Контрольный выстрел
Шрифт:
— Артур, это эмбрион! — Она спохватилась.— Привет, эрм. Снова поиски странного? — Непосредственную девочку она играла великолепно.— Нагуаль — это эмбрион, совершенно очевидно! Чужане что-то выращивают для своих нужд.
— Может быть, капусту? — хмыкнул Ставр. Видана вспыхнула.
— Очень остроумно! Я и забыла, что у вас по каждому поводу есть свое мнение. Вероятно, у вас, досточтимый сэр, найдется объяснение и нагуалю?
— Разумеется,— кивнул Ставр бесстрастно, удивляясь в душе тому обстоятельству, что каждая встреча с Виданой доставляет ему удовольствие.— Нагуаль — это бесконечно простой объект, проще даже математической точки и пареной репы.
На лице девушки отразилось разочарование, сменившееся гримасой насмешки.
— М-да, эрм, оригинальностью ваша гипотеза не отличается. Ну, я пошла отдыхать, Артур. Чао, мастер. Когда набредете на истину в отношении нагуаля, сделайте милость, поделитесь.
Ушла.
— Хорошая девочка,— сказал Левашов задумчиво.— Будущий лидер. К ней нужен особый подход. Кстати, она могла и не заходить ко мне со своим «открытием».
— Я тоже пошел,— поднялся Ставр.— До связи, Артур.
— А как же насчет выпить? У меня есть ароматнейший лунный мед, настоянный на хмеле.
Панкратов подумал и согласился.
Глава шестая
КОНТРРАЗВЕДКА-2
Сектор контрразведки был организован в отделе безопасности УАСС во время второго пришествия Конструктора в связи с террористической деятельностью К-мигрантов. После ухода Конструктора из Солнечной системы сектор несколько увял и претерпел сокращение численности оперативного состава, но когда в Системе и в пограничных мирах стали появляться чужане и неизвестные ксенологам существа, он был реорганизован и заработал с прежней силой. Начальником его стал интраморф Джордан Мальгрив, бывший сопредседатель СЭКОНа.
Однако мало кто знал, даже в высших эшелонах власти, что существуют два сектора контрразведки: один как бы официально признанный, внешний, а второй — внутренний, закрытый для прямого контроля правительства и именуемый «контр-2». Обоими руководил Мальгрив, но отчитывался при этом разным шефам: за работу первого — Шкурину, за работу второго — непосредственно конспиратсовету безопасности, одним из членов которого был Велизар, архонт Всемирного Веча. И работали в «контр-2» глубоко законспирированные агенты с высокими коэффициентами интеллекта и ответственности, вроде Прохора Панкратова, отца Ставра.
Конечно, специфика работы сектора была во многом иной, нежели у контрразведок эпохи государственного обособления, но методы остались практически теми же, разве что возможности возросли многократно в соответствии с высоким уровнем научно-технического потенциала.
Представив доклад о нынешнем положении дел Еранцеву, Мальгрив в этот же день был принят Велизаром, отчет которому звучал в совершенно иной тональности.
Встретились они в личном модуле психологической разгрузки архонта Всевеча, защищенном не хуже, чем бункер, оборудованный Железовским в Тибете.
Велизар, как всегда, выглядел отцом почтенного семейства, озабоченным повседневными делами. Мальгрив был рассеян, малоулыбчив и казался готовым услужить всем и каждому доброхотом. Правда, те, кто представлял его себе таким, очень сильно ошибались.
Привычно проверив охранные системы собственных тел, оба так же привычно уселись в удобные, хотя и старомодные кресла. Кроме кресел, столика с фруктами и сегментно-фасетчатого глаза инка на стене, в этом небольшом куполовидном помещении ничего не было.
«Как всегда, начну с плохих новостей,— начал Мальгрив, глядя на фрукты — яблоки, груши, бананы и киви; один из плодов киви вдруг всплыл над столом и переместился к лицу начальника контрразведки. Мальгрив откусил, пожевал и с видимым равнодушием доел плод.— Двое сотрудников моего отдела — официальных, конечно,— убиты, а следствие топчется на месте. То же самое и у Берестова: человек, который работал на эмиссара, утонул. Ясно, что ФАГ перестраховался, убрав своих агентов, готовых вот-вот провалиться, но как он это сделал — загадка. У убитых лица такие, будто они увидели нечто ужасное. Но это все! Никаких следов на теле, никаких внутренних кровоизлияний и травм, оба умерли от остановки сердца».
«Может быть, это результат гипервнушения?»
«Нет характерных пси-цепочек в мозгу, «трасс порогового просачивания», как говорят медики. Но это не главная наша неудача. К сожалению, мы слишком поздно узнали, что существует карта местоположения нагуалей. Не только в Галактике, но в домене!»
Велизар молча слушал, не меняя выражения лица.
«Эта карта была составлена Греховым давно,— продолжал Мальгрив,— но нам стало известно о ней несколько дней назад, причем случайно, от Ставра Панкратова. Предполагаем послать на проверку его отца. Если информация подтвердится...»
«Это серьезная недоработка,— уронил наконец Велизар.— Неужели о карте никто не знал?»
«Знал Лабовиц, но без разрешения Грехова не рискнул никому сообщить об этом. В общем-то, шанс наверстать упущенное у нас еще есть, потому что и ФАГ не знал о существовании карты. Другой вопрос: откуда Грехов добыл координаты нагуалей? Да еще, судя по всему, полсотни лет назад! Далее. Возникли проблемы в системах Чужой и Тартара. ФАГ сумел настроить чужан таким образом, что наши спейс-машины преследуются и к нагуалям не подпускаются. Зато возле них замечены машины неизвестных нам конфигураций. В том числе и орилоунов. Кстати, слышали гипотезу? Если чужане — функционально потомки тартариан, то есть те же тартариане, только сумевшие эволюционировать и вплотную подойти к проблеме выхода в наше пространство, то орилоуны суть потомки чужан! Иначе говоря, это чужане, но уже вышедшие в наш мир из-под скорлупы своего континуума.
Велизар сверкнул улыбкой.
«Эту гипотезу предложил Ян Тот?»
«Нет, Артур Левашов и его ученик».
«Очень способный молодой ученый. Необходимо его поберечь».
«Мы прикрыли его, не беспокойтесь. Жаль, что не успели помочь Степану Погорилому, но никто не знал, над чем он работает. Кроме Ставра Панкратова. Не слишком ли много делает ошибок этот эрм?»
«Его не очень умело ориентировали в деле ФАГа, отсюда ошибки. Да и молодо-зелено, знаете ли... Что у вас еще плохого в портфеле?»
«Нападения на интраморфов учащаются, и делает это в основном мусанский «легион плаща и кинжала». Но к ним все чаще присоединяются К-мигранты и кайманолюди, оружие которых не имеет аналогов в земной истории техники. Эксперты уже разобрались с одним из видов этого оружия, разберутся и с остальными, а перед нами встала задача поисков планеты кайманоидов. И, наконец, главные проблемы. В результате эксперимента Погорилого в лесу под Владимиром образовалась «яма», засасывающая воздух, песок, почву, растения, короче — все, и радиус этого захвата все увеличивается. Как увеличиваются и размеры нагуалей. Особенно это заметно по Большому Ничто возле Копа де Плата: размеры тамошнего нагуаля растут по экспоненте и достигли уже ста миллионов километров! Мало того, он бросает «нити» — отростки толщиной от микрона до миллиметра, наблюдать которые очень трудно. Однако последний из отростков устремлен в сторону...»