Чтение онлайн

– Открыть ворота!
– приказал Звездочет-Клоун, и Спрунты бросились со всех восьми ног выполнять его распоряжение. Ворота протяжно заскрипели и распахнулись. Крылатки с места рванули карету. Старец важно махнул Спрутам, и через мгновение беглецы очутились далеко в море. Избежав смертельной опасности, они свободно вздохнули.

– Где ты взял этот камень?
– подозрительно спросил Храбрый Ерш.

– Его потерял, удирая, тайный соглядатай Четырехглазнка,- ответил мудрец.

– Да, это верно!
– подтвердили Крылатки, мерно взмахинвая плавниками.

Смешинка забеспокоилась:

– Скоро покажется Стена Ядовитых Медуз! Нужно будить Морского Языка.

Они долго тормошили и толкали бесчувственное тело. Нанконец Язык со стоном приподнялся и схватился за голову.

– 0-ох! Как будто Акула-Молот колотит по моей бедной маленькой голове... Ну и ядовит же этот проклятый сок!

Звездочет-Клоун остановил карету и исчез в зарослях морнских лилий. Через некоторое время он вернулся, неся полную раковину густого оранжевого напитка.

– Это нектар морских лилий. Выпей, и тебе станет легче. Язык жадно хлебнул.

– Ух как вкусно!

Он то и дело прихлебывал из раковины, так что когда канрета приблизилась к первым дозорным Медузам, Язык болтал без умолку и остановить его было невозможно.

– Эй, Медузы!
– закричал он, едва завидев белые купонла.Приветствую вас! Мое сердце переполнено печалью из-за того, что везде только и говорят: Медузы, Медузы! Ах какие мягкие создания! Если кто слабоволен, не умеет добиться свонего, всем подчиняется, то о нем говорят: он как Медуза! Ваше имя стало обозначать всякое дряблое, безвольное тело. Но ведь это не так!

Собравшиеся вокруг Медузы одобрительно зашумели.

– Медузы могут любому показать пример целеустремленнности и деловитости!
– закричал Язык, хлебнув из раковинны.- Когда-то они носили твердые непробиваемые панцири, но потом сбросили их. Почему? Да потому что они настолько сильны, что не нуждаются ни в каких панцирях! Вспомните подвиги Медуз, которые окружали и уничтожали даже Китов, Акул, Кальмаров всех, кто под стрекало попадется...

Он долго еще говорил о достоинствах быстроходных Портунгальских корабликов, о гибкости Венериных поясов, о красоте светящихся Полярных и Тропических Медуз, о грозной ненустрашимости Цианей, о многочисленности Аурелий и Обелий, о коварстве Крестовиков. Беглецы и сами заслушались его, а когда посмотрели вокруг, в глазах засверкало: мириады Мендуз собрались у кареты, слушая речь Языка и млея от воснторга.

– Так давайте же докажем миру, что Медузы способны быть не только студенистыми и мягкими, но и твердыми, как скала! Давайте сосредоточимся в едином усилии, соберем волю в кулак, сожмемся, подберем под себя стрекала и окаменеем! Раз-два-три!
– Язык отбросил пустую раковину и упал на дно кареты.

– Все... Готово,- сказал он слабым голосом.- Теперь эти твари окаменели до самого вечера. Я... заговорил их.

И действительно. Медузы на глазах уменьшались, съежинвались в маленькие комочки и камнем шли на дно. Они легли одна на другую толстым слоем, который блестел и переливался в утреннем свете. Даже Португальские кораблики и Паруснинки выпустили из своих парусов воздух и погрузились в воду. Путь впереди был свободен.

– Вот когда и Язык бывает полезен,- сказал Звездочет-Клоун.

– Ура Языку!
– крикнули беглецы.

Но Язык спал мертвецким сном. Только язык его тихонько и невнятно бормотал что-то.

Крылатки с новой энергией несли карету вперед. Дно, усенянное комочками "заболтанных" Медуз, казалось выстеленнным прозрачной зернистой икрой. Сначала путешественники улыбались, глядя на эту диковинную картину, потом всеми овладела озабоченность.

– Кальмары - это не Медузы,- пробормотал Звездочет-Клоун, скептически осматривая раковину, которую подарили им музыканты из замка.Их трудно чем-то пронять... Ну что ж. Храбрый Ерш, играть придется тебе, только не знаю, какую музыку...

Бунтарь взял раковину и приложил к губам:

– Духу у меня хватит!

– Погоди, - сказала Смешинка.
– Они наказывали: игнрать только в Струях Кальмаров.

Ждать им пришлось недолго. Уже чувствовались водоворонты и завихрения, и вот карета въехала в Струи Кальмаров. Тотчас она была опутана многочисленными щупальцами.

– Ага!
– сказал Гигантский Кальмар Кракен.- Мы виндим на передней Крылатке лишь знак советчика. А где пронпуск Великого Треххвоста?

– Сейчас покажем тебе пропуск,- буркнул Храбрый Ерш, поднимая раковину. Он напыжился изо всех сил и...

Низкий басовитый рев разнесся далеко вокруг. Кальмары мгновенно стали белыми от ужаса - то был рев нападающего Кашалота. Все, как один, головоногие выстрелили чернильнными бомбами, которые напоминали своих владельцев: манленькие кальмары выстрелили маленькими бомбами, больншие большими, а гигантские - огромными. Они надеялись, что Кашалот схватит одну, вторую бомбу, разозлится и уйдет на поверхность глотнуть свежего воздуха. Но нет - рев пронзвучал с новой, устрашающей силой. И снова Кальмары выстнрелили чернилами, прячась от врага. Правда, теперь бомбы

оказались поменьше первых. Но рев раздавался снова и снонва - шесть раз подряд. Это трубил в чудесную раковину Храбнрый Ерш.

Вода кругом почернела. Шестые бомбочки были совсем манленькими - на них головоногие истратили последние чернила. Теперь Кальмары висели в кромешной тьме, совершенно обеснсиленные. Крылатки медленно пробирались вперед, то и дело задевая щупальца, но ни одно из них не шевелилось.

– Протрублю-ка я еще разок,- прозвучал голос Храброго Ерша.- Пугну их как следует, чтобы помнили.

– Не смей!
– крикнула Сабира.- Иначе будет беда. Разнве ты не знаешь, что на седьмой раз они впадут в бешенство и мгновенно бросятся на нас?

– Нет, не знаю...- пробормотал Храбрый Ерш.

– Они всегда бросаются на Кашалота, когда у них кончанются чернила для маскировки. Я не раз видела.

Когда карета оказалась в чистой воде, путешественники посмотрели друг на друга и рассмеялись: они стали чумазынми-чумазыми! Почернели Крылатки и карета, и спавший на дне кареты Язык, у которого изо рта при каждом выдохе вынбивалась черная струйка. Но вот вода постепенно смыла черннила, и все снова приняло свой обычный вид, только казалось более ярким и свежим после тяжелого мрака, а вода вокруг синела, переливалась голубоватыми и зеленоватыми оттенканми. У беглецов на душе тоже было радостно: позади два пренпятствия, все пока идет хорошо. Они шутили и смеялись, гляндя на спавшего мертвецким сном Языка.

– Тише!
– сказала вдруг Сабира.- Я слышу какой-то стук.

Все замолчали и прислушались. Действительно сзади разндавалось чуть слышное постукивание. Звездочет-Клоун сразу узнал:

– Это Морское Ухо!

Бросились осматривать карету, и на самом задке обнарунжили прилепившуюся раковину.

– Ты чего здесь?

– Я просил, чтобы вы взяли меня с собой, но никто не слышал,объяснило Морское Ухо.- Тогда я и соскользнул вниз и прилепился к карете.

– Ты любишь путешествовать?