Чтение онлайн

–  Многоуважаемые ханымэфенди и бейэфенди, - начал Кысмети-бей, - как вам известно, сегодня мы должны решить вопрос о бракосочетании сына нашего Саид-бея. Он выразил желание сочетаться семейными узами с Севим-ханым из дома Ферфейерверков. Наша сестра и его тетушка Беррин-ханымэфенди, собрав все необходимые сведения о молодой особе, пожелавшей породниться с Рыжисынами, поддерживает Саид-бея в его благородных и естественных намерениях. Желание же самого Саида ускорить свадьбу с указанной выше девицей имеет своей причиной тот факт, что сын наш Саид готовится, совместно с уже упомянутой Севим-ханым, в скором времени подарить нашему славному роду еще одного Рыжисына.

Одна из теток, Зюбейде-ханым, которой недавно исполнилось всего лишь пятьдесят пять лет и которая никогда не состояла в браке, бестактно спросила:

–  Правильно ли я поняла, что Саид станет отцом еще до свадьбы?

Старики начали перешептываться, невоздержанно при этом хихикая. Благоговейное почтение, которое до сих пор испытывал Саид к великому ареопагу семейства Рыжисынов, было несколько поколеблено.

–  Саид-бей, ваша достопочтенная тетушка интересуется, каким образом вы умудряетесь до свадьбы стать отцом?

–  Самым обыкновенным!
– В голосе Саида прозвучал вызов.

–  А как это «обыкновенным»?
– переспросила пятидесятипятилетняя девица Зюбейде-ханым.

–  А так, очень просто. К сожалению, я не могу объяснить моей уважаемой тете, - взорвался вдруг Саид, - как становятся отцами. Насколько мне известно, у нее нет никакого опыта на сей счет. Однако, если ее интересует этот вопрос, она может обратиться к специалистам или заглянуть в соответствующую литературу.

Наступило зловещее молчание. Никто не ожидал от Саида подобной дерзости. А юный отпрыск славного рода вдруг почувствовал себя победителем, и грудь его как-то сама собой по-петушиному выпятилась от переполнявшей его гордости.

–  В наше время, - нарушил молчание Кысмети-бей, - такие чересчур поспешные браки почитались неприличными,… Сколько времени вы знакомы?

–  Мы переписывались с давних пор!
– Саид решил защищаться до последнего, отстаивая поруганную честь своей любимой.

–  Вот куда заводит прогресс, о котором столько шумят… Значит, теперь возможно зачатие даже по почте?
– язвительно сказала тетка Зюбейде-ханым, горя жаждой мщения.

Одна из тетушек попыталась заступиться за Саида.

–  Времена изменились, почтенная ханымэфенди. Теперь возможно все! Я, к примеру, где-то читала, что нынче мужчина даже не обязателен…

–  Позвольте, эфенди, - послышался чей-то голос, - не в обиду будет сказано, но это называется искусственным оплодотворением. Если ребенок, о котором мы здесь ведем речь, зачат именно таким образом, то как же мы можем принять его в нашу семью?

–  А разве вам не известно, что теперь все искусственное?
– вмешался еще кто-то.
– Мы живем в век синтетики: синтетическая кожа, синтетический мех, синтетическая икра.

–  Я понимаю, - тихо произнес Абдюшюкюр-бей, как бы подводя черту под разгоревшейся дискуссией и возвращаясь к повестке дня, - что теперь всякое может быть… Но одного не пойму: как можно до свадьбы?!

–  Прошу покорнейше позволить нашей светлости выйти, - поднял палец Зихни-бей.

Семейный Совет затянулся до полуночи. Тут было все, как в парламенте: одни дремали, положив голову на стол, другие, уже выспавшись, пыхтели над тезисами своих выступлений. И только Зихни-бей не сомкнул глаз - одолеваемый недугом, бедняга был вынужден покидать зал заседания через каждые пятнадцать минут.

Пожилая девица Зюбейде-ханым решительно выступила против брака. Совет резко разошелся во мнениях, в результате чего образовалось два непримиримых лагеря. В ходе дебатов никому и в голову не пришло спросить самого Саида о серьезности его чувств и намерений, словно спор шел вовсе не о его женитьбе. Наконец Саид не выдержал.

–  Прошу прощения, что без разрешения вступаю в ваш спор, - начал он решительным тоном.
– Я не записывался в прения, но хотел бы задать вам один-единственный вопрос: кто в конце концов собирается жениться - вы или я? При всем моем уважении к вам, как к старшим нашего рода, я хотел бы знать, имею я право жениться на ком хочу или нет?

–  Но есть семейные традиции… - начал было Кысмети-бей.

–  Простите, дядя, - перебил его Саид, - сколько раз вы были женаты? И сколько раз вы спрашивали разрешения у старших?

Кысмети-бей замолчал.

Надо сказать, что браки Кысмети-бея были главной темой сплетен и поводом для беспокойств почтенного семейства Рыжисынов. Кысмети-бей, закоренелый бонвиван и повеса, был женат восемь раз, не считая сомнительных связей с бесчисленными иностранками. Едва успев жениться, он с места в карьер начинал изменять своей супруге, и каждый раз жены уходили от него. Словом, дядины похождения обошлись семейству втридорога, порядком запятнали семейную репутацию Рыжисынов, а ему самому стоили карьеры: он так и не дослужился до ранга посла.

–  Ты совсем другое дело, Саид, - примирительно начал кто-то.
– Ты единственный, кто еще может подарить нашему великому роду наследника. Потому-то мы с таким вниманием относимся к твоему браку. Ты должен и обязан понять нас, стариков…

Однако все участники Семейного Совета прекрасно понимали, что Саид так просто от своего не отступится. И тогда его попросили выйти из зала заседаний и подождать за дверью; Кысмети-бей, который снова обрел дар речи, сказал:

–  Эфенди, совершено очевидно, независимо от нашего решения, Саид женится на этой девице. Если мы будем упорствовать, пострадает только наш авторитет, - теперь молодежь не больно считается с мнением старших. Кроме скандала, мы ничего не добьемся. Дав же согласие на брак, мы спасем и авторитет наш, и род, и единство семьи, без чего невозможно наше благополучие и процветание.

Чуть поразмыслив для приличия, все единодушно решили, что Севим-ханым - невеста подходящая и никакой другой не надо.

Позвали Саида.

–  Сын наш Саид!
– торжественно начал Абдюшюкюр-бей.
– Большой Семейный Совет, рассмотрев на своем чрезвычайном заседании твою просьбу разрешить тебе бракосочетаться с дочерью семейства Ферфейерверков, отмечает, что выбор будущей супруги сыном нашим Саидом, последним оплотом и единственной надеждой фамилии Рыжисынов, вошедшей в историю как вельможный род Шафран-заде, произошедший от достопочтенного Юсуфа-паши Пегоголового, был сделан без совета со старшими, что противоречит всем семейным традициям. Вместе с тем, принимая во внимание все возрастающие требования века и быстро меняющиеся условия современности, а также учитывая положительные результаты всестороннего расследования и изучения состояния, репутации и характера невесты и ее семьи, Совет выносит свое глубоко принципиальное решение: считать девицу Севим-ханым, нашу будущую невестку, достойной и добродетельной, а посему разрешить брак сына нашего Саида с вышеозначенной Севим-ханым и приветствовать его как величайшее событие в жизни семьи Рыжисынов.

Саид слушал, пытаясь уразуметь, о чем говорит дядя, - поток слов оглушал его, и он беспомощно моргал своими подслеповатыми глазами, так и не поняв ничего. Тогда сидевшая с ним рядом тетка кратко повторила речь председательствующего и добавила уже от себя:

–  Свадьба состоится после того, как Севим-ханым избавится от ребенка…

Поначалу Саид расстроился, но сумел взять себя в руки:

–  Тетушка, дорогая, это невозможно… А вдруг в следующий раз я не смогу стать отцом? Разве можно рисковать?…