Чтение онлайн

И он… осматривался.

— Неплохое место, — пробормотал он, разглядывая одну из витрин с живыми экспонатами. — Никогда не думал, что увижу такое своими глазами.

Меня передёрнуло.

— Ты же понимаешь, куда мы идём?

— Понимаю, — пожал он плечами. — Просто… никогда не думал, что тут всё так… организовано.

Организовано? Это слово резануло меня сильнее, чем крик за спиной. Я повернулся к нему, задержал взгляд.

— Это место — не рынок. Это яма. И каждый, кто смотрит на это с интересом, становится частью этой ямы.

Он отшатнулся. На мгновение. Потом выровнялся.

— Я здесь, чтобы найти дочь, — сказал он. — Только поэтому.

Я не стал отвечать. Потому что он врёт. Он хочет вернуть контроль. Хочет не быть тем, кто упустил. Но он уже упустил. Я взял его с собой только потому, что если бы Эви была моей… я бы рвал когтями землю, лишь бы быть ближе, если есть хоть шанс.

Поэтому он здесь. Потому что я использую все доступные ресурсы, чтобы спасти Эви.

Мы миновали главный коридор. Нас провели в зал ожидания. Один из сопровождающих — щуплый человек с металлическим значком и вырезом на шее — протянул нам электронные браслеты.

— Вас зарегистрировали. У вас место в зале №3. Лоты начнутся через полчаса. Желаю удачи в торгах.

Я провёл пальцами по внутренней стороне запястья, где была метка Аделины. Она еле светилась, почти незаметно. Но её тепло было единственным, что не позволяло мне сойти с ума в этом месте, полном холода и бездушия.

Эви. Я найду тебя.

К нам подошёл мужчина в облегающем костюме странного кроя — что-то между униформой администратора и одеянием трупного проводника. Улыбка его была искусственной, глаза — мутными. Он остановился ровно на нужной дистанции: не вторгаясь в личное пространство, но и не позволяя забыть о себе.

— Доброй ночи, уважаемые гости. Добро пожаловать на наше эксклюзивное ежеквартальное мероприятие. Сегодня особенно богатый вечер: редчайшие лоты, высочайшее качество, высокий интерес со стороны коллекционеров и ценителей со всего континента. Аукцион продлится приблизительно до завтрашнего полудня. В процессе будет несколько раундов, каждый — со своей категорией товаров.

Он посмотрел на нас, будто оценивая нашу «платёжеспособность».

— Вы будете узнавать тему следующего этапа сразу после завершения предыдущего. Это сохраняет элемент азарта. Ставки, как всегда, принимаются сразу — через браслеты или у наших дилеров. После объявления темы вы также можете пройти в зону отдыха: в лаунж, бар, покерный зал или на арену боёв без правил. В поединках можно участвовать только теми бойцами, которых вы приобрели на этом аукционе.

— А если я хочу знать сразу, в каком раунде будут определённые категории? — спокойно спросил я.

Он лишь вежливо улыбнулся.

— Увы, сэр. Элемент неожиданности — часть нашей концепции. Но уверяю вас, мы никого не разочаруем.

— Понятно, — выдохнул я. — Что в первом раунде?

— Экзотические животные. Раунд начинается через пятнадцать минут. Готовьтесь.

Он кивнул и исчез так же внезапно, как появился.

Я развернулся к отцу Эви.

— Нам это неинтересно. Я попробую пройтись. Вдруг что-то услышу или увижу.

Он кивнул, явно не слишком огорчённый.

— Я тоже… посмотрю, что тут есть. Знаешь… место впечатляет.

В его голосе прозвучало восхищение. Меня от этого чуть не вывернуло.

— Впечатляет твое безразличие к дочери, — отрезал я и пошёл прочь, не желая слышать больше ни слова.

Место действительно было большим. Разросшийся, многоуровневый комплекс, вплетённый в ткань подземного города. Свет здесь был везде — и слишком яркий, и слишком тусклый. Всё перемешивалось: запахи, звуки, энергия. Как будто всё живое в этом пространстве знало: здесь выживает не тот, кто сильнее, а тот, кто беспощаднее.

Я шёл мимо баров, где за стойками стояли существа, которые не могли быть полностью людьми. Мимо комнат с полупрозрачными стенами, в которых играли в азартные игры, и раздавался лёгкий смех, слишком безумный, чтобы быть весёлым.

На одном из поворотов наткнулся на первый зал с лотами. Его даже не скрывали. Пространство было оформлено как выставка: клетки с цифровыми голографическими табличками, информация о возрасте, породе, месте поимки, особенностях. Внутри — существа, чья красота была мрачной и пугающей. Огромные кошачьи с переливающейся чешуёй. Полупрозрачные змеи. Существа, напоминающие летающих хорьков с глазами детей.

Один из животных — серебристый зверь с пятью лапами — бросался на прутья клетки, и каждый раз, когда это происходило, окружающие возбуждённо всхлипывали. Его снова и снова били током. Он выл. А люди — смеялись.

Я отвёл взгляд.

— Эви, — прошептал я. — Где ты?

Я знал: она здесь. Я пошёл дальше, стараясь охватить взглядом всё. Если увижу её — разрушу этот аукцион к демонам. Но если сделаю это раньше времени — потеряю её.

Нет. Я вытащу её. И если после этого всё это место взлетит к чёртям — это будет даже приятно.

Никакой пользы от первого раунда не было.

Животные.

Существа, в которых кто-то видел экзотику, а я — боль и излом. Через полчаса я понял, что смотреть дальше нет смысла: Эви среди этих клеток точно не было. Я ещё пару раз обошёл периметр, надеясь, что ошибся, что её спрятали — но всё было без толку.

В лаунж-зоне пахло сандалом, дорогим алкоголем и скукой. Полутёмное помещение с мягкими диванами, низкими столиками, столами для нард и шахмат, хихикающими куртизанками, и всё теми же мутными взглядами завсегдатаев.

Я подошёл к одному из администраторов и спросил:

— Сколько длится каждый раунд?

Он пожал плечами:

— Всё зависит от количества лотов и скорости выкупа. Некоторые категории уходят быстро, некоторые — дольше. Сейчас экзотические твари, их много, они редкие. Думаю, часа два-три минимум.

— Прекрасно, — процедил я.

До двух-трёх ночи — только звери. Всё, что могу сделать — ждать.

Я сел в дальнем углу, чтобы не видеть чужих лиц. Отец Эви тут не появился. И я знал почему. Не потому, что устал. Не потому, что отчаялся.

Потому что он развлекался. Возможно, делал ставки на бои. Возможно, разглядывал рабынь. Я не хотел это представлять, но мозг всё равно рисовал слишком живо.

Следующий раунд начался ближе к трём. Я вышел, стоя у края зала, лишь для того, чтобы услышать объявление.

— Женщины. Домашние. Эстетические. Обслуживающие. Количество — сорок две. Возраст — от девятнадцати до тридцати двух.

Я даже не пошёл проверять. Это точно не Эви. Вернулся в лаунж, злясь уже даже не на ситуацию, а на сам факт, что приходится быть здесь. В этом змеином гнезде. Среди продавцов плоти.