Чтение онлайн

Доктор медленно качнул головой, но так подчеркнуто, что казалось, будто он кланяется.

– Или он не в своем уме, - сказал он, медленно подбирая слова, - или есть на земле могущественное государство, о котором миру ничего не известно. Государство это - королевство Бонгинда, а король его - Оскар Треворс!

Глава 2. Письмо

Несколько лет тому назад Оскар Треворс пришел к доктору Эвершаму на грани полного нервного расстройства. Арнольд Эвершам был признанным авторитетом в области нервных и душевных заболеваний. Его классический труд "Патология воображения" сделала его знаменитостью, когда ему было двадцать пять лет. Доктор обследовал Треворса и назначил ему лечение. Однако через неделю после своего визита на Харлей-стрит Оскар Треворс неожиданно исчез. Шесть месяцев спустя его поверенным в Нью-Йорке было получено от него письмо с распоряжением продать часть его имущества. Одновременно банк получил письмо, содержавшее приказ переводить ему его полугодовой доход по адресу двух банков: "Кантонального банка" в Берне и "Монакского Кредита" в Монте-Карло.

Треворс находился на особом положении. Он унаследовал от своего деда пожизненный доход с имущества, которым управлял Попечительный совет. Доход равнялся 400.000 долларов в год. Эта сумма подлежала уплате два раза в год. Всякий излишек откладывался. Каждые полгода после этого от пропавшего Треворса приходили аналогичные инструкции. Иногда письма были опущены в Париже, иногда в Вене. Однажды на письме был штемпель Дамаска. Так продолжалось несколько лет. Потом Попечительный совет отказался платить на том основании, что у них нет никакой уверенности в том, что Оскар Треворс жив.

Но тотчас же обнаружилось, что Треворс и не думал умирать. По его поручению было начато дело, подкрепленное надлежащими документами. Попечительный совет, которому было указано на возможность крупных убытков, сдался. После этого от Треворса каждые полгода приходило письмо с распиской в получении денег. Причем расписка чаще всего сопровождалась пространным описанием той страны, где он в данный момент находился.

* * *

Девушка в недоумении уставилась на доктора.

– Король Бонгинды?
– переспросила она.
– Разве есть такая страна?

Доктор подошел к книжному шкафу, достал с полки тяжелый том и перевернул несколько страниц.

– Есть только одна Бонгинда, - сказал он.
– Это маленький городок, расположенный на притоке реки Конго, в Центральной Африке.

Наступила мертвая тишина, которую прервал доктор.

– Вы впервые слышите о Бонгинде?

Девушка в ответ кивнула.

– Я и сам не слыхал о ней, - продолжал доктор, - пока ваш дядя не явился ко мне. Прежде мы не были знакомы. Его, по-видимому, прислал ко мне отельный доктор, который знал о моем успешном лечении острой неврастении. Я видел Треворса всего три раза. Вначале мне казалось, что лечение идет хорошо. Однако, в последний раз случилась странная вещь. Выходя их этой комнаты, Треворс обернулся. "До свидания, доктор", - сказал он.
– "Я уезжаю, чтобы занять мое место в Совете Бонгинды". Я сначала подумал, что речь идет о каком-то масонском обществе, но его следующие слова рассеяли это впечатление. "Берегитесь короля Бонгинды!", - произнес он торжественно. "Я, его наследник, предостерегаю вас!"

Гвенда Гильдфорд удивленно раскрыла рот.

– Король Бонгинды! Я никогда раньше не слыхала об этом!

– Вы - первый человек, с которым я говорю об этом и который имеет право спрашивать, - сказал доктор Эвершам.
– Американское посольство пять лет тому назад наводило некоторые справки, но больше никто и никогда не обращался ко мне по этому поводу.

Девушка сидела, устремив глаза на ковер. На ее хорошеньком лице было написано недоумение. Вдруг она открыла свою сумочку и вынула оттуда письмо.

– Прочтите, пожалуйста, это, доктор, - сказала она и подала письмо.

– Это почерк Треворса, - сразу сказал Эвершам и стал читать:

"Дорогая Гвенда! Ты помнишь, как мы играли в "полливогов", когда жили на Сенсет-Авеню, 2758? Дорогая, я очень счастлив, но сейчас ужасно занят: сижу целые дни напролет, точно арестованный, один в своей конторке. Дом мой, расположенный около самой западной границы парка, недалеко от Лоншана, отделен железной оградой и садом от дороги. У меня чудесная комната с окнами в сад. Попроси у Франклина его фотографию. Вскоре уезжаю, поэтому прошу прекратить пока писать сюда и высылать книги. Деньги буду получать по-прежнему. О новом адресе немедленно извещу. Кланяйся маме и сообщи ваши планы. Справлялись ли обо мне снова из полиции?

Любящий тебя дядя, О. Треворс".

Доктор вернул девушке письмо.

– Довольно бессвязный документ, - сказал он.
– Я вижу, письмо было опущено в Париже три месяца тому назад. Что такое "полливоги"? Поразительно, что у него остался в памяти ваш адрес...

– Такого адреса вообще нет, и у меня нет матери, - перебила его Гвенда.

Она встала и положила письмо на стол.

– "Полливоги" - это игра в шифрованную переписку, в которую я играла с ним, когда была маленькая. 2758 - это ключ. Вот это письмо.

Она подчеркнула некоторые слова карандашом.

– Второе, седьмое, пятое и восьмое слово составляют настоящее письмо. Первое слово - "я". Здесь написано:

"Я сижу арестованный около западной железной дороги. Попроси Франклина прекратить высылать деньги. Немедленно сообщи полиции".

Глава 3. Слежка

Эвершам, нахмурившись, посмотрел на письмо. В наступившей напряженной тишине слышался лишь мелодичный стук маленьких французских часов на камине.

– Поразительно!
– сказал, наконец, Эвершам.
– Что все это значит? Вы сообщили полиции?

Гвенда покачала головой.

– Я прежде всего пришла к вам, надеясь застать вас дома. Контора мистера Джойнера была заперта.

– Мистера Джойнера?

– Это американский адвокат с большой практикой в Лондоне, - объяснила Гвенда.

На секунду губы мистера Эвершама передернулись.

– Вы говорите, надеюсь, не о мистере Джойнере из "Трест Биллингс"? спросил он и, поняв, что она говорит именно о нем, быстро добавил: - У меня есть бюро в "Трест Биллингс" на том же этаже, что и контора мистера Джойнера. Хотя я и не могу сказать, что мы с ним лично знакомы, для меня совершенно неожиданно открытие, что мистер Джойнер - известный американский адвокат. Конечно, это возможно, - поспешил добавить он, увидев озабоченное выражение ее лица.
– "Трест Биллингс" полон деловыми людьми, которые всевозможными таинственными способами зарабатывают свой хлеб, и вполне возможно, что мистер Джойнер весьма занятой человек.
– Он снова взял письмо.
– Вы, конечно, покажете ему это письмо? Вы с ним знакомы?

Она отрицательно качнула головой.

– Его дядя - владелец "Глашатая", - сказала она.
– Это он посоветовал мне обратиться к мистеру Джойнеру.

– Надеюсь, он преуспеет в этом деле, - сказал доктор, и в голосе его прозвучала сухая нотка, которую девушка не преминула заметить.
– Могу я переписать письмо?
– добавил он.

Гвенда кивнула.

Эвершам стал быстро писать на большом синем листе бумаги. Окончив, он с улыбкой передал девушке подлинник.

– Я и сам немного сыщик, - сказал он, - возможно, если поиски полиции будут безуспешны, я смогу помочь вам. Странно даже подумать, что где-то в Европе держат под замком человека... Очевидно, речь идет о Франции, судя по указанию на Западную железную дорогу и по тому, что письмо было опущено в Париже. Это совершенно опровергает мою первоначальную гипотезу.

Он прошел с ней до парадной двери и, несмотря на все протесты, настоял на том, чтобы проводить ее до отеля.

Харлей-стрит в это время обычно бывает почти пустынна. Не считая несколько случайных такси и автомобиля, с ярко горевшими передними фарами, стоявшего неподалеку от дома доктора, улица была пустынна... Доктор нанял такси.

Однако, не успела их машина тронуться, как автомобиль с яркими фарами тоже стал медленно двигаться. Фары теперь были притушены до обычной степени яркости. Несмотря на большую мощность мотора, автомобиль не пытался их обогнать.