Чтение онлайн

– Это всего лишь птица, - беспечно сказал Рене, пытаясь успокоить жену.

Но когда крик повторился, мужчина почувствовал, что у него по спине бегут мурашки.

– Прогони, прогони эту птицу, она накличет беду на наш дом!

– Да не бойся ты, Маргарита.

– Я знаю!
– воскликнула жена.
– Прогони ее! Рене поднял раму и свистнул. Филин лишь лениво пошевелился и в ответ трижды ухнул:

– У-У, У-У, У-У

– Дьявол!
– в сердцах произнес Рене.
– Да он ничего не боится! Сейчас я запущу в него поленом. Маргарита не выпускала руку мужа.

– Я боюсь, не оставляй меня здесь одну! Полено, ударившись о ствол дерева, отскочило, даже не напугав птицу.

– Видишь, он ничего не боится!
– запричитала Маргарита.

– Да не обращай ты на него внимания! Рене опустил раму и подвел жену к кровати.

– Ложись и не вспоминай о нем.

Но тут вновь раздался протяжный крик:

– У-у...

Казалось, что птица находится где-то совсем рядом, где-то в комнате, в одном из заполненных темнотой углу.

Маргарита обхватила Рене за шею и зашептала ему:

– Моя мать говорила, что эти птицы приносят беду. Они не прилетают просто так.

– О чем ты говоришь? Успокойся, дорогая, это предрассудки.

– Нет, я знаю, - Маргарита прикрыла глаза, как бы боясь своих слов. Ты же слышал, Рене, о моем страшем брате Клоде. Он погиб на дуэли еще до того, как мы с тобой узнали друг друга.

– Да, ты говорила мне об этом.

– Но я не говорила тебе о другом...
– зашептала Маргарита.
– За день до того, как мы получили известие о его гибели, ночью к нашему дому подлетел филин и вот так же уселся прямо напротив крыльца под окнами спальни Клода. Он кричал до самого рассвета, мы чуть не сошли с ума. Слуги прогоняли птицу, но она вновь

Возвращалась, и я слышала этот ужасный крик.

За окном вновь раздалось протяжное уханье:

– У-У. У-У, У-У

Маргарита вся сжалась, и кончики пальцев у нее похолодели.

Рене поднес ее руки ко рту и принялся отогревать их своим дыханием.

– А наутро привезли тело Клода. Он погиб на дуэли вечером накануне, и филин знал об этом. Он прилетел, чтобы посмеяться над нами.

– Он больше не будет тебе мешать!
– твердо сказал Рене, набрасывая на плечи халат.

– Не оставляй меня!
– воскликнула Маргарита.

– Если ты хочешь пойти со мной, идем.

– Нет, я лучше останусь здесь. Только зажги свечу, мне будет не так боязно.

Рене с заряженным ружьем в руках и в ночном халате вышел на крыльцо. Филин сидел на ветке, абсолютно не боясь человека, и косил на графа желтыми глазами.

– Улетай!
– крикнул Рене, обращаясь к птице, словно бы к человеку, он все еще медлил нажимать на курок.

В ответ филин расхохотался.

– Я убью тебя, чертова птица!

В ночной тишине гулко прозвучал выстрел, задрожали стекла, с деревьев посыпались листья.

Рене был хорошим стрелком и очень удивился, что не попал с такого близкого расстояния.

Филин взмахнул крыльями и пролетел над террасой, чуть не коснувшись лица Рене.

Рене все еще стоял на крыльце, вслушиваясь в ночную тишину, и тут из дальнего конца парка раздалось уханье, похожее на раскатистый издевательский смех. Граф Аламбер повернулся, чтобы зайти в дом, и услышал позади шелест крыльев.

Он обернулся.

Филин сидел на своем месте. Граф готов был поклясться, что глаза птицы смеются, вспыхивая в темноте двумя желтыми огоньками.

– Дьявол!
– вскричал граф и бросил дворецкому, который стоял в ночном колпаке в глубине холла.
– Принеси мое новое ружье.

На этот раз граф не промахнулся. Птица, тяжело взмахнув крыльями, упала на землю, и еще долго трепыхалась, а граф Аламбер так и не решился подойти к ней.

– Убери ее, - приказал граф, а сам отправился в дом.

Когда Рене поднялся в спальню, Маргарита сидела на кровати и плакала навзрыд.

– Что ты, успокойся. Я убил этого филина, больше он не будет кричать.

Ответом были всхлипывания.

– Ну что плачешь, как ребенок? Ты же не маленькая Констанция, которая может испугаться филина.

– Я не боюсь филина, я боюсь того, что он предвещает своим появлением. И не важно, убил ты его или же он улетел сам.

– Не надо бояться. Это все предрассудки, недостойные тебя, Маргарита. Ведь я же рядом, ну что может случится?

– Мне страшно за всех, за всех нас, за Констанцию, за тебя, за мать...

– Успокойся, Маргарита, - Рене стал успокаивать жену, словно та была маленькой девочкой.
– Все будет хорошо, все будет прекрасно. Наступит утро, и ты сама посмеешься над своими опасениями. Ночные страхи рассеятся вместе с лучами

Солнца.

– Я хочу тебе верить, Рене, - сквозь слезы проговорила Маргарита, - но я знаю, будет по-другому. Она вскинула голову и убежденно произнесла:

– Может, нам не надо ехать.

– Но я должен ехать, - чуть ли не взмолился Рене, проклиная птицу, так некстати подлетевшую к их окну.

– Я понимаю Рене, что ты не можешь не ехать. И мы поедем с тобой. Извини меня, пожалуйста, за мои нелепые страхи. Я больше не буду говорить о них.

– Но ведь ты плачешь, Маргарита. И я чувствую себя виноватым перед тобой.

– В чем ты виноват?
– воскликнула Маргарита, - это я все придумала. Сама себя запугала и теперь плачу. Извини, дорогой, что заставила тебя волноваться и не обращай внимания на мои слезы, они сейчас высохнут.

Рене прилег рядом с женой и обнял ее, та все время вздрагивала и поглядывала на окно, словно ожидая, что сейчас вновь раздастся глухой крик филина.

– Полно тебе, Маргарита, ты уделяешь глупой птице больше внимания, чем мне. Женщина горестно улыбнулась.

– Я в самом деле глупая, так расстроиться из-за какой-то ерунды. Я вбила себе в голову, что крики филина связаны со смертью. А может, он просто был голоден.

Рене положил ладонь на губы жены.

– Молчи и не думай ни о чем. Лучше постарайся заснуть. Скоро утро, а ты еще не смыкала глаз.