Чтение онлайн

— Не нуди! Врубай! Сейчас! — я выстрелил в вырвавшегося вперед сетника, машинально отметив, что патронов больше нет, размахнулся и метнул факел прямо в толпу. Полыхнуло, сетники откатились назад — но незначительно. Их было слишком много, и они были слишком близко. Еще несколько секунд, и…

[АКТИВАЦИЯ НЕЙРОГЕНА] — вспыхнула перед глазами надпись, я развернулся, выхватил у оторопевшего Серого топор, и, подняв его над головой, прыгнул вниз.

Поехали, повеселимся!

Последнее, что я запомнил — громкий треск черепа воина сетников, когда в него врезалось лезвие топора. А потом меня подхватило, закрутило и унесло на обрушившейся девятым валом волне нейрогена.

Я рубил, резал, кромсал, бил, бросал, рвал и ломал. Уклонялся, отпрыгивал, отшатывался и шел в атаку. Лицо залито слизью, своей и чужой кровью, мышцы гудят от напряжения, как электроподстанция, кровь долбит в мозг, сердце грохочет так, будто собирается выпрыгнуть из груди. Я — возмездие, я — страх и ужас, я — воплощение бога войны на этой грпезной земле, я — сама смерть!

[ВНИМАНИЕ!!!]

Зафиксировано критическое снижение жизнеспособности. Дальнейшее использование нейрогена может привести к гибели носителя.

Активация нейрогена заблокирована.

Чего? Какого…

Я зашатался и рухнул на спину, больно ударившись о ступени. Надо мной нависла оскаленная морда сетника, я попытался вскинуть руку, чтобы защититься, но, кажется, я теперь абсолютно не владел своим телом. Сетник довольно ощерился, размахнулся копьем… И опрокинулся вниз, прямо на своих сородичей, когда сверху по нему хдестнула автоматная очередь. Ступени задрожали — кто-то бежал. Картинка плыла, зрение заволокло туманом, и я чувствовал, что медленно, но верно скатываюсь в темную пучину беспамятства. Нет, только не это! Твою мать…

Чьи-то сильные руки дернули меня, подхватили и поволокли наверх. Над ухом коротко и отрывисто стучал автомат, раскаленная гильза попала мне за шиворот, обжигая кожу, но я даже ругнуться не смог. Кто-то кричал, над головой мелькали ребра перекрытия… Новый рывок — ступени кончились. Меня поволокли еще быстрее. Снизу раздавалось злобное шипение, свист и гортанные вопли. Перед глазами на миг мелькнула девичья фигурка. Девушка размахнулалсь и швырнула вниз массивный цилиндр. Через секунду павильон метро отсветила вспышка, настолько яркая, что стало больно глазам, внизу гулко бумкнуло, и резко наступила тишина. Плотная, уютная и вязкая, резко контрастирующая с тем хаосом, что царил здесь всего секунду назад. Вместе с ней пришла и тьма. Теплая и ласковая. Настолько приятная, что я решил ей не сопротивляться, расслабился и скользнул в ее объятия. Всего на секундочку. Совсем чуть-чуить отдохну и продолжу убивать. Обязательно продолжу. Только чуточку позже. В конце концов, хотя бы несколько секунд отдыха я заслужил.

— А я говорю, надо убить его и сваливать отсюда, — слова ввинтились под череп раскаленным сверлом, я даже смысл их не сразу понял. — Пока сетники не приперлись!

— На улице день. Сетники днем не выбираются, ты сам знаешь, — если первый голос был мужским, слегка гортанным и грубым, то второй был высоким, приятным и несомненно принадлежал женщине.

— Да какая разница? Не сетники, так этот очнется. Ты видела, что он творил там, внизу? Уверена, что хочешь с ним связываться, когда эта машина смерти в себя придет?

Машина смерти — это я, да. Приятно познакомиться. Вот только сейчас у этой машины явно закончилось горючее…

— Он нас спас, Серый, — женский голос звучал укоризненно.

— Потому что знал, что сам не выберется! А дальше… Ты видела татуировку у него на запястье? Это гребаный киборг! Хочешь на переработку отправиться?

— Он не может быть киборгом! — девушка повысила голос. — Он вел себя совсем, как человек! Ты же сам его вытащил!

— Потому что не видел, кого тащу… То, как он себя вел, еще ничего не доказывает, — мрачно буркнул Серый. — Лиса, у него Клеймо Эдема! Он — проклятая тварь! Такая же, как и остальные! Забыла судьбу Седьмого Убежища? Те, кто впустили его, тоже думали, что он — человек!

— Это не он! Не может быть он! — горячо возразила девушка.

— Со мной-то не спорь! Я видел записи! Эту рожу никогда не забуду! Он вырезал всех, подчистую! Сорок пять человек!

— Вот только тот, кто разорил Седьмое Убежище — мертв., — мрачно ответила девушка. — Ты обознался, Серый.

— Я не собираюсь проверять, обознался я, или нет, — мрачно отрезал мужчина. Я услышал шорох одежды, треск камешков под подошвой, сделал над собой усилие и открыл глаза.

Прямо надо мной стоял Серый. Губы сжаты, глаза прищурены, в руке — пистолет весьма неслабого калибра… И ствол этого пистолета сейчас смотрел мне прямо в лицо.

— Доброго дня, господа, — с трудом разлепив пересохшие губы, прохрипел я. — И дамы тоже. Рад видеть, что вы в порядке. И, если уж я случайно подслушал ваш разговор — не объясните ли мне, что тут, мать вашу, происходит? И какого хрена мне тычут в лицо пушкой?

Лицо Серого исказила гримаса.

— Я же говорил, что его нужно валить сразу! — прорычал он, и утопил спуск.

Ну нихрена себе сходил за хлебушком!

Грохнул выстрел.

Я даже не понял, что произошло, потому как все, на что меня хватило — откатиться в сторону. И, полагаю, сделал я это сильно медленнее, чем летела пуля. Тем не менее, я все езще жив. А почему? Кое-как приподнявшись на локтях, я повернулся к Серому и нахмурился.

На его руке всем весом, не давая снова вскинуть пистолет, повисла Лиса. Серый, рыча, пытался ее стряхнуть, но девушка держала крепко.

— Не дури, Серый! — почти кричала она. — Ты что творишь?

Слушать ее Серый не спешил. Сцепив зубы, он пытался отбросить девушку, и, кажется, был близок к тому, чтобы ее ударить. Так. Кажется, настало время вмешаться.

Собрав все силы, я оттолкнулся от земли и встал. Меня качнуло, в последний момент удалось удержать равновесие и не распластаться, но колени подрагивали. «Все, что не убивает — делает нас сильнее», как брякнул кто-то из философов. Сильнее, ага… Посмотрел бы я на него после инъекции нейрогена!

— А ну хватит! — рыкнул я.

Однако, вместо того, чтобы успокоиться, Серый отшвырнул, наконец, свою подругу в сторону, и вскинул пистолет, целясь мне в голову. Ствол заметно гулял из стороны в сторону. Ба, да он боится! Несмотря на то, что оружие — у него, а не у меня. Интересно девки пляшут…

— Тихо, тихо! — я поднял руки на уровень груди и показал открытые ладони. — Я не знаю, что на тебя нашло, дружище, но мне казалось, что «спасибо» говорят несколько иначе.

— Назад отошел! Слышишь? Быстро! — дрожащим голосом заорал Серый. — Отошел! Или я выстрелю!

— Стреляй, — пожал я плечами. — Только рекомендую сразу подумать о том, что будет, если ты меня не убьешь с первой попытки. Потому что второй я тебе не дам.

Конец фразы я буквально отчеканил, сам удивившись лязгнувшему в голосе металлу. Впрочем, чего удивительного? Я этого урода спас, а он в меня теперь пушкой тычет. Тут кто угодно взбесится.