Контрольный выстрел
Шрифт:
«Похоже, начинается новый этап в человеческой истории,— сказал Левашов, провожая гостя.— Этап войны с инакомыслящими, вернее, инакоживущими. Нас хотят выжить с Земли. Не будем же мы, в самом деле, воевать со всем «нормальным» человечеством?»
«Я эр-мастер,— ответил Ставр,— то есть воин, и в принципе мое дело — именно война, пусть со злом, но — война! Однако воевать с людьми за выживание я не смогу. Должен быть другой путь».
«Другой путь — бегство с Земли и из Солнечной системы».
«Не уверен. Прощайте, Артур. Берегите свою коллекцию».
Левашов с мрачной улыбкой пожал протянутую руку.
В воскресенье, второго августа произошел страшный случай: в Москве, на площади Старых Памятников, один интраморф, вооруженный «драконом», открыл огонь по людям. Прежде чем его обезвредили безопасники, он убил сорок пять и ранил семьдесят человек! Инцидент был настолько диким, что в его истинности засомневались даже в отделе безопасности, пока не проверили факты. Затем последовало заявление Алсаддана, реакция СЭКОНа и ответ Всевеча, предписывающий ужесточение мер безопасности. А утром третьего августа, в понедельник, началась эмиграция интраморфов с Земли на планеты Солнечной системы и в другие звездные системы, не имеющие значительных поселений землян.
К середине недели вначале робкая и спокойная волна эмиграции превратилась в повальное бегство, хотя паникой исход паранормов не сопровождался. Зато запаниковал отдел общественной безопасности УАСС, подразделения которого кое-где попытались силой остановить «ушельцев», ограничить их передвижение и перекрыть метро, что привело к обострению ситуации и новым столкновениям и жертвам. К концу недели количество беглецов достигло двухсот тысяч человек, и Совет безопасности вынужден был признать факт бегства, а также назначить комиссию по расследованию его причин. В комиссию вошли в основном работники правоохранительных служб, чиновники коллегии Всевеча по правам человека и юристы СЭКОНа, но из них лишь Ги Делорм и Мигель де Сильва были интраморфами, остальные же представляли «нормальное» человечество, не слишком заинтересованное в расследовании, живущее в последние десятилетия «по закону травы».
Расследование началось с громкого скандала, устроенного Великим магистром ордена магов и спиритов Шан-Эшталланом: он заявил, что имеет свидетельства о «множестве» нападений, организаторами которых, как и маньяк в Москве, были якобы сами интраморфы! За эти «свидетельства» первому удалось зацепиться начальнику сектора стратегических исследований Ратибору Берестову. Он представил доказательства подтасовки фактов и обвинил Шан-Эшталлана в нечистоплотности и лжи, присовокупив к данному делу и результаты недавнего расследования об участии боевиков Великого магистра в доставке на лед Антарктиды кластера монополей, что едва не привело к масштабной катастрофе; после изъятия кластера и транспортировки его к Солнцу в материковом щите осталась воронка глубиной в шесть километров! И все же следователи, подчиненные непосредственно Бранцеву, отыскали несколько драматических случаев, главными действующими лицами которых были паранормы — как жертвы, так и убийцы. Кампания травли паранормов получила новую пищу, в пожар странной войны были умело подброшены свежие поленья.
Однако со второй декады августа объявилась новая напасть, затмившая эмиграцию паранормов: рост открытых нагуалей — в Солнечной системе были обнаружены двадцать два невидимых образования, в том числе десять на Земле — резко ускорился. Особенно заметно это было по Большому Ничто возле Копа де Плата, а также по нагуалю на Тартаре и возле Чужой, но и «невидимый коралл» в Солнечной системе, устроившийся возле Фаэтона-2, наглядно продемонстрировал свои возможности, за сутки из десятиметровой ежастой глыбы превратившись в километровую гору с отростками, достигавшими десяти, двадцати, а то и стокилометровой длины.
На фоне общей паники, спровоцированной не без помощи эмиссаров ФАГа, беды интраморфов отодвинулись на второй план, да и волна террора против них стала спадать — отчасти оттого, что они стали давать отпор, в основном же по причине участившихся провалов боевиков ФАГа, большинство которых принадлежали к южномусанскому союзу фундаменталистов и южноазиатским униям, разного рода орденам новых религий и молодежным формированиям ультраправых, радикалов и националистов. Провалы эти объяснялись скрытой работой отдела «контр-2» и синклита старейшин, которых не смутили угрозы президента Совета безопасности и директора УАСС.
Вскоре Ги Делорм, накопивший достаточно материала по терактам, объявил о результатах расследования по всеобщему информвидению. На следующий день председатель СЭКОНа был найден мертвым возле двери своего кабинета. Убитыми оказались и все пять человек обоймы прикрытия.
Удар этот застал врасплох сотрудников и руководителей «контр-2», однако они быстро оправились от замешательства и провели беспрецедентное по быстроте расследование трагедии, обнаружив соглядатая ФАГа в своих рядах. Им оказался заместитель председателя СЭКОНа, близкий друг покойного Аркадий Лютиков. Взяла его бригада перехвата Герцога буквально через пять часов после обнаружения трупов Ги Делорма и его телохранителей. Лютиков был настолько обескуражен, что не успел включить программу самоликвидации, которую тут же обезвредили пси-спецы «контр-2» (это была программа для «внутреннего пользования», записанная в мозг Лютикова эмиссаром ФАГа).
Заместитель главы СЭКОНа знал не много, но и того, что знал, оказалось достаточно, чтобы Велизар в резкой форме предложил уйти в отставку комиссару-прима ОБ Еранцеву, директору УАСС Шкурину и президенту Совета безопасности Алсаддану. По сути, это был ощутимый контрудар ФАГу в сфере земного социума, к сожалению, почти ничего не решавший, ибо деятельность ФАГа сместилась в иную плоскость. Выиграв время с помощью террора, весьма успешно нейтрализовав интраморфов, он начал вторую стадию вторжения в метагалактический домен, вернее, усилил свою деятельность в этом направлении, принялся «играть» с основами основ мироздания — его вакуумом и пространством, его константами и законами. Этот уровень его влияния на метавселенную людям, в том числе интраморфам, был уже почти недоступен. Да и понимали, что происходит на самом деле и что может произойти в будущем, лишь единицы среди паранормов, наиболее мощные умы. В «контр-2» это были Мальгрив, Велизар и Герцог, среди ученых — Ян Тот. И еще один человек — экзоморф, скиталец, охотник-одиночка Габриэль Грехов...
Угроза Велизара на завербованных Фундаментальным Агрессором паранормов, конечно, не подействовала, просто заставила слегка отступить, признать кое-какие факты, согласиться на «спецрасследование» и перестроить ряды, пожертвовав пешками, исполнителями самого низшего ранга, которые ни о чем не ведали, так как находились в состоянии «зомби».
Зато Алсаддан решил обратить на Велизара пристальное внимание, прекрасно понимая, что глава Всевеча не смог бы сделать заявление, не имей на руках козырей — собственной спецслужбы и сети информаторов-паранормов. Велизара необходимо было ликвидировать, как и начальников секторов стратегических исследований и пограничных проблем, Ратибора Берестова и Мигеля де Сильву. И с ними бывшего комиссара-прима ОБ Пауля Герцога.
Решение о ликвидации Хасан Алсаддан принял в два часа дня одиннадцатого августа, а в три часа с минутами об этом стало известно Герцогу.
В тибетском бункере собрались всего трое: Железовский, де Сильва и Герцог. Их переговоры велись несколько минут — мыслеобмен, будучи на два порядка информативнее и на три порядка быстрее обычной речи, большего не требовал.
«Необходим упреждающий удар,— сказал человек-гора, нависая над собеседниками; он был мрачен, как никогда.— Хотя мы выявили не всех сознательных помощников ФАГа, даже их ликвидация позволит изменить ситуацию в нашу пользу и заняться другими делами, не терпящими отлагательства».
«Велизар будет против,— сказал де Сильва.— Пружина сжимается, но еще прочна. Надо поймать их с поличным, при попытке уничтожения других людей. Результат будет гораздо весомее».
«Но я не уверен, что мы сможем предугадать место нападения и выставить контрзасаду. Как был убит Ги Делорм? Почему ни один человек из отлично подготовленной обоймы его прикрытия даже не вынул оружия, не подал сигнал?»
Де Сильва отвернулся, вместо него ответил Герцог: «Смерть Ги и его ребят действительно загадочна, все они умерли от остановки сердца, и у всех лица искажены изумлением и страхом! Да-да, именно изумлением и страхом, это установлено точно. Что могло их удивить и напугать одновременно — неизвестно. Я покопался в архивах и нашел подходящие случаи пятидесятилетней давности: таким примерно образом были убиты К-мигрантами ксенолог ИВК Вакула и эфаналитик Шохор: эксперты-медики тоже констатировали смерть от остановки сердца. Но дальнейшее расследование показало, что к ним были применены мощные гипноиндукторы, ранее неизвестные. И все же совпадение настораживает. Уверен, здесь также поработали К-мигранты, использовав что-то новенькое из своего арсенала. А может быть, и не из своего, а, скажем, из арсенала гуррах, кайманолюдей». «Их ареал еще не найден?»