Чтение онлайн

Я нажал кнопку. Раздался щелчок, и шар раскрылся, будто очищенный апельсин. Из него ударили тонкие голубоватые лучи, рисуя в пыльном воздухе лазерную проекцию.

Передо мной был мужчина. Немолодой, лет семьдесят. Блестящая лысина, густая седая борода, аккуратная рубашка с галстуком и тот самый халат. На носу — старомодные прямоугольные очки. Мужчина посмотрел прямо в камеру и заговорил.

— Итак, испытания прошли успешно. Квантовый резонатор стабильно держит канал при тестовом разнесении на двенадцать километров. Потеря пакетов — отсутствует. Учитывая, что для передачи не требуется стандартный радиочастотный канал, смею предположить, что мы совершили маленькую техническую революцию. Теперь Эдем может обмениваться данными со своими узлами и юнитами практически мгновенно, в режиме реального времени, невзирая на любые помехи и препятствия. Завтра проведем дополнительные испытания, но в целом — можно открывать шампанское. У нас получилось!

Профессор улыбнулся, протянул руку, и изображение погасло. Конец файла.

Интересно. Кажется, что-то вроде личного дневника исследований. И снова Эдем… Впрочем, чего я ожидал? Навряд ли рестранслятор поставили бы во дворе здания, не имеющего отношения к проекту… Ладно, посмотрим, что там дальше.

Я снова нажал на кнопку. Запустился следующий файл. На «экране» снова появился тот же профессор. Сейчас он выглядел радостным и возбужденным.

— Мы провели испытания по передаче сигнала в сложной среде. И значете что? Не знаете. А я вам скажу: полноценный канал связи с тестовым юнитом в восемнадцати километрах отсюда! Под землей! Сквозь бетон, армированную сетку, и даже экранирующие панели. Ретранслятор даже не нагрелся! Это уже не перспективная разработка. Это — хребет новой цифровой цивилизации. Уверен, руководство подпишет расширение штата. Это победа, друзья!

Следующий файл. Невнятная тарабарщина, изобилующая терминами и формулами. Следующий файл. Технические отчеты. Следующий файл. Таблицы и графики. Следующий файл…

Снова изображение профессора. На этот раз он выглядит озадаченным и озабоченным.

— Мы обнаружили аномалию. Произошло это при анализе трафика. Помимо основной передачи — координат, пакетов обслуживания, тактических данных — в каждом пакете есть зашифрованные данные, не поддающиеся декодированию. Мы прогнали их через все известные шифры. Ноль. Ни по военным таблицам, ни по внутреннему протоколу GenTek они не вскрываются. Мы запросили мастер-ключ в штаб-квартире GenTek… И знаете, что они ответили?

Профессор выдержал паузу.

— Они ответили, что ничего не кодировали. То есть… Либо нам врут, либо… Либо Эдем сам закодировал эти пакеты. В таком случае…

Новая пауза.

— Я бы очень хотел, чтобы нам врали.

Конец записи. Я пощелкал кнопкой, но тщетно — других файлов на накопителе не отказалось. Впрочем, и тех, что были, хватило, чтобы повергнуть меня в глубокую задумчивость.

— Интересно девки пляшут, — пробормотал я. — Симба, ты можешь как-нибудь прокомментировать это?

— Я…

Симба начал что-то говорить, но я его не услышал. Виски вдруг прострелило ужасной болью, картинка поплыла, и я рухнул в темноту. В глазах рябь, будто на экране старого телевизора, потерявшего сигнал, в ушах — гул… Яркие вспышки стробоскопом, треск помех… А потом меня захлестнуло потоком образов.

Вспышка.

Проливной дождь. Под ногами — гладкая поверхность с металлической текстурой. Стальной пол. Палуба корабля. Что-то… Нет, что-то другое. Не знаю.

За спиной кто-то кричит.

Я не оборачиваюсь.

Мои руки в черных перчатках, пальцы дрожат, но не от страха. От возбуждения.

В левой — ключ-карта. Без опознавательных знаков. Только цифра: 0.

Я прикладываю ее к считывателю.

Красный огонек…

…Мигает.

Зеленый.

Щелк.

Вспышка.

Глянцевый пол. Монотонное гудение. Я иду по ярко освещенному коридору, свет льется из-под ног, заливая все вокруг. Справа — витрины с чем-то, похожим на органы, плавающие в капсулах.

Я не смотрю. Я уже их видел.

В отражении — силуэт в черном. Шлем скрывает лицо.

Я не узнаю себя, но знаю, что это я.

Я останавливаюсь.

Впереди — дверь. Массивная, сейфовая, с кодовым замком.

Рука тянется к панели.

Я знаю, что нельзя.

Я всё равно ввожу код.

Вспышка.

Темнота. Плотная, пульсирующая, беспросветная.

Голос — ровный, мужской, без выражения.

— Совместимость — девяносто девять процентов. Жизненные показатели — в норме. Объект стабилен. Начинаю процедуру синхронизации.

Я не знаю, к кому обращён этот голос.

Но я чувствую, что он говорит обо мне.

Вспышка.

Я пришел в себя на полу. Череп раздирало пылающей болью,я валялся на боку в позе эмбриона, обхватив руками голову и прижав колени к животу.

— Симба, — прохрипел я, отдышавшись. — Что это было?

— Вирусное заражение скачкообразно прогрессирует, — бесстрастно отозвался ассистент. — Когнитивный отклик — ниже среднего. Наблюдается генерация паразитных электрических сигналов в синаптических связях. Предыдущий прогноз неактуален. Рекомендуется как можно быстрее посетить медицинский модуль Эдема.

— Паразитные сигналы, значит, — пробормотал я, пытаясь подняться. Боль понемногу утихала, но еще не отступила вовсе, угнездившись где-то в правом виске. — Как это я сам сразу не догадался? А что значит «прогноз неактуален»? Сколько у нас времени, железяка?

— Рекомендуется посетить медицинский модуль Эдема в течение ближайших двенадцати часов. В противном случае…

— Хватит! — рыкнул я. — Я помню, что в противном случае, хватит долдонить одно и то же!

Поднявшись, я достал из заплечного мешка воду, сделал несколько глотков а остатки вылил на лицо.

Двенадцать часов, значит? Что ж. Это целая прорва времени. Всего-то и осталось, что перенастроить рестранслятор, вернуться на станцию Эдема и найти этот их медицинский модуль. Легкая прогулка по мегаполису раскланиваясь с приветливыми и милыми горожанами.

— Хочу отметить, что отрицание очевидных фактов не приведет к достижению результата, — будто бы обиженно проговорил Симба.

— О, да ты делаешь успехи, — невесело усмехнулся я. — Почти как мой сержант в учебке заговорил! Хвалю.