рассчитали модель ситуации и вектор смысла действий Чужих. Вызвать Аргана?

– Доложи сам, но только самое важное.

– Чужим нужна Сфера, причем не для использования ее богатств, а для продажи

– Что?! Для продажи?

– По всем логико-смысловым узлам расчета векторы необходимых условий сходятся на этом варианте. Сфера нужна Чужим для передачи кому-то… назовем его Клиентом. Кому именно, надо еще разобраться. Если бы Чужие хотели просто отпугнуть нас, чтобы использовать Сферу в качестве среды обитания, они бы действовали иначе.

К тому же в расчете есть тонкие подуровни, или слом смысловых искажений, подварианты, как их называют специалисты, позволяющие сделать вывод, что Чужие, во-первых, негуманоиды, во-вторых, гораздо в меньшей степени приспособлены к условиям жизни на планетах Сферы.

– Не думали, что придется когда-нибудь услышать терминологию курса истории эпохи капитализма, - сказал Ефремов басовито.
– Клиент… продажа… диверсии… Двадцать второй век, глубокий космос и - рецидив фашизма!

– Мы тоже не думали, - буркнул Калашников, прикидывая, что делать в первую очередь.
– Но отдел безопасности обязан помнить эту терминологию всегда, чтобы быть готовым к любому рецидиву фашизма и мракобесия. Захар, Строминьша на связь, быстро! Мне нужен Никита. Что у нас по основному резиденту?

– Круг подозреваемых сузился до трех человек: археонавт Уве Хоон, психоэтик Флоренс Дженнифер и Каспар Гриффит. Все трое ушли из-под контроля и находятся на втором Дайсоне.

Калашников решительно сжал губы.

– Прошу подтверждения особых полномочий, потому что мы выходим на прямой контакт с представителями иного разума, чреватый непредвиденными последствиями.

– Я предвидел это, потому и попросил председателя СЭКОНа посетить Сферу, - сказал директор УАСС.

– Все в порядке, - кивнул Ефремов.
– Формальности соблюдены, мотивы доказаны, юридическое и правовое разрешение получено.

– УАСС готово ввести тревогу по форме "Шторм" всем службам, - добавил Косачевский.

– Строминьш на связи, - повернулся от пульта Захаров.

Виом сформировал в зале видеопризрак начальника группы риска "АА" Ивара Строминыпа.

– Простите, мастер, - сказал Строминьш тихо.
– Мы потеряли Пересвета.

– Где?
– спросил Калашников в наступившей тишине так, что казалось, в зале заметно похолодало.

– В сумеречном поясе Дайсона-2, между сто сорок первой и сто пятидесятой параллелью…

В режиме "призрак", недоступный никаким средствам обнаружения, спейсер "Печенег" завис над сумеречным поясом Дайсона-2, над районом, где потерялся след Никиты Пересвета.

Отдав необходимые распоряжения, Калашников почти не вмешивался в работу слаженной системы оперативных отрядов, молча выслушивал их рапорты и продолжал ждать сигнала Никиты, веря, что тому удастся подать весть о себе.

Из всех подозреваемых в причастности к разведке Чужих отыскался пока лишь археонавт Уве Хоон, занятый организацией исследования звездолета дайсониан. Ни Гриффит, ни Флоренс

Дженнифер в поле зрения наблюдателей не попадали.

– У Чужих могут быть свои страхующие линии связи и наблюдения, - сказал Захаров.
– Если они заметят наши приготовления, операция примет непрогнозируемый характер.

– Поэтому надо просчитать все варианты ситуации, - ответил Калашников.
– Возьми Ар-гана и попробуй прикинуть возможные ответы Чужих.

– Скорее всего при угрозе захвата они подготовили отвлекающие удары типа взрыва на Д-комплексе либо взрыва на первом или втором Дайсоне. Это их единственный шанс отвлечь наши силы от главной цели - захвата базы.

Калашников встретил виноватый взгляд заместителя. Тот думал о пропаже МК-генерато-ров, способных уничтожить любой остров на планетах Сферы. Генераторы могли быть и на Д-комплексе, но поисковые группы пока ничего не нашли.

– Эвакуируем центр, полностью! Оставим только поискеров с аппаратурой и техников метро. Ничего другого предложить не могу.

Молчавший до сих пор Косачевский шевельнулся.

– Этим мы сразу дадим понять наблюдателю Чужих, что готовы к активным действиям. Сколько людей на Д-комплексе?

– В настоящий момент тридцать семь, не считая наших.

– Советую незаметно окружить центр и службы энергоэкраном, контролируя передвижение каждого человека. Успеете? По-моему, этот вариант лучше.

– Попробуем.
– Калашников и сам видел, что предложение директора лучше.
– Тогда, Захаров, начни с Д-комплекса, задание Рудакову я определю сам. Фаттах, вы берете Уве Хо-она. Салиха не трогать, пусть Пинаев просто держит его возле себя. Герман, останься на крейсере, пока я не вернусь. Откликнется Пересвет - дай знать. Я хочу поучаствовать в захвате Кхем-мата. Самое время поговорить с ним в открытую.

– Ни пуха!
– вырвалось у Захарова.

– К черту!

Калашников махнул рукой ожидавшим его парням из группы спецпоручений и через несколько минут был уже в рубке аксиального модуля десантной связки.

– Ведомым - старт с тангенциальным ускорением сто "q". Курс - Остров Старого Города. Посадка в режиме "ныряльщик". Готовность - ноль. Десанту - выход!

В теле спейсера открылись створки грузового отсека, связка из пяти модулей, похожая на гроздь бананов, медленно выплыла из распахнутого зева и через мгновение затерялась в дымном палевом свечении дневной атмосферы Дайсо-на-2.

И тотчас же Сфера мигнула и погасла.

В помещении, представлявшем собой усеченный конус, царил холод и синий полумрак. У стены фиолетово светились глыбы каких-то аппаратов. Черный квадрат экрана одного из них изредка передергивала судорога голубого свечения. На возвышении в центре помещения лоснилась угрюмой чернотой еще одна глыба, очертаниями напоминавшая спящего слона. На "ухе слона" сидел некто странно скособоченный, похожий на человека и в то же время жутко отличавшийся от него, с пугающим взглядом глаз из черных провалов, треугольным клапаном на месте носа и щелью прямого безгубого рта. Сидел он совершенно неподвижно, без мимики, и голос его, казалось, исходил откуда-то снизу, из живота или из ног, утопающих в меховой поросли аппарата-кресла.