Чтение онлайн

Эта мысль безмерно опечалила Васпира и он опустил глаза. Карамер, глядя на двух висельников, испытывавших такую привязанность друг к другу и не желавших расставаться даже в богатстве, чуть не захохотал, но потом сдержался, памятуя о кулаках Кадона.

— Я буду помнить тебя вечно, Васпир, — пообещал Кадон, роняя слезы в дорожную пыль.

— Я тебя тоже не позабуду, — уверил его Васпир, беря за руку и крепко ее пожимая.

— А я огрею вас своей палкой! — заревел Ях, возвращаясь к ним. — Ежели не бросите вы молоть всякий вздор. Нашли время, когда клясться в дружбе и верности.

А Карамер счастливо улыбнулся — он вдруг понял, что Ях скорее отдаст драгоценный перстень первому встречному, чем прогонит Кадона и Васпира от себя.

От тряски, голода и чужих незнакомых голосов найденыш то и дело заливался таким горьким отчаянным плачем, что у Карамера сжималось от жалости сердце. Кадон лишь молча скрипел зубами, стараясь не показать Яху своего великого раздражения.

— Ях! — проскулил Васпир, оставляя всякие попытки успокоить младенца песенками и потешками. — До Опелейха нам не дойти.

— Не дойти, — согласился старик и остановился. — Но и бросить этот визгливый комок мы не можем.

Он почесал голову и едва слышно произнес:

— Где же ты, брат? Неужто не подсобишь?

И тут же, словно устыдившись своей слабости, бодро добавил:

— Идемте же быстрее! Нам нужно поспеть до ночи!

Куда поспеть Ях не сказал, но все послушно припустили за ним.

Очень скоро они заметили огни. Чуть вдали от дороги стоял небольшой каменный дом с добротной новой крышей. Маленькие оконца были вымыты, порог чисто выметен выметен, на ступеньках стояли глиняные горшки с цветами, а вокруг мирно щипали травку жирные важные утки.

— Вот нам стол и вот нам дом! — обрадовал своих попутчиков Ях, постучав в дверь. — Переночуем здесь.

— А мы не убьем хозяина как в тот раз? — нерешительно спросил Карамер, вспомнив, чем закончилось для Эрбидея его гостеприимство.

— Что? — рассердился Ях. — Конечно, не убьем! Аль я по-твоему убивец?

Дверь отворилась и высокая баба с усталым лицом выглянула наружу.

— Мир тебе, хозяюшка! — поприветствовал ее старик, растягивая губы в улыбке. — Не найдется ли у тебя куска хлеба для несчастных скитальцев?

— Мы тут с ребеночком! — жалобно добавил Васпир, указывая на вконец обессилевшего от плача найденыша. — Не будет ли глотка молочка?

Женщина окинула взглядом незваных гостей и кивнула.

— Заходите, — сказала она, пропуская их внутрь. — Муж сейчас будет.

Ях опустился на скамью и вытянул ноги.

— Вот ведь судьба у старика! — с деланной горечью пожаловался он. — Цельный день ногами идти да милости у чужих людей выпрашивать.

Хозяйка молча налила в миску молока, покрошила туда хлебного мякиша и подозвала Карамера, который так и держал младенца на руках.

— Дай его мне, — попросила она, садясь у печи.

Карамер осторожно передал ей ребенка, а сам примостился рядом с Яхом.

— Хороший дом, — снова подал голос старик, оглядывая убранство. — Век простоит!

— Муж строил, — ответила женщина, кормя младенца.

— Для детей поди старался? — предположил Ях.

Ответить ему не успели — дверь отворилась и в дом вошел сам хозяин.

— Господин! — первым, как и всегда в таких случаях, поздоровался Ях. — Мир дому твоему! Жинка твоя согласилась нас приютить.

Хозяин тоже не отличался многословностью — он, как и жена, лишь молча кивнул своим неожиданным постояльцам.

Младенец, насытившись и отогревшись, выпростал из тряпья крошечный розовый кулачок и крепко ухватил свою кормилицу за палец.

— Откуда он у вас? — спросил хозяин, внимательно разглядывая старика.

— Нашли на дороге! — опередил своего предводителя Васпир, за что тут же получил кулаком в спину от Кадона.

— Ай! — взвизгнул Васпир. — Не надо было говорить?

— Замолчи, дурак! — прошипел Кадон, рассерженный болтливостью своего друга.

— Так и есть, — вдруг поддержал болтуна Ях. — Нашли на дороге. Несем в Опелейх. Там, коль боги помогут, сдадим на поруки моей родной сестре. Она, что называется, баба кормящая, с голоду помереть не даст!

Карамер мог поклясться, что Ях только что выдумал себе сестру, но зачем он это сделал, ответить не мог.

— Переночуйте здесь, — предложил хозяин. — Двое на полу поспят, двоих в сарай положу. А пока я вам постели ищу, жена вас накормит.

Но женщина, казалось, не слышала его: она качала ребенка, напевая ему колыбельную.

— Я с тобой, хозяин! — забыв прикинуться немощным и слабым, вскочил на ноги Ях. — Пойду помогу. Эй, остолопы, — обратился он уже к своей троице, — а ну вышли на свет божий! Неча воздух в дому портить!

Карамер с висельниками остались ждать на крыльце, а старик вместе с хозяином обошли дом кругом.

— Чой-то я детишек у тебя не вижу, — снова начал разговор Ях, озираясь по сторонам. — Загуляли где?

— И не увидишь, — буркнул хозяин. — Не нажили их.

— Ой, какая беда! — запричитал Ях. — Какой же дом без детей-то?

Хозяин сжал кулаки.

— Будто это моя воля!

— Тоже правда.

И они вернулись в дом. Хозяйка уложила ребенка в большую корзину и теперь собирала на стол, чутко прислушиваясь и то и дело оглядываясь.

— Вкусно! — похвалил ее Ях, полной ложкой зачерпывая горячую похлебку. — Давно так сытно не ел.

А боров Кадон даже попросил добавки.

— Я на полу посплю! — заявил старик, когда все поели. — Карамер, ты тоже. А вы, дурни, идите в хлев. А то своим храпом добрым людям покою не дадите!

Женщина вытащила ребенка из корзины и унесла с собой в ложницу. Ее супруг, убедившись, что надоедливый старик наконец-то угомонился, погасил свечу и пошел за ней.

— Прикипишь ведь! — услыхал Карамер его голос из-за закрытой двери.

— Ну и пусть! — ответила ему жена.

— Как знаешь… — устало сказал хозяин.

Не успел мальчик задремать, как его разбудил тычок в бок.

— Хватит спать, лежебока! — зашипел ему на ухо Ях. — Идти надо!

Ничего не понимая, Карамер сел на полу.