Чтение онлайн

Вида закашлялся и не договорил.

— Ты купил наши жизни, — подал голос все тот же раб, что говорил с ним раньше. — Ты наш хозяин, хочешь ты этого или нет. Мне не нужны ни твои милости, ни жалость. Я заслужу свободу своими делами, и лишь потом уйду отсюда.

— Как тебя зовут? — спросил Вида, пораженный такими речами.

— Керел, — ответил тот. — Керел Обдомар.

Раньше Вида часто спрашивал себя, как Хараслат с первого взгляда понял, что перед ним был стоящий воин, а не необученный босяк? А теперь, став главным хардмаром, он и сам научился различать людей. Этот раб, что так нахально скалил зубы и дерзко отвечал на вопросы, был не похож остальных, которые давно потеряли человеческий облик.

— Валён! — указал Вида на тех, кто пришли в отряд по доброй воле и теперь кучкой стояли по его левую руку. — Поговори с ними.

Валён кивнул.

— Керел, — обратился Вида к койсойцу, — а ты иди за мной.

Койсоец, победно окинув всех взглядом, грузно зашагал вслед за Видой.

Хардмар привел его в свой шатер.

— Располагайся, — сказал он. — И расскажи о себе.

Керел откинулся на подушках.

— Что ты хочешь знать обо мне, хардмар? — нагло спросил он Виду.

— Все, что захочешь мне поведать, — ответил Вида.

— Нет ли у тебя чего, чем мог бы я смазать горло? Рассказ-то получится длинным.

— Позади тебя есть бутыль из черного стекла. Там водка.

— Благодарствую, хардмар, — поднял он бутыль и сделал глоток. — Койсойская!

Вида усмехнулся.

— Раньше я думал, что дряннее напитка еще не придумали в этом мире, теперь что в рот не возьму, так все водой кажется.

Керел расхохотался — ему сразу расхотелось нагличать и дерзить. Такой хардмар ему нравился.

— Я — знахарь, — начал он без всяких предисловий. — И ксененежич. Обучался лечебному делу аж в самом Опелейхе. Оттуда и выучил ваш язык.

— Ксененежич? — спросил Вида. Он был наслышан об этом племени от Асды.

Керел кивнул.

— Хочешь узнать, как я оказался в Койсое, верно? Я скажу… Ксененежичи не любят незваных гостей, почти как всгорцы, с которыми мы делим одну землю! Однажды дозорные заметили на наших высотах отряд чужаков. Они сказали, что отрядец тот был маленьким и слабым. Отправилось двенадцать воинов. — Керел сделал еще глоток. — Одни лишь боги ведают, что там было, а чего не было. Но не вернулся никто. Наутро мы пошли поразведать, что же случилось с нашими друзьями, и нашли мы лишь троих. Раненых, которые еще жили. А были и мертвые. А когда мы понесли живых вниз, по крутой тропке, по которой так трудно идти и совсем нельзя убежать, на нас и напали, — тут он грязно выругался. — Проклятые нордарские свиньи! Мы, бывало, тоже нападали на их торговые обозы, но так кто нынче живет лишь честным трудом? А они отомстили нам. Сторицей отплатили за все обиды. Сковали по рукам и ногам и переправили в Койсой на торги.

— Давно ли это было? — спросил Вида.

— Зима уже настала, да только снега не было. В том году он запоздал.

Вида поднялся со своих одеял.

— Тебя послали сами боги, — сказал он Керелу. — Лекарь нам нужен больше водки.

— Я-то все могу. Я по лекарской части ученый.

— Тогда и приступай. От прежнего лекаря осталась его сумка да кое-какие травы, мази и присыпки. Раз в луну мой человек ездит на ярмарку в город, где на деньги оградителей покупает все, что они ни попросят. Но ты здесь лекарь, и поэтому я оплачу твои заказы.

— Я согласен! — сказал Керел. — И спасибо, хардмар. За то, что вызволил нас оттуда.

Вида пожал протянутую ему руку.

— Будь проклят Койсой в веках! — ответил он.

Выпроводив Керела, Вида снова засел на письмо Персту Низинного Края, в котором сообщал о кончающихся запасах и только растущих нуждах оградителей.

Валён, как и приказал ему Вида, поговорил с новыми оградителями.

— Некоторые долго не протянут, — сообщил он хардмару. — Как их только ноги донесли… Гниют изнури, или точит их иной недуг, но умрут они раньше, чем возьмут в руки меч и дадут рийнадрёкцам хоть один бой.

— Сколько их? — спросил Вида.

— Сюда пришло больше сотни, вместе с рабами, с десяток умрут еще до исхода этой луны, а еще с два десятка протянут разве что до середины зимы.

— Керел вылечит их, — убежденно сказал Вида. — Он лекарь.

Он дал всем отдохнуть и выспаться, а на следующий день вновь собрал оградителей на лобном месте. Когда пришлаки выстроились перед хардмарами, Вида заметил, что у многих тоска и горечь в глазах немного померкли.

Валён почесал затылок и сказал:

— Большинство из них никогда не держало в руках ничего, кроме ножа. Как и я в свое время. Но работы здесь много.

Сотня тех, кому предстояло заменить собой павших братьев, глядели себе под ноги. Они и впрямь совсем не походили на воинов.

— Я сдюжу, — ответил Вида. Он понимал, что из всех новоприбывших ему нужно выбрать тех, кто сразу сможет принести отряду и всем оградителям хоть какую-то пользу.

— Есть ли из вас те, кто обладает знаниями да умениями, которые пригодятся нам на службе? — спросил он.

Керел, который тоже был здесь, перевел ксененежичам его слова.

Новенькие переглянулись, но смолчали.

— Не бойтесь же! — подбодрил их Вида. — Каждый, кто что-то умеет, будет в отряде на вес золота!

Из толпы вышел один человек — тот, который давеча, не таясь и не боясь, держал в руках нож.

— Я умею! — сказал он. — Я был надзирателем во Всгоре. Охранял пленных.

Вида спиной почувствовал, как Ракадара передернуло от этих слов.

— Тут нечем гордиться, это верно, — продолжал всгорец, заметив взгляд, которым жег его Ракадар, — но нечего и стыдиться. Круж Сабохват славился тем, что у него при переправе не умер ни один пленник.

— Это хорошо, — согласился Вида.

— Я перевозил людей из одного отряда в другой, иногда переправлял их и в столицу. У нас никогда не было спокойно, поэтому надзиратель жил не шибко-то хорошо. Ему часто бывало хуже его кандальников.

Вида заметил, что Асда что-то жарко шепчет Валёну, и решил дать второму хардмару слово.

— Я беру всгорца в свой хард, — сказал тот, еще раз оглядев великана с ног до головы. — Мне такие нужны.

Асда улыбнулся и мстительно поглядел на Ракадара, который от бессилья лишь сжал кулаки. Ракадар знал таких, как Круж — в Койсое они находили себе приют десятками. И уж точно они не были добрыми друзьями тем, кто по воле богов потерял свободу.

— Идет! — согласился Вида. — Еще кто-нибудь?

Но пришлаки лишь качали головами. Среди них не было ни мастеров, ни умельцев, ни ратников, иначе они бы не оказались в оградительном отряде.

— Завтра поутру собраться всем на учебной площадке! — сообщил Вида. — Я поучу вас обращаться с мечом.

На том все разошлись. Один Ракадар остался стоять позади Виды, словно истукан.

— Что случилось? — спросил его хардмар, почесывая свои шрамы.

— Зачем ты принял всгорца? — выпалил Ракадар. — Разве ты не слыхал, кем он был?